Чтение онлайн

— Ты носишь? [7]

— Да.

— Держи наготове.

— Что случилось? — она заметно напряглась, но между тем сунула руку под куртку и извлекла «глок».

— Не знаю, не пойму, там что-то есть, — показал я на дом с крестом лент. — Трупоеды.

Мы уже торопились к машине, руку с рукоятки револьвера я не снимал. Подумал, что надо было тревогу объявить, но… побоялся, что буду выглядеть как дурак, на смех поднимут. А чувство приближающейся беды все сильнее и сильнее, и то, что угроза находится в самом доме, уже никакого сомнения не вызывает.

Раздался гулкий удар, словно дверь пытались выломать. Мужики, стоявшие на улице, прекратили болтать, повернулись в сторону звука, один, похоже, достал пистолет.

Поворот. Вон мой пикап, рядом уже. Вокруг угрозы нет. Была бы — я бы ее чуял. Я ее теперь уже точно чую, я прямо ходячий детектор. Мигнули подфарники, щелкнули дверные замки.

Где-то сзади еще звук удара, точно такой, как будто дверь ломают. А ее и ломают наверняка, потому что не знают как и открыть. И скоро сломают.

И еще крики послышались, все же кто-то тревогу поднимает.

— Садись за руль, — сунул я ключи от грузовичка моей спутнице, а сам потянул из-за сидения «моссберг».

Затем вытащил «бандольеро» с патронами, накинул на себя на манер портупеи.

В голове как струна звенит, которая вот-вот лопнет. И если она лопнет, то случится что-то очень плохое. И мне кажется, что я уже знаю, что именно случится. Я даже уверен, что в этом доме был подвал. Или какая-нибудь совершенно темная кладовка. Или что-то в этом духе. Ничего не изменилось.

Заскочил на пассажирское сиденье, захлопнул дверь, попутно опуская окно.

— Веди к дому, я скажу, где встать.

Люси уже вся на нервах, рванула машину назад так, что я чуть лицом в лобовое не врезался. А затем вперед, с пробуксовкой.

— Тише, тише, тише! — осадил я ее. — Спокойней, не гони! Медленней, медленней…

Она кивнула, сбросила скорость и поворот прошла уже плавно.

А дальше события вдруг завертелись быстро, потому что струна в моей голове наконец лопнула. Дверь с желтым крестом вдруг просто раскололась, и нечто темное и быстрое огромным прыжком достигло середины дороги. И следом за первой тварью из дома рванулись другие, одна, вторая, третья, четвертая. Захлопали выстрелы, несколько человек у крыльца, вскинув пистолеты, беспорядочно палили в ту сторону. Одна из тварей завалилась набок, судорожно дергаясь, а остальные бросились в атаку, быстро, молча, даже не пытаясь увернуться.

Закричали, у крыльца началась паника. Расстояние было слишком маленьким для того, чтобы получилось положить всех тварей, да еще и из пистолетов. Кто-то заорал, в дверях началась толчея. Похоже, что люди с улицы бросились в дом, а оттуда, им навстречу, ломились другие, то ли желая помочь, то ли убежать.

На наш приблизившийся пикап твари внимания не обратили, добычи им хватало. Машина остановилась, я выбрался из кабины, вскинув оружие. На фоне пистолетной стрельбы «моссберг» грохнул басовито, солидно. Картечь ударила в бок твари, приготовившейся к прыжку, свалила ее, второй выстрел добил ее окончательно.

— Оставайся в машине! — обернувшись, крикнул я и рванул с дробовиком наперевес к дому, туда, где царила паника и суматоха.

Еще тварь, рвущая когтями кого-то, лежащего под ней, вцепившаяся зубами ему в лицо. Кровь,

ярко-красная, блестящая в свете фонаря, текла по серому асфальту. Запах этой крови, смешавшийся с запахом твари, уже знакомым, тем самым «змеиным». И знакомое ощущение от близости создания Тьмы — страх, холод, внутренности словно кто-то на кулак наматывает. Вздохнул глубоко, до гипервентиляции, мотнул головой, присел, выстрелил твари куда-то в лопатку, наверное, раз, другой, быстро перезаряжая, выбивая из ее тела облака черных брызг, столкнул ее ногой с умирающего человека, снова вскочил, ища цели, но дальше справлялись уже без меня, пистолетные выстрелы трещали как фейерверк, небольшая черная туша дергалась у самого крыльца, какой-то мужик в плотной серой рубашке и джинсах присел рядом, приложив ствол своего М1911 к голове твари, выстрелил дважды, та затихла.

Кровь, везде кровь, вот убитый, горло буквально вырвано, а вон раненый, похоже, нога располосована, пытается зажимать рану окровавленными руками. Еще труп, этому вцепились в спину и затылок, он буквально плавает в собственной крови. Шум, крики, все больше и больше вооруженных людей выбегает на улицу.

Вон Барб, с видеокамерой, уже пытается снимать. В профессионализме не откажешь ей, пожалуй. Реджи тоже здесь, пытается перевязывать раненого. Где-то слышна сирена, не знаю, «скорой» или полицейской машины. Суета, шум, множество фонарей, лучи шарят по окрестным домам, по окнам, по деревьям, тени мечутся из стороны в сторону.

Дозарядив дробовик, вернулся к машине, вытащил из бардачка фонарик, проверил как светит. Нормально, ярко.

— Куда ты? — спросила так и сидевшая за рулем Люси.

— Тот дом проверю, — показал я на дом с разнесенной дверью.

— Это опасно! — вскинулась она. — Там могут быть еще трупоеды.

— Нет там уже никого, — уверенно ответил я. — Мне кое-что другое проверить надо. Если хочешь, пошли вместе, это уже безопасно.

— Нет, я боюсь! — аж подскочила она.

— Тогда подожди, я быстро.

Из-за поворота вылетела «скорая», сверкая огнями, проехала справа от нас, остановившись у крыльца, двери ее распахнулись. На меня никто не обращал внимания, а я между тем направился к дому, из которого на нас напали. За спиной послышались быстрые шаги, я обернулся — Люси, бежит следом, «глок» в руках, вид такой боевой, что дальше некуда.

Нет там никого, я бы почувствовал. Нет.

— Пошли, — кивнул я и зашагал дальше.

Вот та тварь, что убили сразу, не шевелится, черная кровь на асфальте. Толкнул ее стволом ружья на всякий случай, но она никак не прореагировала.

— Пошли, — повторил я и поднялся на крыльцо, включив фонарь.

Снова звук двигателя сзади. Оглянулся — патрульный бронированный «хамви» подъехал к дому, в самую суету. Ладно, он мне сейчас не нужен.

Вошел в дом, держа фонарь в поднятой руке. Странно белый, очень яркий свет осветил небольшую гостиную с перевернутой мебелью. Слабый запах мертвечины чувствуется, такой, застарелый словно, им здесь, наверное, все пропитано. Понятно, почему дом опечатан.

Ага, с подвалом дом, спуск в него прямо из прихожей, и дверь из него точно так же, как и входная, в щепки разнесена. Луч фонаря осветил ведущие вниз кирпичные ступеньки, и под ним, словно под языком пламени, начала плавно осыпаться, обращаясь в серый пепел, совершенно невесомая черная трава. Да, та самая трава, которую я видел уже много раз, но не в этом мире.