Чтение онлайн

— Мне кажется, это ты должна знать. — Он нахмурился. — Я рассказывал тебе, почему оказался вне закона. Ну, и какое-то время после того… после того, как я оставил форт Уильям, меня не интересовало… ничто не интересовало. Отец к этому времени умер, а сестра… — Он снова замолчал, и я почувствовала, что в душе у него происходит борьба. Я обернулась, чтобы взглянуть на него.

Обычно веселое лицо затуманилось каким-то сильным чувством.

— Дугал мне сказал, — медленно произнес он, — Дугал мне сказал, что… что моя сестра понесла.

От Рэндалла.

— О Боже!

Джейми искоса глянул на меня и отвернулся. Глаза его засверкали, как сапфиры, и он торопливо заморгал.

— Я… я не смог заставить себя вернуться домой, — почти беззвучно произнес он. — Снова увидеть ее — после случившегося. Кроме того… — он вздохнул и сжал губы. — Дугал сказал, что… после того, как ребенок родился, она… конечно, а что она могла сделать? Она осталась одна — черт возьми, я оставил ее одну! Он сказал, что она спуталась с другим английским солдатом из гарнизона, он не знает, с кем именно.

Джейми тяжело сглотнул и продолжил более решительно.

— Конечно, я посылал ей денег, сколько мог, но не мог… в общем, не мог заставить себя написать ей. А что я мог написать? — И беспомощно пожал плечами. — Ну, а потом мне надоело воевать во Франции. И тут я услышал от своего дяди Элика, что до него дошли слухи об одном английском дезертире по имени Хоррокс. Тот бежал из армии и перешел на сторону Френсиса Маклина из Дунвери. Однажды он был навеселе и рассказал, что служил в гарнизоне форта Уильям, когда я оттуда бежал. И видел человека, который в тот день застрелил сержанта.

— То есть он мог доказать, что это не ты?

Это походило на хорошую новость, о чем я и сказала. Джейми кивнул.

— Ну да. Хотя слово дезертира не много значит. Но все равно, с этого можно было начинать. По крайней мере я сам мог выяснить, чья это работа. И пока… в общем, я не знал, как мне вернуться в Лаллиброх. Это все равно что пересечь Шотландию без риска быть повешенным.

— Отличная мысль, — сухо бросила я. — Но как сюда оказались втянуты Маккензи?

Последовал запутанный анализ семейных отношений и союзов клана. Когда дымок рассеялся, выяснилось, что Френсис Маклин был каким-то родственником со стороны Маккензи, и он передал слова Хоррокса Каллуму, а тот, в свою очередь, отправил Дугала, чтобы он связался с Джейми.

— Так он и оказался рядом с тем местом, где меня ранили, — заключил Джейми. Он помолчал, прищурившись на солнце. — Потом я часто думал, не он ли сам это сделал?

— Ударил тебя топором? Твой родной дядя? Какого черта?

Джейми нахмурился, решая, сколько еще можно мне сказать, и пожал плечами.

— Я не знаю, как много тебе известно про клан Маккензи, но думаю, что ты не могла несколько дней провести с Недом Гованом и ничего о них не услышать. Нед не в состоянии долго об этом молчать.

И кивнул в ответ на мою улыбку.

— Да ты и сама видела Каллума. Всякий

скажет, что он не доживет до старости. А малышу Хеймишу еще и восьми нет, так что он не сможет руководить кланом как минимум десять лет. И что произойдет, если Каллум умрет до того, как Хеймиш будет готов? — выжидающе посмотрел он на меня.

— Ну, думаю, лэрдом станет Дугал, — медленно произнесла я, — во всяком случае, до тех пор, пока Хеймиш не подрастет.

— Ага, верно, — кивнул Джейми. — Но Дугал — это не Каллум, а в клане полно тех, кто не пойдет за ним с великой радостью — если, конечно, будет выбор.

— Понимаю, — все так же медленно произнесла я. — А выбор — это ты.

Я внимательно посмотрела на него и вынуждена была признать, что вероятность велика.

Внук старого Джейкоба. Маккензи по крови, пусть даже только с материнской стороны. Большой, привлекательный, хорошо сложенный, весьма сообразительный, с семейным умением управлять людьми.

Он сражался во Франции и доказал, что может возглавлять людей в битве — очень важное соображение. Даже цена, назначенная за его голову, не будет непреодолимым препятствием — если он станет лэрдом.

Англичанам хватало неприятностей в горах — постоянные небольшие мятежи, набеги на равнины, воюющие кланы — и они не рискнут вызвать серьезное восстание, обвинив вождя крупного клана в убийстве, которое члены клана вовсе не считают убийством.

Одно дело — повесить незначительного человека из клана Фрэзеров. Атаковать замок Леох и вытащить оттуда лэрда, чтобы поставить его перед лицом английского правосудия — совсем другое.

— Ты намереваешься стать лэрдом, если умрет Каллум?

Это был способ избежать сложностей, хотя я подозревала, что на этом пути хватает своих, весьма значительных препятствий.

Он коротко улыбнулся.

— Нет. Даже если я почувствую, что имею на это право — а я этого не чувствую — в клане начнется раскол. Люди Дугала против тех, кто пойдет за мной. Я не рвусь к власти по чужим трупам. Но Дугал и Каллум не могут знать этого наверняка, правда? Поэтому они могут решить, что надежнее меня просто убить и не рисковать.

Я наморщила лоб, обдумывая все это.

— Но уж наверное ты можешь сказать Дугалу и Каллуму, что не намереваешься… о! — Я с уважением посмотрела на него. — Да ведь ты это сделал. Во время принесения клятвы верности.

Мне и раньше приходило в голову, что тогда он очень хорошо справился с опасной ситуацией, но только теперь я поняла, насколько опасной она была.

Клан действительно хотел, чтобы он принес клятву. А Каллум действительно не хотел. Присягнуть тогда в верности означало объявить себя членом клана Маккензи, и значит, стать потенциальным кандидатом на место вождя в этом септе. Он рисковал либо подвергнуться насилию, либо погибнуть, отказавшись. Рисковал тем же самым, согласившись.