Чужак
Шрифт:
— Кто тебя спрашивать будет?
И я об том же. Каламбурчик, однако.
Продолжу мыслю. На вышесказанную роль я не согласен. Значит дело может закончится крупным скандалом и разрывом отношений, если они привыкнут к пуфику, а однажды он заявит, что не пушистый. Оно мне надо? Однозначно нет. Красивые, хорошие, добрые и несчастные девчонки. В этом мире женщина может иметь право рожать детей, слушаться мужа, сидеть в башне, даже завести тайком любовника, но быть
А они хотят, поэтому до сих пор не повыходили замуж и не завязали с охотой, а может быть наоборот, не завязали с охотой, а потом замуж. Сильные женщины, а они, безусловно, сильные, это не обсуждается, знают только два вида общения с мужчинами. Первый, мужчина подминает их под себя, а второй они подминают мужчин под себя. Так как подминаться девчонки не хотят, то инстинктивно, не осознано, а может и осознано, кто его знает, они пытаются подмять мужчин. Хотя нет, насчет осознано — я перегнул палку.
Этот мир, к их глубокому сожалению и моей не менее глубокой радости, мир мужчин. Чтобы не говорили борчихи за женские права, мужчина самой эволюцией предназначен для борьбы за выживание, борьбы с природой, борьбы, наконец, с другими мужиками за лучший кусок хлеба и красивую бабу. Эпоха голубых экранов и не менее голубого большинства сильно-слабого пола, постоянно на них показываемого, еще не наступила. Хвала Создателю. Мужчина этого мира привык повелевать, а жалкое подобие мужика вроде Фикорова и иже с ними, никому и даром не нужен. Создатель акбар.
И вот итог. Одиночество или случайные, короткие связи. Значит, попробую показать им третью возможность общения с мужчиной, как с равноправным партнером, с другом, готовым прийти на помощь и не посягающим на их личную свободу, и цели в жизни, но и требующего от них того же. Естественно, что они к такому не привыкли, даже больше, им и в голову придти не может, что может существовать и такой тип отношений. Не тот мир, не тот уровень развития общества, цивилизации и культуры. Хорошо это или плохо я не знаю.
Я не в восторге от отношений между полами в моем мире, но и домострой не является для меня настольной книгой. Значит, волчиц будем приручать, а начинать надо с их лидера Арны. Закон стаи никто не отменял. Первый шаг это показать, что я не вибр… э пуфик и становится им, не собираюсь. Пусть для начала привыкнут к этому. К остальному буду приручать постепенно.
— Арна, милая, я не хотел тебя тревожить, — сладким голосом говорю я, — но в город прорвались твари и сейчас атакуют корчму.
— Влад, — сонно и раздражительно говорит она, — если ты….
Толчок. Я на полу. С постели взмывает вверх обнаженное тело, покрывается рябью и на пол падает громадный черный волк. Вернее волчица. Оскаленные клыки, шерсть дыбом на загривке и утробное рычание дополняет
— Как будто ты не догадался, кто бушевал на площади во время поединка.
Догадываться одно, а видеть другое.
Я встал и неспешно начал одеваться. Волчица несколько секунд смотрела на дверь, прислушалась, потом уставилась на меня.
— Добрый день Арна, рад, что ты проснулась, — неторопливо застегивая пояс, сказал я.
В глазах волчицы начал разгораться гнев. Теперь быстрее пока девочка не натворила то, о чем потом будет жалеть.
— А уж как ты будешь жалеть.
— Ты не забыла, что инспектор с прихвостнями находится в городе?
Гнев начал сменятся задумчивостью.
— Вижу, что нет.
А теперь завершающий штрих.
— Кстати, ты прелестно выглядишь в этом облике.
Я подошел к волчице, присел, обнял за голову и чмокнул в мокрый нос. Арна растеряно села на попку.
— Почему ты мне раньше не показывалась в таком виде, — сказал я, почесывая ее за ушами.
Волчица вырвала голову из моих рук, снова рябь пробежала по телу и с пола начала подниматься голенькая Арна.
М-да, такой забавной смеси злости, растерянности и изумления я давно не встречал.
— Арна, у тебя великолепное тело, я готов вечно им любоваться, но мне кажется, что в таком виде тебе не стоит выходить на улицу. Я вниз, кстати, что ты будешь на завтрак, — сказал я, захлопывая дверь и оставляя Арну в одиночестве.
Думаю, что палку я не перегнул.
В зале опять царила пустота. Интересно, постояльцы тут только вечером появляются или как?
Только я спустился, как из кухни выглянула заспанная мордочка Дуняши.
— Проснулся герой, — насмешливо спросила она.
— А как же. Дуняшь, есть что-то перекусить? Живот гад вчерашнего добра не помнит. И где Колар с Гилом?
— Гил на постое у волчиц, Колар спит здесь, а еду я сейчас принесу. Ты один или с Арной.
— С Арной.
— Сейчас.
Задумчиво ковыряю ложкой тарелку. Не идет, но нужно. Все мысли вертятся около этой чертовой комиссии.
— О чем задумался котик, — подошедшая Арна ловко скользнула за стол.
— Инспектор с присными, будь они неладны, — признался я. — Еда не лезет, как о них вспомню.
— Было бы, чем голову забивать, — хмыкнула волчица, пододвигая к себе тарелку. — Никто ничего не сможет тебе и нам сделать.
— Официально да, но знаешь Арна, мне кажется, очень кажется, что расследование поединка с этими сынками влиятельных родителей, это верхний слой этого дела. А в глубине сам Падший ногу сломит.