Чтение онлайн

— Шестой отряд из десяти воинов, двух магов, сорока крестьян и четырех баллист обустраивает себе позицию в ста метрах от основного лагеря. Он ведет обстрел стен и башен противника. Маги накладывают заклинания на стрелы. Этот отряд тоже действует в светлое время суток. Командует этим отрядом Бонар эл Синар.

Бонар кивнул. Все мысленно согласились. Основной лагерь, сразу за ним позиция баллист. Потом малый лагерь с требюшетами, потом стена с врагами. Рядом суетятся черепахи. Баллисты будут выцеливать желающих сделать гадость осадной технике. Все логично.

— Воины и маги, оставшиеся в основном лагере, переходят под командование Пятого. Также в его распоряжение переходят все прибывающие к нам на помощь дружинники других вольных

баронов. Пятый обеспечивает бесперебойную работу основного и дополнительного лагеря, первого, второго, третьего и четвертого отрядов. Обеспечивает своевременную ротацию состава этих отрядов. Его помощником по магической части назначается Бонар эл Синар. Повторяю, все прибывающие воины и маги переходят под его командование. В случае спорных вопросов я надеюсь на Вас…

Бароны кивнули. Логично, только бардака здесь не хватает. Пятый кивнул головой. Бонар бросил взгляд на профа и снова кивнул. Недоумевает парень, он маг, он примерно представляет силу профа. Почему Бонар помощник коменданта лагеря по магической части? А вот бароны выглядели нормально. Мальчик, в принципе, все правильно сделал. А на мелочи не стоит обращать внимания. Изменим сами в рабочем порядке. Обоснуем потом. Наедине с ним и один на один. Барон Райн эл Синар на что? Вот и будет указывать на погрешности командиру.

— Позвольте, — начал Райн, — уточнить направление главного удара. На чем сосредоточить основное внимание. На разрушении стены, на возможности подведения к воротам тарана или подведении гелеполя к стене?

— Сосредоточить внимание нужно на всех трех направлениях возможного основного удара.

Райн чуть не кивнул с одобрением. Моя вчерашняя проверка и не думала прекращаться. А что я ожидал? А он что ожидал? Что я скажу: все силы на одно, а на остальных направлениях изображайте бурную деятельность? Так противник не дурак. Такой же опытнейший волчара, как присутствующие здесь бароны, сидит за стеной.

— А какое будет основным? — не удержался Шейк.

— Все три, — невозмутимо ответил я. Ловите гранату.

— Как? — вырвалось у Шейка.

Баронское благодушие как рукой сняло. Судорожные переглядывания. Шепотки. Три основных направления сразу, так это дурость. Нужно проломить, продавить противника как можно быстрее. Минимизировать потери при штурме. Опрокинуть врага. Уйдет ведь в донжон, и все начинай сначала. Да, второй раз будет гораздо легче, но оно им надо? Зима на носу, это о птичках. Потери, опять же. Сейчас я их добью. В осажденном замке не знают о мощи Колара и тинов. Да, сообщения они получили, ну и что? Ни количество магов, ни их сила были неизвестны ныне покойным. А уж про специализацию и мои союзники не поймут. Работать Колар с тинами будет отдельно. Поэтому я их никуда и не направлял.

— Как? — переспросил я. — Просто. Просто по всем трем направлениям мы не изображаем, а действительно подготавливаем штурм. Штурм через проломленную стену, за которой осажденные обязательно возведут другую. Штурм через выломанные тараном ворота, которые они также заблокируют. Штурм с помощью осадной башни, дорогу для которой осажденные всеми силами попытаются испортить или поджечь саму башню. А про тот штурм, который подготовят мои люди, они и не подумают.

Молчание.

— Подкоп, — первым догадался Горм.

— Да, — улыбнулся я. — Подкоп под воротную стену. Его будут делать мои маги и воины. Чтобы осажденные не обнаружили его плошками с водой, и нужен постоянный обстрел стены и сотрясения земли, которые будут делать саперы, подготавливающие штурм через ворота с помощью тарана или через стену с помощью осадных башен. В течение десяти дней мы захватим замок. Не получится через подкоп, будем штурмовать через стены и ворота.

Молчание и легкое изумление на лицах. А что вы хотели? Колар обещал, что за неделю он с тинами сделает тоннель из самого лагеря. А потом темной ночью рыси окажутся за стеной и откроют ворота для остальных

воинов, ворвутся в донжон и всех вырежут. Мне не хотелось об этом говорить. Мне не хотелось посвящать баронов в план Пятого и Колара. Тьфу, задумался. Ессно — это мой план. Кого же еще? Но не сказать о подкопе баронам, значит прилюдно усомниться в их чести. Оно мне надо? Как потом с ними жить? Но кое-что сказать нужно. [2]

— Господа, об этом кроме нас и прибывающих баронов с сыновьями никто не должен знать. Я доверяю Вашей чести и чести Ваших воинов, но на войне случается всякое. Пленный может все рассказать, и тогда вместо штурма с минимальными потерями мы получим бойню. Соотношение потерь штурмующих и осажденных Вы все знаете. Да, в замке около ста пятидесяти воинов. Мы все равно его возьмем, но потери мне не нужны.

— Как и при штурме этими ублюдками Вашей деревни? — ухмыльнулся Райн.

— Да. Я не люблю лишней крови, — вернул я ухмылку барону.

— А кто любит такую кровь? — проворчал Шейк. — Если Вы, барон, мне его покажете, то я сам его убью.

Так, главный отморозок анклава у меня в кармане. Отлично. Шейк любит кровь, но иногда и думает. Уничтожить врага с минимальными потерями, что может быть лучше? А если кто-то попытается помешать, то… Так, а вот это лишнее.

— Барон, — улыбнулся я Шейку, ласково поглаживающему навершие своей секиры. — Здесь все не любят лишнюю кровь. Не любят совершать опрометчивых поступков, иначе барон Ронст был бы давно убит, а его замок сожжен.

Краснота стала исчезать из глаз этого берсерка. Говорят, что он осмеливался спорить и с дедом Норма. Норм так говорил.

— Господа, у Вас есть вопросы? — спросил я.

Присутствующие замотали головами. Отлично. Пусть этим и занимаются, штурмом занимаются, а мне пора баиньки. Устал я от составления таких грандиозных планов. Спать пора.

— Тогда работаем, — закрыл я совещание ставки.

Над замком клубился дым. Хорошо. Изуродованная требюшетами стена будто просила еще немного ее обрушить для удобного штурма. Три земляные насыпи, покрытые досками, упирались в ворота и пока еще не захваченную куртину. Обломки деревянных галерей лежали на стене и под стеной. Узелок на память. Только каменные машинкули. Легче сразу сделать, чем потом переделывать. Передо мной был чистый муравейник. Саперы наводили последний глянец. Скрытые за мантелетами и мускулями, они укрепляли вал и сколачивали последние помосты для толено. Подводили кабестанами к стене две осадные башни. Еще два-три дня, и башни подойдут вплотную. Пока с их стрелковых помостов энтузиасты ведут обстрел болтами защитников замка, не позволяя тем гулять по стенам и далее. Соревнуются с рассыпанными перед замками арбалетчиками, скрывающимися за штурмовыми щитами и большими павезами. Энтузиастам легче. Им сверху видно все. Тяжелые башни, зараза. Да еще на горку их поднимать. Пока такую двадцатиметровую многотонную махину затащишь, семь потов сойдет. А вот когда осадные башни подойдут, тогда и можно будет спокойно оказаться на стене.