Чтение онлайн

– Конечно. На собаках попробуй столько объехать. Научишься летать - и ты везде побываешь.

– Только, Андрей Андрей, я, наверно, не научусь, - с сомнением сказал Таграй.

– Я тебе дам "не научусь"! Попробуй, не научись!

Таграй довольно засмеялся.

Андрей Андреевич взял телефонную трубку.

– Как у вас там с обедом? Давно готово? Ну хорошо.

– Никогда не говорил я по телефону. Можно и голос узнать?
– спросил Таграй.

– Конечно. Вижу я по твоим глазам, что охота тебе поговорить по телефону.

– Правильно, Андрей

Андрей. Ведь интересно!

– Ну ладно. Вон видишь тот дом - столовую? Там же и красный уголок. Беги, оттуда поговоришь со мной. Я вызову тебя.

Таграй убежал.

Андрей Андреевич подошел к телефону:

– Дежурный, сейчас придет к вам Таграй. Дайте ему трубку поговорить со мной. Да нет! Просто для интереса: ему хочется поговорить со мной по телефону.

Андрей Андреевич стоял около телефона и, приложив трубку к уху, тихо смеялся.

– Я слушаю! Таграй? Здравствуй, здравствуй, Таграй. Узнал, говоришь? Близко? Все равно рядом? Вот видишь, как удобно... Что, что? Вот чудак, зачем же мы будем еще разговаривать по телефону, когда я сейчас приду и поговорим без телефона? Нет, нет, Таграй. Мы и так запоздали с обедом. Дисциплину нарушать нельзя. До свидания, до свидания.

За большим обеденным столом сидели бойцы. Красноармеец-повар подавал обед.

– У вас - как в школе-интернате, - сказал Таграй.

– Да, да. И занятия идут у нас каждый день. Садись рядом со мной, предложил Андрей Андреевич.

Таграй сел, с любопытством присматриваясь ко всему.

– Товарищ Таграй, как же это вы проиграли партию нашему Смирнову? спросил один из бойцов.

– Нельзя Красную Армию обыгрывать!
– смеясь, ответил Таграй.

– А начальника зачем обыграли?

– Начальника - это по дружбе, - вмешался Андрей Андреевич.

Пообедав, Горин вместе с Таграем пошли в красный уголок. Судя по тому, что здесь стояла классная доска, здесь проводились занятия с бойцами.

Андрей Андреевич сел за стол и стал раскладывать какие-то чертежи и перелистывать книгу.

– Ну, Таграй, стенгазету после почитаешь. Иди сюда. Мы сейчас побеседуем.

И он рассказал Таграю, как они будут заниматься теорией, как потом перейдут к занятиям на практике.

– Что такое самолет?
– начал Андрей Андреевич.
– Взять, например, всякий живой организм. Что в нем самое главное? Сердце. А у самолета что самое главное? Самое главное...

– Мотор, - подсказал Таграй.

– Ну, правильно. Моторы бывают разные, как разные бывают и яранги. Есть рульмоторы, моторы на шкунах, авиационные моторы. Есть большие, есть маленькие. Одни сделаны прочно, другие - менее прочно, а в общем они все как-то по-одинаковому сделаны, что-то имеют общее между собой.

– Принцип один и тот же, - вставил Таграй.

Андрей Андреевич усмехнулся и сказал:

– Ты меня, Таграй, извини. Я все забываю, что ты имеешь семь классов образования. Я и начинаю поэтому так издалека. Ведь я сам такого образования не имею. Раньше нас не баловали образованием. Примерно в твоем возрасте я больше учился волам хвосты крутить.

– Как крутить?

– Ну, пастухом был. А с тобой мы быстро пройдем.

Вот день прибавится, посветлей будет - и за штурвал сядем.

Таграй недоверчиво поглядывал на Андрея Андреевича и думал: "Неужели я научусь летать?"

Они долго говорили об авиационных моторах. И Горин видел, что основу мотора Таграй знает.

– Мотор шкуны я на "отлично" изучил, Андрей Андрей. Сам мотористов летом готовил и приучал к чистоте в работе с машиной.

Андрей Андреевич перешел к несущим плоскостям - крыльям. В разговоре появились слова: ажурные ребра - нервюры, продольные балки - лонжероны, хвостовое оперение и так далее, и так далее.

– Андрей Андрей, а эту книжку ты мне не дашь домой?

– Учебник этот? Пожалуй, возьми.

– Я скажу товарищам, что взял почитать про самолет.

– Становись!
– послышалась команда с улицы.

Таграй подбежал к окну. Человек двадцать бойцов на лыжах становились в ряд.

– Что такое? Куда они отправляются?

– Лыжная вылазка сегодня. Тренировочный пробег.

– Вот бы и мне с ними побежать!

– Нет, Таграй. Алек - жена моя - очень просила привести тебя. Пойдем ко мне, кстати, посмотришь и моих карапузов. Ох, и орлы!
– похвалился Андрей Андреевич.
– Хочешь - по-чукотски, хочешь - по-русски разговаривают!

* * *

В квартире Горина вместо ковров лежали пушистые оленьи шкуры. Жена его играла с детьми. На полу валялось множество игрушек. Старший сын стоял около матери и, как видно, собирался затеять какую-то игру.

– Какомэй, Таграй!
– вскочила Алек.
– Здравствуй!
– добавила она по-русски.

– Видишь, какое огромное семейство, - не без гордости проговорил отец.

Он тут же схватил на руки смеющегося черноглазого сына и спросил:

– Играете?

– Мотор заводил, - сказала жена, глядя на мужа и сына.

– А, мотор! Ну-ка, заведи еще, а мы посмотрим.

Он опустил сына на пол, мать села с ним рядом, и мальчик, несколько смущенный, поглядывал на Таграя. Затем, посмотрев на отца, мальчик протянул руки к голове матери, воображая, что это диск рульмотора. Он сделал руками резкое движение, будто шнуром заводил рульмотор.

– Че-че-че!
– зачихала Алек, как "чихает" мотор при запуске.

Мальчик немедленно взялся за нос матери. Но "мотор" остановился. Мальчик снова заводил и быстро хватался за нос матери до тех пор, пока "мотор-мамаша" не стала чечекать минуты три подряд.

– Вот видишь, Таграй! Теперь мотор пошел, - сказал Горин.

Таграй захохотал, а Андрей Андреевич сел на пол и попросил:

– А ну, заведи меня!

Польщенный похвалой, мальчик тем же способом начал "заводить" отца. Андрей Андреевич долго играл с сыном-мотористом, жена любовалась ими с нескрываемой радостью. Таграй смотрел на свою соплеменницу Алек, одетую в очень хорошее платье, веселую, красивую.

Андрей Андреевич встал.

– Очень хороший обычай есть у чукчей, - сказал он.
– Зайдет гость - и сразу его угощают чаем. А вот она у меня забыла этот обычай.