Чтение онлайн

— Видел диснеевский мультик, — признался Даниэль.

Взгляд Гизелы дал ему понять, что это не считается.

— Вместо совести у Пиноккио есть сверчок, который сидит у него на плече и нашептывает ему, правильно или нет тот поступает. В конце сказки, пройдя через множество испытаний, на протяжении которых он постоянно выслушивает советы сверчка, Пиноккио обзаводится собственной совестью и становится настоящим человеком. Выражаясь академическим языком, можно сказать, что нашептывания сверчка внедряются в него. Понимаете?

— Честно говоря, нет.

Врач подалась вперед и прошептала, подчеркнуто артикулируя губами:

—

Коринна служит вашей совестью.

Даниэль рассмеялся:

— Да она ни одного нравоучительного совета мне не дала.

— Разумеется, нет. От этого было бы мало толку. Все гораздо изощреннее. Вы состоите в группе из восьми подопытных, у каждого из которых имеется свой сверчок. В мозг вам имплантирован чип. И с помощью небольшого гаджета ваш сверчок способен воздействовать на ваше поведение.

— Нечто вроде выработки условного рефлекса?

Он старался звучать беспечно, однако внутренне содрогался. Чип в мозгу? Быть такого не может. Когда же его успели вставить?

Нет, Гизела просто заговаривается. Как-никак она в отпуске по болезни, из-за переутомления. К тому же еще и пьяна.

— Если вам угодно. Но речь идет вовсе не об электрошоке или чем-то таком же вульгарном. Нет, это чрезвычайно точно настроенный инструмент, излучающий низкочастотные электромагнитные волны. Да не пугайтесь вы так. Как утверждает доктор Пирс, эта штука не опаснее мобильных телефонов. Если подопытный поступает вероломно или же не проявляет эмпатию, сверчок нажимает кнопку, из-за чего его подопечный сразу же ощущает некоторый дискомфорт. Не боль, просто смутное беспокойство, тревогу. А если подопытный кому-то помогает или сочувствует, поступает бескорыстно, то сверчок с помощью гаджета вызывает у него приятные ощущения.

— А как сверчок узнает, что готовность помочь подопытного не напускная? Вдруг он врет, притворяется? — скептически осведомился Даниэль.

— Сверчки способны это различить. Для своей работы они проходят специальное обучение.

— Значит, они манипулируют своими подопечными?

Он по-прежнему не верил ни единому ее слову.

— Естественно. Можно сказать, они обращают собственное оружие психопата против него самого. В принципе, в этом нет ничего из ряда вон выходящего. На самом деле мы все поступаем так друг с другом изо дня в день. Даже большинство родителей никогда и не признается, что их методы воспитания в той или иной степени основаны на манипулировании. Хмурый озабоченный вид, когда дитя поступает неправильно. И улыбка, когда правильно. Понятное дело, такие вещи происходят совершенно подсознательно. Подобное встречается между начальниками и их подчиненными, преподавателями и учениками, между друзьями, наконец, в парах. Едва уловимые сигналы в виде выражения лица, жеста, интонации. И это действительно срабатывает. Знаете почему?

— Нет.

— Потому что в человеческом мозгу имеются особые нервные клетки, так называемые зеркальные нейроны, главным назначением которых является отражение эмоций наших ближних. Именно благодаря данному процессу мы и обладаем эмпатией и социальной зрелостью. В психотерапии феномен отражения начали сознательно использовать еще задолго до обнаружения его биологической основы.

— Вот только использование имплантированного чипа для манипулирования личностью отнюдь не то же самое, что и воспитание ребенка или психотерапия, — заметил Даниэль. —

Мне представляется это формой насилия.

Гизела задумчиво кивнула и, словно ребенка, перевернула кошку на спину и принялась поглаживать ей живот.

— Разумеется, не то же самое. — У нее уже начал слегка заплетаться язык. — Я описывала действие механизма для нормальных людей с нормальной нейронной системой. В то время как многие резиденты Химмельсталя обладают совершенно неразвитыми зеркальными нейронами. Почему — это нам неизвестно. Но аномалия, несомненно, имеет место. Помните, что я сказала, когда в первый раз описывала вам Химмельсталь? Что требовать от психопата эмпатии сродни приказу парализованному встать и пойти. У него просто нет необходимого для этого органа. Его зеркальные нейроны слабые и неразвитые, как и мышцы у страдающего параличом.

— Да, я помню, что вы говорили об этом. Не возражаете, если я открою окно? Прошу прощения, но у вас немного душно.

Даниэль убрал с подоконника пару пачек бумаг и открыл окно.

Перед домами никого не было, лишь курил охранник, прислонившись к стене сторожки. На площадке для барбекю парочка воробьев клевала крошки.

Даниэль несколько раз глубоко вдохнул осенний воздух, затем вернулся в кресло и осторожно напомнил:

— Так вы говорили про чип.

Гизела Оберманн с готовностью кивнула.

— Поскольку на психопатов не действует хмурый вид родителей и к психотерапии они тоже не восприимчивы, приходится прибегать к более точным методам, — объяснила она, потянувшись за бокалом.

Сонная кошка соскользнула с ее колен, да так и повисла на бедре, словно коврик на заборе. Женщина положила животное обратно на колени и продолжила:

— А именно воздействовать непосредственно на источник. — Она постучала пальцем себе по голове. — Мы вживляем чип, улавливающий посылаемые сверчком слабые сигналы, которые приводят в действие собственную систему поощрения и наказания мозга. Наш расчет строится на том, что это окажет стимулирующее воздействие на зеркальные нейроны и тем самым активирует их. К сожалению, пока нам не удалось достичь значительного прогресса. Так что пока метод остается… хм, некой формой ненавязчивого обучения, скажем так.

Гизела помолчала и допила бокал.

— Само собой, знать об этом резиденты не должны. Доктор Фишер моментально вышвырнет меня из долины, если прознает, что я рассказала вам о проекте «Пиноккио». Вот только, боюсь, он поступит так в любом случае.

— Значит, Коринна работает на вас? Ее работа состоит в манипулировании другими резидентами?

— Ее работа состоит в манипулировании вами. — Гизела направила на Даниэля дрожащий указательный палец. — И никем больше. С другими резидентами работают другие сверчки.

— И кто же эти другие сверчки?

Она покачала головой и погрозила пальцем.

— Я и так рассказала вам слишком много. Но вы точно не хотите, чтобы я открыла еще одну бутылку вина? Оно такое освежающее. Без вина в Химмельстале я бы ни за что не выжила.

Даниэль отрицательно покачал головой.

— Не совсем понимаю, что за люди эти сверчки. Насколько мне известно, Коринна живет в долине уже несколько лет.

— Вам прекрасно известно, сколько она здесь пробыла, — раздраженно бросила Гизела, поерзав в кресле, отчего кошка снова немного сместилась. Но животному как будто все было нипочем.