Чтение онлайн

Поломав голову, наконец, поняли, что «2» – это типа «привет», так как на вьетнамском число два произносится как «Hi» на английском.

«Nh'oc d n`ay vn bth ch?»

Алина обиженно фыркнула: чаще писать и звонить надо, а не спрашивать: «Малявка, у тебя все в норме?»

В последний раз мы болтали в чате месяц назад. С тех пор Фонг пропал и даже не удосужился чиркнуть пару строчек. А теперь вдруг раз и объявился. Накатал длиннющий смс, поди разберись.

«Мозги в узел завяжутся, пока дочитаю», - проворчала Адреналинка и набрала его номер.

Вот кто настоящий любитель над нами

поиздеваться: в курсе же, что мы вьетнамский знаем хуже русского. Каждый раз, когда читаем его писанины, приходится проводить тройной перевод: во-первых, наш вьетнамский словарный запас, к сожаленью, ограничен; во-вторых, он постоянно сокращает слова и использует молодежный сленг (который мы опять же не понимаем); а в-третьих, заменяет многие словосочетания на английские слова.

Однако Фонга мы обожаем. Родственничек старше нас на три года, сейчас учится в Кембридже на дантиста. Помню, уже с детства каждый раз, когда мы приезжали на каникулы, постоянно играли в стоматолога. Естественно, нам доставалась незавидная роль жертвы, тьфу, то есть пациента. Фонг одевал мамин халат (моя тетя тоже стоматолог), который волочился за ним по полу, и в качестве врача принимался со знающим видом осматривать и критиковать наши зубы. Теперь точно знаем, что боязнь стоматологов появилась только из-за него.

Мы страшно боялись кузена и постоянно плакали, когда мама заставляла приезжать к своей сестре в гости. Мы знали, что там ждет жуткая игра в зубного врача, издевательства брата, кроме того Фонг каждый раз затевал какую-нибудь авантюру и заставлял нас принимать участие (причем его хулиганства обычно заканчивались плачевно). Самое обидное, что двоюродный брат неугомонно смеялся над тем, как Алина коряво разговаривала на вьетнамском. Только благодаря ему к нам привязалось прозвище «кикиморки».

Однако кошмар кончился со смертью мамы. Помню, на похоронах Фонг мягко обнял нас и извинился за все причиненные обиды. В тот момент он стал самым близким и родным человеком во Вьетнаме.

После смерти жены папа перестал ездить с нами во Вьетнам на летние каникулы: мамины родственники ненавидели его и не желали видеть в своем доме. Тогда все дни мы проводили с Фонгом. Кузен учил вьетнамскому, показывал город, брал в походы со своими друзьями, объяснял что к чему…

Только благодаря брату мы полюбили знойные вечера душного Ханоя, его древние кварталы с узкими шумными улицами, изящные виллы в колониальном стиле, широкие бульвары, экзотические и яркие пагоды и храмы. Еще сделали вывод, что город «находящийся в долине реки» (как переводится «Ханой») никогда не спит: до трех утра открыты лавки, где можно съесть вкуснейший супчик с рисовой лапшой, а с четырех на улицах уже встречаются горожане, занимающиеся утренней пробежкой. В общем, здесь встают дико рано, особенно наши бабушка с дедушкой – для них встать в семь утра уже значит всю жизнь профукать.

Но все-таки неизгладимое впечатление произвела транспортная система. Главное средство передвижения здесь – мотобайк, который является для каждого вьетнамца в прямом смысле слова «железным конем»: практичным, верным и незаменимым. Ощущение, что человек на мотобайке может все: сидеть, лежать, возить любые грузы (даже крупногабаритные, как шкафы,

холодильники, стиральные машины), встречаться, есть, отдыхать и работать. Для молодых людей он становится практически продолжением тела, без которого невозможно обойтись.

Фонг даже научил нас ездить на мотобайке и зачитал некий свод правил:

Главное правило – никаких правил не существует. У всех транспортных средств (начиная от велосипеда до грузовика) равные права. Все едут одновременно, никто никого не пропускает.

Прав оказывается тот, кто быстрее, изворотливее и маневреннее. Важный фактор успешного водителя – моментальная реакция.

Разметка и светофоры существуют для красоты. Можно ездить по обочине навстречу потоку, по тротуару, по «встречке», заворачивать, где приспичит, и останавливаться тоже.

В общем, этих знаний нам хватило, чтобы гонять на бешеной скорости по городу без шлема, прав и капли совести на свое шестнадцатое день рождения.

– А ну, гад, рассказывай, чего там делаешь?
– мы обогнули люк на тротуаре, профессионально исполнив Manual, трюк, когда едешь на двух задних колесах, в то время как передние приподняты над землей. Перебросив мобильник из одной руки в другую, Ким Линь продолжила: - Ты закадрил ту телку?

– А ты сомневалась в своем брате? – захохотал на другом конце провода Фонг, приятно удивившись звонку. – Да она влюбилась в меня в первого взгляда.

– Ага, конечно. Первый после того, как видела тебя тысячи раз, - прыснула Алина.

– Хватит мне кайф ломать, кикиморка! Сама что делаешь?

– Катаюсь на скейте, с тобой вот разговариваю.

– Ты там аккуратнее на дорогах! Сейчас куда ни гляди – постоянно аварии, - внезапно посерьезнел Фонг.

– Ты обкурился что ли? Я же скейтер со стажем! – возмутилась в ответ сестренка.

Будто в подтверждение собственных слов Адреналинка сделала безупречное Ollie, перепрыгнув через скамейку, тем самым разогнав стаю голубей. Естественно, все прохожие обернулись, восхищенные нашим эффектным представлением. Спорю, сейчас у них в голове крутится только один вопрос: «Она что, подошвы клеем намазала?»

Усмехнувшись такой мысли, Малина продолжила беседу:

– Тебе не нужно даже переживать по этому поводу.

– Хорошо, молчу-молчу. Как там твой отец?

В трубке повисло неловкое молчание.

– Он свалил к Оксане и придет не скоро.

– Это та, о которой ты рассказывала?

Алина резко притормозила и сделала Manual, но уже стоя на месте. Обычно она предпочитает исполнять этот трюк на ходу, но разговор об Оксане лишил всякого энтузиазма.

– Да, именно об этой дуре.

– Чем она тебе так не нравится? – поинтересовался осторожно брат.

– Ну, хотя бы тем, что наступила на Татума и даже не извинилась, - пожаловалась Ким Линь и продолжила путь.

– Да что ты? Может, не заметила? – съязвил в ответ братец.

Уверена, кузен на том конце лукаво улыбнулся. Ненавижу, когда он начинает сарказничать.

– Ага, ну конечно. Он так громко завизжал, что мертвяки в гробах перевернулись, - наябедничала Малинка. На этом Фонг не удержался и расхохотался. – Хорошо, он ей потом в туфли написал. Умный мальчик, однако.