Чтение онлайн

— Знаешь, а у тебя проблемы, — задумчиво сказала Юлия, когда ее джип остановился. — По-моему ты совсем не умеешь жить. И даже не учишься уметь, вот в чем вся беда…

— Думаешь? А нам долго еще ехать?

— Уже прибыли.

Я опять не узнал улицы, на которой мы остановились. Явно это Замоскворечье и недалеко от центра Москвы, но вот где?

— А куда мы прибыли? — спросил я, вертя головой.

— Сейчас увидишь…

Тем временем мы вошли в подъезд и поднялись на пятый этаж жилого дома

— Здесь один из моих офисов, — пояснила Юлия, когда мы входили в какую-то квартиру. — Но он оказался неудобно расположен,

и я тут практически не бываю никогда, — продолжала она, пропихивая меня вперед себя. — Можешь здесь жить. Там — санузел, жилой блок, вон — кухня… но питаться лучше в городе, в Москве сейчас полно недорогих и качественных кафешек, причем большинство из них — круглосуточные. Можешь пользоваться телефоном. Компьютером не получится, извини. Он настроен так, что его могу включать только я, понимаешь?

— Честно говоря, ничего не понимаю! — признался я. — Что это за офис? И почему не получится пользоваться компьютером? Пароль что ли стоит? Или дактилоскоп?

— Нет, лучше. Видишь ли, я часто мотаюсь по городу, и не могу всякий раз тратить время для поездок в центральный офис. При современных московских пробках это вполне понятно. А там у меня все сотрудники и там наша штаб-квартира. Мобильного Интернета мне явно недостаточно, поэтому я завела несколько офисов в разных точках города, где все совершенно идентично — те же компьютеры, те же столы, расположение мебели и совершенно одинаковая обстановка. Более того, все компьютеры настроены так, что основные установки не на жестком диске «це», как всегда бывает, а вот на этой карточке, которую я вставляю во встроенный картридер. — Тут она показала мне маленькую карту памяти, какие используются в фотоаппаратах. — После работы, я ее уношу с собой. Прихожу в другой офис, вставляю карточку, включаю и работаю дальше. Все они подключены через информационные каналы к базам данных и файловым массивам центрального офиса. Никакой разницы, будто и не уходила никуда.

— Гениально! Это ты сама придумала? — восхитился я.

— В каждом из нас спит гений, и день ото дня все крепче, – ответила Юлия. — Да, придумала я, а осуществили и отладили мои компьютерщики.

— Но это, наверное, безумно дорого?

— Да не особо. Я ж не плачу за аренду помещений. Только за площадь, электроэнергию, Интернет и коммунальные услуги. А там — копейки.

— А не опасно? Все-таки через сеть вся связь, все данные туда-сюда перекачиваются… Вдруг кто-то шпионить начнет? Или инфу воровать?

— У меня такой сисадмин и такой секьюрити, что о-го-го! Да, еще одно: блядей сюда не приглашай. Собутыльников тоже. Будет лучше, если вообще никто не узнает, где ты живешь. Если уж совсем пристанут с расспросами, то говори, что остановился у меня, но без пояснений. Все-таки ты какой-то там родственник. Хоть и очень дальний.

— Кстати, а какой именно? Я как-то пытался вычислить степень нашего родства, и запутался. Заблудился в родственных связях.

— Я вычислила, — с довольным видом сообщила Юлия. — Значит так: я — дочь мужа сестры жены брата твоей бабушки по линии матери.

— Ничего себе! И как это называется?

— У нас — никак, а в Англии — кузина. Там все кузины, кроме самых родных. Да, Интернетом пользоваться можешь, подключай свой ноут и работай на здоровье. Я потом тебе сообщу параметры.

Сказав эти слова, она вдруг подошла ко мне вплотную. От ее волос мило

пахло чем-то хорошим, и я почти автоматически обнял ее за талию…

17. Особенности национального бизнеса

У нее была тонкая талия и очень приятная грудь — небольшая, правильной формы, красивая и упругая. Все остальные части тела тоже оказались очень даже ничего.

— Все! Я, кажется, полностью выздоровела! — сказала Юлия, когда мы закончили.

— От чего это ты выздоровела? — не понял я. Я даже не ожидал, что во мне еще сохранилось столько энергии. — Разве ты чем-то болела?.. Если молодая красивая женщина просит невзрачного, немолодого мужика остаться на ночь, значит, она начальница фирмы, а он ночной охранник.

— Мне давно не было так хорошо, — проигнорировала она мой вопрос. — А ты вовсе не невзрачный охранник, и на ночь я тебе остаться не предлагаю. Я предлагаю здесь пожить.

После этих слов она, жестом иллюзиониста вытащила откуда-то из-под кушетки бутылку, открыла ее и долго пила прямо из горлышка. На этикетке читалось: «Martini Bianco». Зрелище выглядело сколь вульгарно, столь же и эротично. Наконец она передала бутылку мне.

— Ты же за рулем? — удивленно спросил я, принимая емкость из ее рук.

— А, насрать. Если совсем будет туго, вызову подкрепление — позвоню кому-нибудь из своих ребят. Первый раз что ли?

Мы лежали на широкой тахте в «жилом блоке». Там действительно имелось все необходимое для жизни. Вся наша одежда комьями валялась на полу: если у девушки красивое лицо, то ее хочется раздевать и дальше. Это только в кино секс всегда начинается с миссионерской позы, а заканчивается обязательно женщиной сверху. В жизни случается, что все происходит как-то иначе и не столь упорядоченно.

— Так от чего ты выздоровела? — снова спросил я. — Вроде как вполне здорова была. Или нет?

— От тебя, — пояснила она. — Пятнадцать лет назад я была двенадцатилетней соплячкой, а ты мне казался таким взрослым, абсолютно во всем уверенным и невъебенно умным. Я влюбилась тогда в тебя до усеру. А ты на меня обращал столько же внимания, сколько на герань с нашего подоконника.

— Ну, извини, ты же была совсем маленькой! Худенькой голенастой девочкой, — вяло оправдывался я.

— Да, я была ребенком. Ты изредка приезжал в Москву, а я всегда знала от отца, когда ты должен приехать, где ты будешь и с кем. Я следила за тобой. А по ночам ты мне снился.

— Да? Я ничего не видел и не знал.

— Конечно, я же старалась. Потом я выросла и все эти глупости прошли. Поступила в универ, началась обычная студенческая жизнь. А много после, когда уже вышла замуж, меня вдруг опять начали посещать сны эротического содержания с тобой в главной роли. Мне все время снилось, что я с тобой трахаюсь, а ты… ну, неважно, что мне еще снилось. К сексу я тогда относилась очень серьезно и вдумчиво, поэтому изменяла мужу лишь дважды: со своим тогдашним боссом и с каким-то пьяным охранником… Мой муж оказался полным мудаком, он страдал геморроем и легким психическим расстройством. Он вообще вел себя несколько неадекватно, и развелась я с ним еще до рождения Петра. Да, кстати — никогда не называй моего сына «Петей» или не дай бог «Петькой». Он этого терпеть не может. Только Петром.