Читер
Шрифт:
Максим сильно нервничал. „Что делать?“ — назойливый вопрос беспощадно мучил его. Он ехал по направлению родного отделения, но знал, что везти половину груза туда сейчас было бы ошибочно.
„Нужно встретиться с Юрой и решить, что предпринимать. Да откладывать нельзя. Юра мой самый верняковый вариант. Он поможет. Да. Точно поможет“, — пришел к умозаключению ОБЛОМовец.
Это умозаключение сопровождалось сильным чувством дэжавю. У Максима возникло сильное ощущение того, что это уже было. Но когда? Вспомнить, когда происходило что-то подобное, у ОБЛОМовца не получалось. Да и насущные события заставили его быстро
Полковник свернул на другую улицу и, удерживая одной рукой руль, достал мобильный телефон. После набора номера Песчаников долго слушал гудки, закусывая губы. В конце концов, в трубке послышалось тягучее „Да“.
— Это я Макс, — нервно начал разговор полковник.
— Да, Макс, — снова послышался тягучий ответ.
— Юра, Юра, у нас большие проблемы! Капец просто!
— Проблемы существуют для того, что бы их решать.
— Юра, нужно встретиться, где-то на нейтральной территории?
— Хорошо — на нейтральной территории.
Однако этот его спокойный ответ заставил призадуматься Максима.
— Юрка! Мы потеряли половину товара!!!
Какой-то миг в трубке была абсолютная тишина.
— Что? — внезапно, но вновь спокойно прозвучал вопрос Обвального.
— Мы потеряли половину товара и деньги!!! — панически повторил Максим.
— Хорошо. Ладно. Ладно. Успокойся. Через двадцать минут на Дамщатике в ПиЭнПисе? Успеешь?
— Сойдет. Только приезжай скорее.
— Окей. Давай.
Юра отключился. А Песчаников сосредоточившись на езде и на мыслях „Что будет дальше“ поехал на центральную улицу.
„Окей. Давай“, — произнес Юра и откинул мобильный телефон на диван в своем кабинете.
Он полузакрытыми глазами взглянул на девушку, которая сползла с дивана на пол к его ногам. Красавице это не доставляло совсем никакого дискомфорта. Она, неуклюже раздвинув ноги, отключилась на шерстяном ковре с застывшей на губах улыбкой.
„Так — мне срочно нужно идти…. Как не хочется…. Она совсем отключилась, — мысленно стал настраивать Обвальный себя на дорогу, — Не передоз ли у нее? Идти, как не хочу! С ней вроде все нормально. Попробовать встать…. О, получилось. Да ее всего лишь накрыло. Черт! Меня тоже накрыло!.. Нет. Нет…. Идти нужно. Не хочу! Нужно! Раздуплить ее? Хер с ней нужно идти! Ничего не случится — все нормально. Пусть остается здесь…. А если кто заметит! Все равно! Так дверь. Вот дверь…. Вот блин — товар и деньги!.. Какой длинный коридор….“
Милиционеры быстро выскочили из джипа. Они, вытащив пистолеты, направились к месту, куда сбило тело Читера.
Первый правоохранитель, подбежавший к телу, увидел, как оно медленно исчезает — словно растворяется как сахар в кипятке.
— Смотрите! Смотрите! — пробормотал он своим коллегам.
— Господи! Что это?! — произнес подошедший сотрудник.
Три милиционера замерли, напряженно вглядываясь в место, где лежало тело Паши. Они не могли поверить своим глазам, — но тело исчезло.
Проспект дал длинный, но плавный поворот влево. Скорпион, словно метеор стал преодолевать его, выкручивая по периметру дороги свои вращающиеся колеса. Разметка при такой скорости стала рисоваться причудливыми узорами за лобовым стеклом. Передний правый угол Скорпиона, казалось, вот-вот зацепит стены нависающих прямо над дорогой домов.
Милиционеры, которые гнались за ним, значительно отстали, так что их уже и не было видно из-за поворота.
Читер старался ориентироваться по экрану прибора. Видимо милиционеры не заметили, как он свернул, потому что поехали дальше по проспекту. Паша решил этим воспользоваться. Он начал петлять узкими улочками и дворами.
Когда, наконец, выехал на более широкую улицу с четырьмя полосами движения, вновь поддал газу. На этой улице к его удивлению было еще достаточно оживленно и светло. С фонаря на фонарь с обеих сторон дороги были перекинуты светящиеся гирлянды. Приятно радовал глаза и блеск от витрин все еще работающих магазинов. И даже неоновая реклама, которой здесь было особенно много. Прохожие с любопытством обернулись на громыхающую из Скорпиона музыку. А еще больше внимания возникло, когда машина начала набирать скорость. Сидящая справа на лавочках за бутылкой пива молодежь в небольшом сквере между магазинами и дорогой, начала одобрительно свистеть и махать руками Скорпиону.
— Придурки, — обозвал Павел молодежь, поглядывая на цель в экране.
Павел резко затормозил, от чего его немного наклонило к рулю. Машина, заскрипев резиной и проскользив по асфальту, остановилась. Читер сдал назад и обернулся налево. Там почти в полусотне метров от него за стоянкой с небольшим количеством авто стояло высокое одноэтажное здание фаст-фуда. На нем красовалась большая красно-белая вывеска ПиЭнПис с маленьким дополнением в виде кружка с надписью „24Ч — круглосуточно“.
Он, недолго думая, развернул машину и поехал к входу в заведение. Только он съехал с дороги, как в зеркале заднего вида увидел двух правоохранителей, стоящих с другой стороны улицы на тротуаре. Один из них напряженно что-то говорил по рации, глядя ему в след. Но Паша словно забыл о них — Максим был в этом здании — он точно знал это.
Скорпион подъехал к входу в ресторан быстрого питания и, посветив предупреждающе секунду своими задними квадратными фарами, затих. Музыку Павел тоже выключил.
Читер открыл дверь и вышел из машины. На нем внезапно появился длинный черный плащ полы, которого шли волнами у него над ботинками. Он, напряженно выдохнув, посмотрел на ресторан, словно вспоминал какой-то трогательный эпизод из своего прошлого. За большими прозрачными окнами виднелось немного людей сидящих внутри, а на самом окне был наклеен рекламный проспект: „Наше мороженное — самое лучшее, мороженное на свете“. Павел подошел к стеклянным дверям. Те покорно разъехались в стороны, приглашая его посетить фаст-фуд.
Максим напряженно считал минуты, утопив свой взгляд в красной розочке, нарисованной на салфетке в пустом стакане кофе перед ним. Он перебирал все возможные варианты исхода этой неблагоприятной для него ситуации. Но хорошего на ум ничего не приходило. Юра должен был уже приехать — однако его до сих пор не было, а мобильный телефон не отвечал.
„Почему же его так долго нет? — задавал сам себе вопрос молодой полковник. — Господи, неужели Юрка опять оборжался наркотиков и отключился? Но мы ведь договорились! Неужели он не понял…. А если уйду, а он приедет… Черт!“