Чтение онлайн

– - А твои южные пчёлы - ленивые, -- заспорила я.
– - Они могут летать с апреля по август - у них много времени, они несобранные, твои южные пчёлы, они баклуши бьют. Да и южный мёд у нас тут бадяжат.

– - Да это ясное дело, что у нас бадяжат. Поэтому я пасеку свою хочу. Будете с мамой наш мёд брать на реализацию?

– - Почему бы нет?
– улыбнулась я.-- Мёд-разнотравье Центральной России -- сладкий.

А Дэн говорил Максу недовольно:

– - Вот ты гербарий привёз. А ты бы лучше маску себе купил и респиратор.

– - Это ещё зачем?
– испугался Макс.

– - А как ты собираешься смесь делать?
– возмутилась я.
– Совсем что ли? Всё забыл что ли?

– - Ой, блин!
–

расстроился Макс.
– Совсем из бошки вылетело. А там - такие маски были.

Всегда я и мама заходили в помещение, где сушились пуки трав только в масках. Маски мы покупали плавательные, иногда и в магазине игрушек. Иногда дешёвые маски с рынка были даже лучше серьёзных масок из спортивного магазина. Они не облегали лицо плотно, не впивались резиной в кожу, оставляя после следы.

– - Нам же в них не плавать, -- говорила мама продавцам, игнорируя их советы.

Можно было заготавливать травы, то есть снимать засохшие листья с засохших стеблей, и в очках для плавания, но маски - лучше. Макс порвал очки ещё в прошлом году, забыл о маске в этом, а все запасные маски забрали Дэн и Злата.

Когда мы переносили подготовленное сушёное сырьё для табака из нашего склада в коттедж Макса, я подумала, что травы обиделась - они привыкли быть на нашем склде, быть вместе, а их разделили: одни - для добра и пользы, другие - для баловства, если не получится во вред. С Дэном у нас всё было по-прежнему. Только что мы ходили в обнимку всё лето, что было прогрессом. Для перемолки листьев Макс специально купил новый миксер с герметичной кружкой, установил на миксере насадку "нож большой". Папиросные заготовки, гильзы, и машинку он взял у отца. Удивительно, но Макс ничего не скрывал от родителей. Его папа вообще обрадовался:

– - Попробуем, что ты приготовишь под руководством специалистов-травников-химиков. Сравним.

Получалось, что на кон был поставлен мой и мамин (хотя маме это не могло и в страшном сне приснится) профессионализм.

Мы приготовили три смеси. Одну -- фруктовую, другую - так называемую коровью, с клевером, и третью ядрёную, с кувшинками и ландышем.

– - Краснокнижная, -- говорил об этой смеси Макс.

Ведь и ландыш и кувшинка занесены в красную книгу.

– - Знаешь, что мало охвачено - корешки, -- смеялся Макс.

Я практически не участвовала в перемолке и расфасовке Максовых смесей. Я только руководила, иногда делая "ценные" замечания. Да Макс и не допустил бы, он делал всё сам. Он сильно похудел. Удивительно. На моих глазах Макс преображался. Из ленивого пофигиста он преобразился в заинтересованного, увлечённого, пусть и в узкой области, человека.

– - Валериана , репей, лопух - да много ещё корешков, -- перечисляла я.

– - Хрен. И хмель.

У нас рос хмель, были засеяны поля. Если ехать по железке, то видны поля.

– - Эти поля были под охраной, -- предупредила я.

– - Да пошутил, -- смеялся Макс.

– - Есть ещё рапс. Рапсовые поля, они не охраняются.

– - Да ну, -- обиделся Макс, полистав очередной справочник.
– Рапс нам не упал. Ну значит так, товарищи-ботаники, всех приглашаю на вторник!

41 Поездка во Владимир

Коттедж Макса и его родителей был в полном нашем распоряжении. Все смеси упакованы и расфасованы, весь мусор из комнаты, где сушились растения, которые из-за контроля мамы ни в коем случае не могли сушиться у нас на складе, выметен. У всех было приподнятое настроение. Макс накупил чипсов и колы.

– - Один дяденька восемь лет пил колу и умер, -- смеялся он над моими прошлыми лекциями, как обычно, когда ставил колу

на стол...

Но тут Макс поставил и минералку, и орешки: фундук и грецкие

– - Мозг, мой мозг, -- смеялся Макс, положив себе на голову пакет орехов.

Дэн стриг косилкой газон. Он только со мной мог сидеть без дела. Даже, когда у него бывали Макс и Злата, он всё равно сидел и делал уроки.

Злата молчала. На открытой террасе рядом со столом она качалась на кресле. Колено Злату почти не беспокоило. Злата считала, что она проколила его на солнце, что это солнечные витамины счастья группы Д помогли её колену.

– - Я чеховская героиня, -- говорила Злата, сгибая раскачиваясь только здоровую ногу.
– Корнелий Сергеевич всегда так обо мне говорит.

Я смотрела на Злату и думала: удивительно, как Злата везде успевала. И школа, и работа во Дворце Спорта, и тренировки, и театр, и конечно парикмахерская. Злата теперь постоянно подравнивала мне волосы ступенями, да и мама стала захаживать в Старую парикмахерскую. Злате она не позволяла себя трогать, а мама Златы всегда теперь стригла мою маму... Конечно, Злата не делала уроки, училась хуже всех, но она и не собиралась после школы нигде учиться. Она говорила, что учиться парикмахерскому делу надо "у кресла" и минимум пять лет. Я вдруг подумала, что Злата тоже загружает себя по максимуму - лишь бы не думать... Ведь Костик в армии, а Макс у неё -- больше по привычке, по старой памяти. Она иногда так садилась и так глазела, что становилось не по себе... Я до сих пор помнила её депрессивный психоз перед первыми соревнованиями...

В День Защиты детей выступали Златины маленькие подопечные. Во Владимире проходил фестиваль фитнеса. И Злата очень переживала. Для её малышей администрация города заказала автобус. Во Дворце Спорта детский фитнес только-только начинал развиваться. Толстые тётки всегда ходили заниматься и бегать по искусственной дорожке, но дети... До последнего времени детей в Мирошеве было, прямо скажем, немного. Но жилищное строительство всё изменило.

Всё чаще во Дворце Спорта стали происходить скандалы родителей и тренеров гимнастики и акробатики. Родители были в претензии, что у детей травмы, что дети устают, что на детей кричат, в общем, как говорил мой папа, кончилось время подчинения, наступило время "челяди, возомнившей себя узурпатором". Не сразу, но до руководство Дворца Спорта дошло, что надо готовить не только гимнастов областного значения, но и найти занятие тем, кто был имел гимнастические данные, но не имел спортивного характера. То есть требовалось что-то спортивное, но не травматичное, и массовое. Злата ездила на соревнования повсюду и много рассказывала о чарлидинге, спортивной аэробике и ритмике. Она, через своего тренера, и предложила такие группы. Выбрали спортивную аэробику, посчитав её ближе всех к гимнастике.

Спортивная аэробика складывается из обязательного набора элементов, гимнастических упражнений и танцевальных вариаций. Злата и стала ходить в ДК "Октябрь" за танцевальными элементами, и на свою голову присмотрела Костика. Костик сильно изменился. Он не сплетничал как в детстве, вёл себя высокомерно, на занятиях и вообще во ДК общался только с Чопровым. Со мной после той драки в детстве - ни разу ни слова. Как к пустому месту.

И вот - автобус заказан. Злата уговорила меня пропустить занятие у репетитора и съездить с ней на фестиваль. Она наотрез отказалась брать нервных мамашек, уверив, что её подруга, "дочка прокурора" не допустит "никакого криминала". Злата на тех тренировках, которые я наблюдала, жёстко обращалась с детьми. Но они не обижались, они её боготворили, они были в неё влюблены. Злата постоянно размышляла над танцем, над элементами и композицией. Тогда у неё становился отсутствующий взгляд.