Чтение онлайн

Нет. Не думать об этом.

Никакого компьютера пока что — и это «пока что» наверняка надолго. От стресса спасаться чем-то ещё. Дела на сегодня… Дэдпул обещал рассказать и помочь, а там поглядим.

Вся моя жизнь «там поглядим». Продираться сквозь ощущение собственной никчёмности и ненужности с пылающей до самого конца надеждой. Надеждой, что так и не сбылась при жизни, а теперь грозит не сбыться и после смерти.

Нужно найти свою собственную грань, но я не имею ни малейшего понятия, как это сделать. Пока всё, что остаётся — плыть по течению и хотя бы

пытаться орудовать веслом.

Надеюсь, помощь от Дэдпула сработает. Если он не лжёт — но я не думаю, что лжёт.

Просмотр фильма о Дэдпуле сам по себе стал чудом. Сходить в кинотеатр одной возможности не было, только качать видео, однако полтора свободных часа мне бы никто не дал. Особенно если увидели бы, что я смотрю.

Но тут родители с бабушкой отправились на день рождения по приглашению, а меня специально оставили одну — подозреваю, неизвестный именинник сам так попросил. Не знаю, почему, но и не расстраиваюсь, ведь так я смогла полноценно расслабиться и посмотреть фильм.

Он действительно оказался тем, что обещал и для чего я его скачала — провокационной комедией, показывающей и говорящей такое, что я больше никогда не видела и потом долгое время носила в памяти. Но больше всего (даже больше сцены секса, от которой я решила не отворачиваться) меня поразил сам Дэдпул.

Вопреки всем матам, убийствам и шуточкам передо мной предстал благородный человек, принимающий жизнь какой она есть и желающий спасти свою девушку в том числе от самого себя. И от него шли те же вайбы клоунских персонажей, что изо всех сил пытаются веселить и смешить, но на деле жутко страдают.

Я всегда сочувствовала таким.

И я сочувствовала Дэдпулу.

Когда я спустилась вниз, то обнаружила его орудующим у небольшой плиты. Дэдпул нацепил маску обратно, а заодно и передник с приторно-розовым единорогом.

— Доброго утра, красавица, — он помахал мне скороводкой. — Садись, я блины уже заканчиваю готовить. Русские ведь любят блины, да? Правда, я их без яиц готовлю и вообще обезжирил. Это, наверное, уже и не блины вовсе. Но я почувствовал страстное желание взяться за скороводу, и не бургеры же мне жарить. Так, а их жарят? — спросил он сам себя. — Эх, всё-таки я не американец.

— Слушай… — осторожно поинтересовалась я, усевшись за стол, где в чашке уже дымился теперь слабо-коричневый чай. — Можно тебя спросить?

— Что угодно.

— Ты вчера сказал, что боль от рака вернулась, хотя со мной её не было, да? То есть, как бы я изменила тебя в свою сторону, а сейчас ты уходишь обратно к, ну, канону?

— В точку, Даша, — Дэдпул подкинул блин до потолка, но искусно поймал. — Наш мир больше не зависит от твоих взглядов, и потому всё немножко идёт по пизде. Я это осознаю и стараюсь держаться, хотя без мата уже не обхожусь, но вот тот же «Энтерпрайз», например. Пока всё скреплялось твоим желанием, то они все работали

дружными мухоморами. Не особо эффективно, но это опять-таки от тебя зависело, извини. А сейчас у них вырастет немало склок друг к другу.

— Например?

— Например… — Дэдпул опять подкинул блин. — Например, Алистер Кроули спит и видит, как мир избавляется от силы Харухи Судзумии. И по своему мудачеству согласен на то, что и саму девочку надо того. Удерживают его только инопланетяне, но знаешь — держи блин, — Дэдпул метнул мне его на тарелку так быстро, что я едва не свалилась со стула. — Эти все пришельцы себе на уме. Я совершенно не ебу, но они точно неуязвимы для временных петель и всяких концов света. И потому наверняка тоже в курсе того, кто ты и что за хрень творится. А как отреагируют — не берусь гадать. Держи ещё блин.

— А Танос? — я аккуратно, стараясь не обжечься, свернула блин рулетиком. Такое чувство, что давно не ела горячего. — Он тоже знает?

— Х-м-м. Думаю, не знает автоматом, но вот когда захочет покопаться своей перчаточкой, то уж точно. Правда, сейчас Танос думает разобраться с Лордом Инглишем, который уже буянит на краю Вселенной. Держи блин. Зелёный громила его, разумеется, прихлопнет, но какое-то время они точно повеселятся.

Ещё и Лорд Инглиш… как будто мало было злодеев. Но ладно. Если Танос не знает, а заодно и занят, то с остальным разберусь.

— Значит, мне сейчас лучше всего заняться Алистером?

— Я извиняюсь за грубые слова, но ты ведь сегодня смотрелась в зеркало? — Дэдпул метнул мне сразу пять блинов. — А, стоп, его даже в ванной нет. Виноват. В любом случае, у тебя для «заняться Алистером» нет ничего. У меня, если что, тоже. Если мы займёмся Алистером, то Алистер займётся нами. А посетить его лаборатории я хочу лишь с полностью заправленным огнемётом.

Я вздохнула, но нисколько не обиделась. Не на что тут обижаться.

— Лучше всего тебе ни во что не встревать, — Дэдпул отошёл от плиты и направился к столу, неся стопку блинов прямо между ладонями. — Тебя никто не знает, и пусть так останется. Друг с другом разберутся сами.

Я наконец доела блин, и он даже горячий был очень вкусным. У меня в последнее время было какое-то странное неприятие яичного белка, желудку становилось неуютно от него, но яйцо в день считалось обязательным. Возразишь — начнутся скандалы.

— Но мне ведь надо что-то делать, — посмотрела я на также приступившего к трапезе Дэдпула. — Как-то раскрывать эту свою грань. Ты ведь не сможешь даже подсказать, в чём она заключается?

— Не возлагай на меня особых надежд, — помотал тот головой. — По канону пробивание четвёртой стены вообще дурка и лишь кажется. Что-то я не знаю, что-то думаю, что знаю, а что-то путаю с глюками. С нами в прошлых петлях приключался розовый слон, говорящий с вьетнамским акцентом?

— Э-э… нет.

— Оу. То-то я думал, что у слонов обычно мозамбикский акцент. Тогда лучше положи хуй на сведения от меня, я вполне могу из головы их вытащить. Короче, подсказывать не могу и не буду, предлагаю самой изучить мир.