Четвертый вектор триады

Надмирье

Слой грубых вибраций

Период угасания света

Грязные волны Шестого подплана упорно не желали терпеть в себе инородное тело.

Присутствие Ви им было глубоко омерзительно, и они поминутно вскипали противной серой пеной. Приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не вылететь наверх, в Пятый подплан.

Проще, конечно,

было бы вырастить себе местное тело, но не хотелось пачкаться. Лучше потерпеть еще немного. Зато при встрече с нечистью можно не тратить силы на Портал. Достаточно просто перестать сопротивляться.

Ви услышала Зов в самом конце своего дежурства. Сигнал был слабый и быстро затих. Удалось определить лишь примерные координаты. «Плюс-минус трамвайная остановка», — как сказал бы Ал. Что эти слова означали, Ви не знала, но звучало это почему-то приятно.

Зов очень походил на крик о помощи, и теперь приходилось блуждать среди мрачных нагромождений отгоревших страстей и отболевших болей и искать неведомого пострадавшего.

Скорей бы уж найти его, чтобы можно было полететь в жилой слой, поймать наконец Ала и заставить его все рассказать.

Только слепой не увидит, что у него что-то не так. Все время где-то пропадает, а когда возвращается, выглядит как стажер после Пробного Воплощения. На вопросы не отвечает, отшучивается.

Будто неродной…

«Сегодня же найду и заставлю ответить!» — решила девушка.

«Что-то подозрительно пусто здесь, — всплыла из подсознания запоздалая мысль. — Обычно тут полно всякой мерзости, а сейчас все будто вымерло. Придется-таки построить себе что-нибудь из местной грязи. Щупальца там или клешни. И органы чувств. Буркала какие-нибудь, попроще, погрубее».

Как только суррогатное тело начало оживать, Ви услышала слабое эхо далекого боя.

Вот так всегда: лень и гордыня.

Чистенькими мы хотим быть. Благостными. Страждущим помогать, с облака не спускаясь. Погибающих спасать, душу не надрывая. Как там Ал говорил? «Когда Господь Бог вышел к людям из Ируканских болот, ноги его были в грязи». И где он только все эти слова находит?

Вой усиливался. Судя по всему, неподалеку дрались гарпии. И было их там много. Очень много.

Ви обогнула мрачную громаду очередной тучи и остановилась поосмотреться.

Внизу, между тускло мерцающими сгустками астральной плазмы, колыхалось шарообразное облако, образованное сворой озверевших, грызущихся между собой элементалов.

Истошно вопя, гарпии накатывались на радужный кокон зеркального блока, маленький и жалкий на фоне кипящего моря безобразных форм.

Судя по слабым и неравномерным пульсациям, тот, кто находился внутри кокона, был без сознания.

Ви, стараясь не привлекать внимания, скользнула вверх и, набирая потенциал, закружилась по сложной энергетической восьмерке. Наскоро сляпанное внешнее тело, подчиняясь команде, начало таять. Не так быстро, как хотелось бы.

Внезапно возбужденного близкой схваткой сознания достиг слабый ментальный сигнал. Это

была только тень мысли, но и она позволила различить индивидуальные цвета: бедствие терпел Ал.

Вот как! А она-то думала искать его в жилом слое!

Что же это получается? Гарпии загнали в защитный блок не зеленого новичка, а умелого, неутомимого бойца, грозу черных элементалов Третьей Планеты.

Странно…

Видимо, гарпии лишь заканчивают дело, начатое кем-то другим. Ви стало не по себе, когда она представила, какой силой должен был обладать неведомый враг, чтобы заставить Ала беспомощно висеть в зеркальном блоке.

Ладно, еще будет время разобраться в этом.

А пока нужно обезвредить свору…

Атака была стремительной. Ви буквально разбрызгала несколько десятков особенно наглых бестий.

Остальные отпрянули от нового врага. На секунду стих их бесовской вой, тревожно вспухли грязно-бурые загривки. Мутно-красные глаза впились в горящий ярким белым светом силуэт, внушающий страхи пробуждающий смутные отголоски былой памяти.

Но уже через мгновение гарпии бросились в новую атаку.

Ви, фехтуя кинжальными лучами, быстро превратила в мелкое крошево первую волну нападавших. «В капусту», — возникло вдруг в сознании непонятное слово.

Элементалы отхлынули, оставив противно копошащееся месиво обрубков, и, захлебываясь злобой и красной праной, закружились в бешеной пляске.

Видимо, опыт прожитых жизней подсказывал им, что нужно бежать. Втянуть безобразные головы в узкие кривые плечи. Зажмурить мутные гоблинские глаза, захлопнуть слюнявые орочьи рты. Зажать волосатые тролличьи уши корявыми лягушачьими лапами и бежать, удирать, драпать от этого безжалостного Света, от этого рассекающего мир Сверкающего Лезвия.

Но свора есть свора. В стае страх превращается в злобу куда быстрее, чем у одиночки, отягощенного своим «я».

Гарпии снова двинулись к замершей Ви одновременно со всех сторон. Пора было приступать к следующему этапу: теперь следовало испугаться.

«Ах я маленькое, несчастное существо! — запричитала Ви, заставив свою ауру задрожать. — Какие они страшные, эти умершие монстры! Мертвые — они даже страшнее живых! Они идут ко мне! Сейчас они вцепятся в меня!»

Гарпии раздувались на глазах. Страх жертвы вливался в их тела, оживляя остатки последнего воплощения, и в их расправляющихся силуэтах уже можно было узнать урхов, саккий, троллей, орков и даже людей.

Почувствовав вожделенный запах, задние ряды взвыли и отчаянным натиском опрокинули растолстевший авангард, буквально вбив его в центр смертельной сферы.

В последнее мгновение, в тот миг, когда кипящая грязь почти захлестнула Сущность, Ви вывалилась в промежуточный слой, вытащив за собой бесчувственного Ала.

Риск, конечно, был велик. Но зато при точном выполнении маневра свора «схлопывалась», превращаясь в шар темной энергии, сжатый собственными силами притяжения. Такие шары подбирались Санитарами и отправлялись в Переплавку.