Чтение онлайн

Его бородатое лицо было добрым, и от этого ее пронзило чувство вины, не имеющее никакого отношения к состоянию замка и окружающих деревень.

– У моего брата, Толбот, много поместий, – сказала она, зная, что ее голос звучит холодно. – Он делает все, что может. – В тех случаях, когда поместье что-то значит для него, с горечью подумала она. Неужели брат так ненавидит ее потому, что отец любил ее больше? Или ему нужно было, чтобы она жила тут в бедности? Так или иначе, ее присутствие оборачивалось запущенностью замка и ухудшало

положение его обитателей.

Может быть, она несправедлива к Арчи, может быть, и у него были трудности, о которых он не хотел говорить.

Ей надо думать о другом. Ей важно отвлечь Толбота от подозрений, а затем составить донесение о том, что она узнала о Баннастере.

Усмирив свой гнев, Том сел на край постели и накинул на плечи одеяло. В голове его крутился вихрь мыслей. Он удивлялся тому, что женщина оказалась способна побороть мужчину физически, но еще больше его занимало ее имя.

Диана.

Неужели она в самом деле Диана Уинслоу?

Похитили его в Ричмонде, от которого до Керкби-Кип полдня пути. Много ли женщин благородного происхождения с таким именем найдется в округе?

Может быть, барон потому враждебно относится к нему, что не желает, чтобы он искал расположения его сестры? Но Том был в Лондоне всего неделю назад, и Уинслоу тоже был там. Барону легче было бы воспрепятствовать его планам в Лондоне. Том прислонился к стене, чтобы холодный камень охладил его разгоряченный мозг. Нет, его похитили как раз после того, как он послал в Керкби-Кип весточку о своем скором прибытии. Его имя могло быть известно и здесь, далеко на севере. Он наделал много глупостей, стараясь помочь королю. Может быть, монарх решил, что от него пора избавиться?

Том надеялся, что, женившись на Сесили, он сможет начать все сначала, с чистого листа. А вдруг она предпочла остаться старой девой, лишь бы не выйти за него замуж? Все его планы разваливались, и причины коренились в прошлом, изменить которое – увы! – невозможно.

Но почему к нему приходит сестра Сесили, а не служанка? И совладать с ней непросто: Диана способна постоять за себя – в отличие от большинства женщин.

В жаровне прогорали последние куски угля. Он с вожделением смотрел на мешок, который Диана оставила там, где он не мог его достать. Он спугнул ее; оставалось надеяться, что он не замерзнет насмерть до тех пор, когда она снова придет к нему.

Существовал только один способ согреться и притупить горечь крушения всех надежд. Он взял камень и снова принялся стучать по кольцу на лодыжке.

Проходили часы, но к ужину, когда у него заболела рука, пот заливал глаза, а лодыжка кровоточила, старое кольцо наконец-то поддалось. Все в нем возликовало. Свобода! Какое желанное слово.

В его камере было темно. Пробираясь по коридору подземелья, Диана вздрагивала. Поставив фонарь на маленький столик, она открыла замок, бедром поддерживая поднос с ужином для Баннастера. Распахнув дверь,

она подняла фонарь и держала его высоко.

– Баннастер?

В сумраке она едва разглядела, как длинное тело поднялось с лежанки, как он заслонил глаза. Цепь звякнула, когда он вставал. Было очень холодно, пар замерзал, вырываясь из ее рта. Она посмотрела на оставшиеся у двери припасы, на перевернутый поднос с едой, содержимое которого оказалось разбросанным по земляному полу.

Вскинув голову, она взглянула на него.

– Да, – миролюбиво сказал он, – я знаю, что отсутствие света и тепла – результат моих действий.

– Я не виню вас за попытку бежать, – отвечала она. – Я сделала бы то же самое.

– Уверен в этом. – Он оценивающе окинул ее взглядом. – Я убедился, какая вы сильная.

На миг она почувствовала гордость. Наконец-то мужчина признал результаты ее усилий, то, чего она добилась нелегкими тренировками. Но она быстро поняла, что он просто ищет ее слабое место, чтобы воспользоваться этим.

– Милорд, женщины бывают сильными, – холодно сказала она. – Спросите крестьянок, работающих на полях. Спросите недавно родивших женщин.

– Не пытайтесь уверить меня, что вы обычная женщина, такая как все… Диана.

Услышав свое имя, она почувствовала озноб, как если бы он сделал еще один шаг к разгадке связывавшей их тайны.

– Да, это я.

– Диана Уинслоу?

Она не ответила, взяла мешок с углем и факелы и толкнула все это к нему. Он на всякий случай не сделал никакого движения к ним, чтобы она не насторожилась. Сначала надо успокоить ее.

– Так я прав? – улыбнулся он.

То, что он не выказывал гнева, еще больше насторожило ее.

– Возьмите уголь и: разожгите жаровню. Вы, должно быть, окоченели.

Он наклонился, притянул к себе мешок и вынул факелы. Пока он поджигал растопку и накладывал сверху уголь, она тряпкой собрала с пола остатки еды. Он бросил ей пустой мешок, чтобы она использовала его под мусор.

– Догадаться, кто вы, было не так уж трудно, – наконец сказал он. – Сколько других женщин благородного происхождения с таким именем может оказаться поблизости? А я был похищен после того, как отправил в Керкби-Кип известке о своем скором прибытии, – Он помолчал, – Так что вы имеете против меня? Или это ваша сестра командует вами?

Она вздохнула. Упорствовать в отрицании его выводов было бессмысленно – это только отсрочило бы неизбежнее, Его предположения содержали более приемлемую для нее причину, по которой он оказался в подземелье. Но она не хотела вмешивать в их отношения Сесили.

– Защищать сестру – моя обязанность, – тихо сказала она.

– Понятно.

Он сел, как обычно садился, когда принимал пищу.

– Я хочу увидеть длину цепи, – сказала она.

'Он поднял цепь и показал ей, что она натянута. Она толчком отправила ему поднос и села, поджав под себя ноги.