Чесма
Шрифт:
от эскадры Спиридова; на нем был снят верхний док, и он из корабля был переделан в госпитальное судно.
Таким образом окончилась для наших судов кампания 1769 г. — первая морская кампания с начала этой войны. |
IV , I ^
ЭСКАДРА СПИРИДОВА В СРЕДИЗЕМНОМ МОРЕ.
ДЕЛА В МОРЕЕ
Кампания 1770 г. застала русский флот и его отдельные эскадры и корабли на отдаленных концах Европы: в Англин, на Средиземном море, в Атлантическом океане, на Балтийском море, на Дону и на притоках Дуная.
В конце декабря 1769 г. из 7 кораблей и 8 других судов эскадры Спиридова собрались
Шестой корабль Спиридова «Европа», под командой Клокачева и под флагом контр-адмирала Елманова, при выходе из Портсмута поставлен был лоцманом на мель, — потерял руль, получил пробоины.
Седьмой корабль эскадры Спиридова «Северный Орел» был признан негодным как боевое судно и обращен в госпитальное.
Все прочие суда из эскадры Спиридова, уцелевшие от бурь, дошли до Порт-Магона в марте 1770 г. Вольных на эскадре было много; умершими ома потеряла 350 человек.
Между тем Алексей Орлов находился в Ливорно и нетерпеливо ожидал прибытия эскадры.
В Морее политические агенты успели подготовить почву для выступления греков за освобождение из-под власти турок. Особенно нетерпеливо ожидали прибытия подкреплений наиболее воинственные жители полуострова Майны, и Орлов беспрестанно опасался, что преждевременное возмущение греков, без помощи войск, могло повести к бесполезному кровопролитию, причем турки успели бы принять все меры к подавлению восстания.
Когда Орлов узнал о прибытии Спиридова в Средиземное море, то послал к нему своего младшего брата Федора с требованием ускорить движение эскадры. Но первый отряд, который при всех усилиях мог быть приведен в готовность, состоял только из корабля «Три Иерарха» под командой Грейга, 1 фрегата и 1 пакетбота. Да и тот после различных неудач мог прибыть в Ливорно только в начале февраля 1770 г. Другие наличные суда Спиридова — 3 корабля, пинк и пакетбот— вышли из Порт-Магона 17 января и по назначению Орлова пришли 17 февраля в порт Витуло на полуострове Майна. Здесь к эскадре присоединились два вооруженных греческих судна. Жители Майны встретили эскадру с энтузиазмом и стекались к месту ее стоянки.
Очень скоро число вооруженных греков, готовых стать в ряды и бороться за освобождение своего отечества, дошло до 6 тысяч человек. Из них Федор Орлоз организовал два отряда под названием легионов — Восточного и Западного. Оба эти легиона продолжали еще пополняться охотниками, так что в марте 1770 г. уже в одном Восточном легионе насчитывалось до 8 тысяч вооруженных людей.
Турецкие войска, находившиеся в Морее еще в незначительном числе, все обратились на защиту крепостей. Из этих крепостей важнейшими по своему стратегическому положению были Мизнтра и Трнполица, лежащие на север от Майны, и на востоке — Наполн-ди-Ро.ма-
ния. На юго-западном берегу Морен — Корон, Модой и, наконец, из них всех самая важная как порт — На вари
По плану Орлова необходимо было немедленно же овладеть всеми этими крепостями и, покуда главные турецкие силы будут заняты войной па севере Турции, организовать и Греции регулярное войско и прочное правительство. ,
Мы видели, что эскадра Спирпдова явилась к Орлову в довольно слабом составе. Всех наличных людей на ней теперь находилось немного более 2500 человек. По мнению Орлова, для выполнения его предположений из числа этих людей, для десанта и операций на суше, нельзя было снять с эскадры свыше трети команд, т. е. человек до 800, иначе было бы трудно управлять самыми судами.
Сам Орлов был еще задержан делами в Ливорно, и потому, как было сказано, десантными операциями по его наставлениям распоряжался его брат — генерал-майор Федор Орлов. Начальство над Восточным легионом поручено было армейскому капитану Боркову, и он направлен был к северу — на Мизитру. Западный легион под начальством майора Долгорукого пошел занимать Аркадию. В оба легиона назначено было только но 30 человек наших лучших солдат для внедрения в них дисциплины и военного строя. Главные же силы нашего небольшого десантного .отряда в числе до 700 человек были высажены у приморских крепостей — Корона и На-варина, где они должны были действовать при поддержке наших судов.
Военные операции начаты были общим движением всех этих частей с конца февраля.
Майор Долгоруков со своим Западным легионом занял без сопротивления всю Аркадию.
Капитал Борков успел вначале оттеснить к северу до 3000 турок и 8 марта взял Мизитру на капитуляцию. Но когда турецкие войска стали выходить из крепости
и складывать оружие, то, вопреки святости договора, греки бросились на турок и перерезали их до 1000 человек. Нашим офицерам и солдатам пришлось употребить всю энергию и даже прибегнуть к оружию, чтобы удержать греков от дальнейших убийств.
В исходе марта Борков осадил Триполицу. Но когда турки сделали вылазку, то весь греческий легион побросал оружие, разбежался и оставил им в жертву наш малый отряд. Люди наши были все перебиты. Спаслись только 4 человека, которым удалось унести из сражения израненного своего начальника — капитана Боркова. Артиллерия наша, находившаяся при легионе, досталась в руки турок.
Ведением осадных работ под Короном занимался подполковник Лецкий, а под Наварином — морской артиллерии цейхмейстер, капитан бригадирского ранга Иван Абрамович Ганнибал, сын известного сподвижника Петра I и дед Пушкина.
10 апреля в результате успешной операции, проведенной при поддержке кораблей, сдался Ганнибалу Наварив. Но осада Корона велась неудачно. Часть греков, находившихся при отряде, при малейшей тревоге бросала свои сторожевые посты и бессовестно покидала на жертву неприятелю наши команды.
14 апреля прибыл на эскадру Алексей Орлов. Из вынесенного опыта ему пришлось убедиться в трусости и изменчивости наших союзников и в том, что следует полагаться единственно на свои собственные силы. С данными ему средствами при малочисленности команд, несмотря на их стойкость и храбрость, нельзя было и думать об удержании Морей. 15 апреля он- велел сиять осаду Корона.