Шрифт:
Могут ли существовать сухая вода, холодный огонь или же черный свет? На первый взгляд кажется — нет, не могут. Но лед или снег — это ведь тоже вода, только замерзшая. Попробуйте намочить ею что-нибудь на морозе! А когда вы увидите теплой летней ночью мерцающие зеленые огоньки светлячков в траве и на кустах, поймайте одного из них и положите на ладонь. Зеленый огонек на брюшке светлячка не обожжет вашей руки, потому что этот огонек холодный. И голубоватые огоньки, которые загораются перед грозой на мачтах кораблей, на шпилях башен и даже на ледорубах альпинистов в горах, тоже совсем
Теперь же я расскажу о том, как я познакомился с явлением, еще более удивительным, чем холодный огонь, — с тем, что называют черным светом.
Приехал из Средней Азии один мой знакомый студент-медик.
Студент был там на практике в отряде по борьбе с малярией. Оттуда он привез с собой четыре таинственных черных камешка. На вид они были совсем не примечательными и, строго говоря, даже не черны ми, а буро-коричневыми кусками обыкновенного песчаника, весом от ста до полутораста граммов каждый.
Песчаник был совершенно такой же, как в тысячах других мест, и черные камни не стоили бы внимания, если бы не обстоятельства, при которых их получил мой знакомый.
Произошло это в глухом уголке одной из самых отдаленных частей Средней Азии.
Пока отряд по борьбе с малярией кочевал в тех краях, студенту не раз приходилось слышать рассказы о древнем храме огнепоклонников, существовавшем в этой местности несколько веков назад. Люди сведущие приводили выдержки из старинных рукописей, где говорилось, что в храме день и ночь пылало двумя огненными кустами неугасимое пламя. Оно вырывалось из-под земли само по себе, и никому не нужно было его поддерживать.
Были в храме и еще более удивительные вещи: там горели желтым коптящим светом даже камни, простые черные камни.
Местные жители рассказывали легенды о том, что где-то в пустыне, на развалинах храма, трижды в год поднимаются к небу огромные огненные столбы.
Однако места, где находился храм огнепоклонников, никто не знал.
Одни указывали одно место в пустыне, другие — другое.
Все попытки найти остатки храма остались безуспешными. Но интерес к нему ученых возрастал. Дело в том, что все чудеса древнего храма очень легко объяснялись наукой. Недалеко от Баку тоже был храм огнепоклонников, где неугасимый огонь поддерживался струей естественного газа из нефтеносных пластов. Вероятно, и храм, о котором идет рассказ, тоже был расположен над месторождением нефти и естественного газа.
Если это так, тогда горящие камни — это пористые камни, обильно пропитанные медленно притекающей нефтью, а пламя в алтарях и огненные столбы, поднимающиеся к небу, — огонь горючих газов.
Но, на беду, геологам повезло не больше, чем археологам, занимавшимся розысками остатков храма раньше. Установить место, где был этот храм, так и не удалось.
За несколько лет до приезда в Среднюю Азию моего знакомого поиски храма были прекращены.
Однажды, когда отряд расположился в одном из отдаленных селений на краю пустыни, к студенту подошла старуха и, узнав, что он из Москвы, торжественно вручила ему четыре черных камешка.
Эти
Сейчас же отправиться на поиски развалин студенту не удалось: отряд должен был уже возвращаться, в его распоряжении оставались считанные часы. Он поблагодарил старуху и обещал ей сделать все, что нужно.
К его разочарованию, камни гореть отказались. Мало того, они даже не пахли керосином.
В Ташкенте, где студент останавливался по дороге в Москву, ему сказали, что таких камней из храма огнепоклонников, переданных стариками и старухами, найденных охотниками и пионерами, приносят множество. Как правило, это самые обыкновенные камни. Куски песчаника, привезенные студентом, не лучше всех предыдущих. Он смело может выбросить их или же оставить себе на память о приключении на краю пустыни.
Но студент не выбросил черные камни и привез их в Москву. Вскоре после приезда он пришел ко мне и рассказал всю эту историю.
— Значит, в конце концов все оказалось чепухой? — спросил я, выслушав рассказ студента.
— Не думаю, все-таки не думаю, — ответил тот задумчиво. — Пусть мне говорят, что угодно, но я так оставить это дело не могу. Я не забуду, с каким доверием смотрела на меня эта старая женщина, отдавая камни мне — человеку из Москвы…
— Хорошо, но что же вы думаете делать?
— Я обещал ей сделать все, что можно. Обращусь к ученым, специалистам по разведке нефти новыми методами анализа и другим специалистам. Может быть, они найдут в нем что-либо интересное… Поговорю со всеми по очереди! Скажет один, что камни никакого интереса не представляют, пойду к другому. Другой скажет — чепуха, пойду к третьему… Как хотите, мне кажется, что следует выполнить свои обещания до конца. Я не могу обмануть старуху. Вы меня понимаете?
— О да! Я вполне согласен с вами и охотно приму участие в этом деле. Давайте пойдем к ученым вместе. Согласны?
— Согласен, — ответил студент.
Сказано — сделано. На следующий день мы отправились к нашему общему знакомому — геологу. Геолог осмотрел камни, выслушал их историю, сказал, что камни действительно выглядят довольно обыкновенно, и направил нас в научный институт, специально занимающийся разведками нефти.
В этом институте нам сказали, что порода, из которой состоят камни, похожа на нефтеносную, но имеют ли наши камни какое-нибудь отношение к нефти, нам лучше всего сможет сказать специальная исследовательская лаборатория люминисцентного анализа, и посоветовали обратиться туда.