Черный монах
Шрифт:
В глубине леса раздался крик, в ответ ему другой.
– Это мои люди ищут по следу, – объяснил бригадир. – Одному богу известно, что они найдут в конце.
– Поедем назад, Лиз? – спросил я.
– Нет, давай обогнем лес с запада и там спешимся. Солнце слишком сильно припекает, и мне хочется немного отдохнуть.
– Да, к западу в лесу нет ничего подозрительного, – сказал Дюран.
– Очень хорошо, – ответил я. – Позовите меня, Ле Биан, когда что-нибудь обнаружите.
Лиз тронула свою кобылу, я поехал
Через четверть километра мы свернули и въехали в пронизанный солнцем лес. Я помог Лиз спуститься на землю и привязал лошадей к дереву. Держась за руки мы направились к большому плоскому камню, покрытому мхом. Деревья отражались в воде ручейка, журчащего неподалеку. Лиз присела на камень и сняла перчатки. Мом головой уткнулся ей в колени и, получив незаслуженную ласку, нерешительно подошел ко мне. Я не хотел его наказывать и ограничился тем, что приказал Мому лежать рядом, что он и исполнил с величайшим неудовольствием.
Потом я лег, положив голову на колени Лиз. Голубое небо просвечивало сквозь скрещенные ветви деревьев.
– Я убил его, – сказал я. – И это мучает меня.
– Но ты ведь не знал, Дик. И потом, это мог быть грабитель, а если нет, то… то… Послушай, Дик. Ведь последний раз ты стрелял из своего револьвера в тот день, четыре года назад, когда сын Красного Адмирала пытался тебя убить, да?
– Да, последний раз это было четыре года назад. Ну и что?
– Видишь ли, я… После этого я отнесла патроны в церковь и освятила их. Святой водой, Дик, только ты не смейся, – сказала Лиз, нежно зажимая мне рот прохладной ладошкой.
– Ну что ты, милая!
Голубело осеннее небо, солнце бросало теплый оранжевый свет сквозь пожелтевшие листья буков и грабов. Мошкара плясала над поляной. Откуда-то свалился паучок и повис между небом и землей на тоненькой серебряной нити.
– Ты спишь, родной? – склоняясь надо мной, спросила Лиз.
– Да, я немного задремал. Мне сегодня удалось поспать часа два, – ответил я.
– Спи, если хочешь, – сказала Лиз и закрыла мне глаза пальчиками.
– Тебе не мешает моя голова? – спросил я.
– Нисколько.
Журчание ручья и пение мошкары начали отдаляться, и наконец я уснул.
Нечеловеческий крик ворвался в мое сознание. Я сидел на земле. Лиз жалась ко мне, закрывая руками белое, неподвижное лицо.
Я вскочил. Она опять пронзительно закричала и обхватила мои ноги. Мом, рыча, бросился в заросли. Я услышал его визг, и через секунду он сам, поскуливая, с опущенными ушами и поджатым хвостом вылетел из кустов. Я нагнулся, чтобы освободиться от рук Лиз, обвивших мои колени.
– Не надо! – кричала Лиз. – Не ходи! Это Черный монах! Перепрыгнув через ручей, я ворвался в заросли. Лес был пуст.
Я огляделся,
Я понял, что даже если бы у него хватило сил, он не смог бы идти дальше. Перед ним, начинаясь почти у его ног, расстилалась поверхность глубокого, вязкого болота.
Под моей ногой хрустнул сучок.
Черная фигура, вздрогнув, подняла голову и опять уронила ее на руки. Ее лицо было скрыто маской. Подойдя к неизвестному, я решительно спросил его, куда он ранен.
В это момент Дюран и остальные, ломая кусты, выбежали к нам.
– Кто вы – вы, прячущий лицо под маской, а тело – под рясой? – громко вскричал жандарм.
Ответа не было.
– Смотрите, смотрите: вся ряса у него покрыта запекшейся кровью! – прошептал Ле Биан.
– Он молчит, – сказал я.
– Может быть, он и не может говорить потому, что сильно ранен, – предположил Ле Биан.
– Моя жена видела, как он пробирался сквозь заросли, – возразил я, – он несколько минут назад еще поднимал голову.
Дюран выступил вперед и коснулся фигуры рукой.
– Говори! – громко приказал он.
– Говори! – дрожащим голосом повторил Фортон.
Ответа не последовало. Тогда Дюран, ухватившись за капюшон рясы, резким движением задрал незнакомцу голову, а другой рукой сорвал с его лица маску. Черными провалами глазниц на нас смотрел череп.
Дюран окаменел, мэр испустил пронзительный крик. Скелет вырвался из ветхой рясы и упал у наших ног. Сквозь ухмыляющиеся желтые зубы хлынул поток черной крови. Там, куда она попала, трава дымилась и съеживалась. Скелет забился в конвульсиях и, несколько раз перевернувшись, упал в болото. Черная грязь жирно чавкнула. Остов медленно погрузился в трясину, и из глубины топей вынырнула на поверхность и, трепеща серебристо-серыми крыльями, выбралась на берег ночная тварь.
Это был бражник «мертвая голова».
Я бы хотел вам рассказать, как Лиз преодолела свои суеверия, ведь она так и не узнала и не узнает всю правду, поскольку обещала не читать эту книгу. Я бы хотел поведать вам и о нашем короле, о его коронации и о том, как ему была к лицу коронационная мантия. Я бы хотел описать, как Иванна и Герберт Стюарт решили поохотиться на кабанов в окрестностях Квимперля, и как собаки загнали дикого зверя прямо в город, сбив с ног старуху, нотариуса и трех жандармов.