Черный Корсар
Шрифт:
— А вдруг они спрятались в городе?..
— Вряд ли: кое-кто видел, как они бежали из города. Кармо получил достаточно сведений и счел за лучшее уйти, дабы не упустить африканца.
— Как бы на них не натолкнуться, — сказал он. — Счастливо оставаться, синьор солдат. Я пойду, а то как бы не прийти слишком поздно к моему умирающему клиенту.
— Желаю вам успеха, господин нотариус.
Хитрый флибустьер натянул шляпу на глаза и поспешно удалился, оглядываясь по сторонам, будто бы от страха, которого
— Ха-ха!.. — воскликнул он. — Так, значит, нас считают удравшими за город!.. Отлично, мои дорогие!.. Мы пока что мирно отдохнем в доме этого молодчаги нотариуса, а там, когда солдаты вернутся, преспокойно исчезнем. Что за прекрасная мысль пришла нашему командиру!.. Олоннэ, хвастающий, что он хитрее всех флибустьеров на Тортуге, вряд ли придумал бы что-нибудь похлеще.
Кармо свернул за угол и собирался было пойти по более широкой улице, окаймленной красивыми домами с изящными верандами, поддерживаемыми разноцветными столбами, как вдруг заметил гигантский темный силуэт под пальмой возле небольшого домика.
— Если не ошибаюсь, это мой кум, — пробормотал флибустьер. — На этот раз нам необыкновенно повезло, но ведь известно, что нам помогает сам дьявол, так по крайней мере говорят испанцы.
При виде Кармо человек, прятавшийся за стволом пальмы, попытался перебраться в подворотню, полагая, видимо, что он наткнулся на солдата. Но, не чувствуя себя в безопасности и там, он быстро шмыгнул за угол дома, собираясь исчезнуть в одном из многих переулков города.
Флибустьер едва успел убедиться, что это был действительно африканец.
В несколько прыжков он очутился у домика и, повернув за угол, крикнул вполголоса:
— Эй, кум!.. Кум!
Африканец сразу же остановился, затем, немного поколебавшись, вернулся назад. Узнав Кармо, несмотря на то что тот был облачен в костюм испанского обывателя, он не смог удержаться от радостных восклицаний.
— Это ты, белый кум!..
— У тебя отличное зрение, дорогой, — ответил флибустьер, смеясь.
— А где капитан?
— Не думай пока о нем, он в надежном месте — и баста. Почему ты вернулся? Капитан велел тебе отвезти тело на корабль.
— Я не смог этого сделать, кум. Весь лес кишит солдатами.
— Они заметили нашу высадку?
— Боюсь, что да, белый кум.
— А где ты спрятал тело Красного корсара?
— В своей хижине, под толстым слоем свежих листьев.
— А его не найдут испанцы?
— Я выпустил на свободу всех своих змей. Если солдаты захотят войти в хижину, они наткнутся на змей и удерут.
— А ты хитер, дружище.
— Стараюсь как могу.
— Так, по-твоему, пока улизнуть отсюда невозможно?
— Я же сказал, что в лесу полно солдат.
— Дело плохо. Морган, помощник капитана, который остался на «Молниеносном», может совершить в наше отсутствие какой-нибудь
— Все меня знают, я ведь часто торгую травами, от которых исцеляются раны.
— Тебя ни в чем не подозревают?
— Нет, кум.
— Тогда за мной; пойдем к капитану.
— Одну минутку, кум.
— В чем дело?
— Я привел с собой и вашего товарища.
— Кого?.. Ван Штиллера?
— Да, он мог оказаться в плену, и я подумал, что ему лучше быть здесь, чем охранять хижину в лесу.
— А пленник?
— Мы его связали так крепко, что найдем его снова, если за это время его не освободят солдаты.
— Где же Ван Штиллер?
— Подожди минуту, кум.
Прижав ладони ко рту, африканец издал легкий свист, который легко можно было принять за звуки, из даваемые вампиром: так называется здесь одна из крупных летучих мышей, столь распространенных в Южной Америке.
Секунду спустя какой-то человек, перевалив через забор соседнего сада, чуть не свалился Кармо на голову.
— Рад тебя видеть живым, дорогой друг! — воскликнул он.
— А я еще больше, дружище Ван Штиллер, — ответил Кармо.
— Как ты думаешь, капитан не будет ругаться, что я пришел сюда? Зная, что вы в опасности, я не мог прохлаждаться в лесу, созерцая красоты флоры и фауны.
— Командир будет доволен, мой дорогой. Сейчас каждый человек на счету, не говоря о таких, как ты.
— Пошли, друзья, — отозвался Ван Штиллер.
Начало светать. Звезды быстро бледнели, ибо в этих местах нет рассвета или зари в привычном для нас смысле: за ночью сразу же следует день. Солнце появляется совсем неожиданно и силой своих лучей разгоняет тьму, исчезающую почти мгновенно.
Жители Маракайбо, любившие рано вставать, просыпались. То тут, то там открывались окна, на улицу высовывались чьи-то головы, слышались звучные чихания и громкие позевывания, кое-где завязывался оживленный разговор.
Они обсуждали, конечно, события ночи: ведь флибустьеры наводили страх на обитателей всех испанских колоний, разбросанных на огромных пространствах Мексиканского залива.
Желая избежать ненужных встреч, Кармо прибавлял шагу. За ним, не отставая, следовали африканец и Ван Штиллер.
Дойдя до переулка, они снова столкнулись с солдатом, ходившим взад и вперед с алебардой на плече.
— Как? Вы уже вернулись, синьор нотариус? — спросил он, заметив Кармо.
— Что вы хотите, мой друг, — ответил флибустьер, — мой клиент торопился оставить эту долину слез и не заставил нас долго ждать.
— Уж не он ли оставил вам в наследство этого великолепного чернокожего? — спросил солдат, указывая на заклинателя змей. — Каррамба! За такого великана дадут тысячу пиастров!