Чтение онлайн

— А может, они просто потеряли этот телефон или же он сломался? — предположила мексиканка.

Профессор откинулся на спинку стула и мрачно посмотрел на нас с Кассандрой.

— Прошло уже двадцать три дня. За это время они вполне могли найти какой-нибудь другой способ связи с внешним миром. Валерия — женщина изобретательная.

— Вы, получается, хотите сказать, что она и ее спутники… исчезли?

— Они, возможно, просто заблудились и потеряли связь с внешним миром, — с печальным видом ответил профессор. — Как я уже сказал, последний раз они давали о себе знать

около трех недель назад. С тех пор никто больше не получал от них никаких известий.

— А полиция? — спросила Кассандра. — Что по этому поводу говорит бразильская полиция? Она их искала?

— Бразильская полиция заявила, что регион, в который отправилась Валерия, — слишком обширный и отдаленный и что у нее, у бразильской полиции, нет ни необходимого личного состава, ни оснований для того, чтобы начать поисковую операцию.

— А разве там, в Бразилии, нет каких-нибудь учреждений и организаций, в которые можно было бы обратиться с просьбой провести расследование? — удивленно спросил я. — Ну, например, посольство Испании, представительство Международного комитета Красного Креста…

Профессор медленно покачал головой.

— Нет. Обратиться там не к кому.

У профессора был такой удрученный вид, что если бы я его не знал, то подумал бы, что он вот-вот расплачется от отчаяния.

— Да уж, невеселая история, проф, — сказал я, погрустнев оттого, что вижу своего старого друга в подобном состоянии. — Откровенно говоря, мне очень жаль вашу подругу… — Поискав одобрения в глазах Касси, я добавил: — Если мы можем для вас что-то сделать…

Профессор тут же поднял голову и впился в меня своими голубыми глазами, в которых засветилась решимость.

— Можете, — заявил он. — Вы можете поехать вместе со мной.

— Понятно, — произнес я. — А куда?

Профессор, не сводя с меня взгляда, показал рукой на висевшую на стене за его спиной карту.

— В бассейн реки Амазонки, Улисс. Искать Валерию.

— Куда-куда? — переспросил я несколько секунд спустя, выходя из охватившего меня оцепенения и думая, что я ослышался.

Профессор сделал шаг вперед и, опершись руками о стол, поочередно посмотрел на меня и Кассандру.

— Я отправляюсь в бассейн Амазонки искать Валерию, — сообщил он, чеканя каждое слово, — и мне хотелось бы… нет, мне необходимо, чтобы вместе со мной туда поехали вы.

— Извините меня, — сказала в ответ Кассандра, поднимая руки вверх, — но мне кажется, что вы и сами не понимаете того, о чем сейчас говорите.

Профессор тяжело опустился на стул.

— А кто же поедет туда, если не я?.. И я знаю, что у меня будет больше шансов на успех, если со мной отправитесь вы.

— Даже если бы вы прихватили с собой подразделение видавшей виды морской пехоты, это мало бы на что повлияло, — терпеливо возразила мексиканка. — Бассейн реки Амазонки — огромный. Это все равно что бегать по всей Барселоне, — Кассандра театральным жестом развела руками, показывая, какая Барселона большая, — пытаясь найти оброненную контактную линзу.

— Я знаю, что это непросто, — спокойно кивнул ей в ответ

профессор. — Именно поэтому мне и нужна помощь, вы ведь хорошо знаете сельву.

— Один момент, проф, — вмешался я. — Да, мы бывали в сельве, но отнюдь не в джунглях бассейна Амазонки. Насколько мне известно, по сравнению с ними джунгли Центральной Америки и Азии — обычные сады. Кроме того, Касси права: речь идет о непроходимой сельве площадью почти в шесть миллионов квадратных километров. Там может пропасть целая страна, и мы ее никогда не найдем…

— Я не говорил, что Валерия пропала, — перебил меня профессор. — Я сказал, что она, возможно, заблудилась и потеряла связь с внешним миром.

— А в чем разница?

— Разница в том, что ее еще можно найти. Мне известно то место, в котором она находилась месяц назад, и поэтому зона поиска значительно сокращается.

— Но ведь…

— Послушай, Улисс, я понимаю, что тебе это, по-видимому, кажется безумием. — Профессор, прервавшись, сделал глубокий вдох. — Мне и самому это кажется безумием. Но я хочу… нет, я должен отправиться на ее поиски.

Мы все трое в течение минуты — очень долгой минуты — молчали, размышляя над безумной затеей профессора. У меня при этом возникло странное ощущение, что я чего-то недопонимаю, что во всей этой игре в пазлы недостает какого-то одного кусочка.

Первой нарушила молчание Кассандра.

— Чего я не могу понять, — сказала она, пристально глядя на профессора, — так это вашего чувства ответственности по отношению к этой женщине. Если бы какой-нибудь мой бывший женишок исчез и, кроме того, не проявлял бы желания снова увидеть меня, то я… то я вряд ли поехала бы искать его аж на другой конец света.

— Очень рад это слышать… — пробурчал я себе под нос.

Мексиканка в ответ, даже не взглянув на меня, больно врезала мне ступней по голени.

— Ты, возможно, права, — закивал профессор, глядя куда-то в пустоту, — но дело в том, что эта женщина — самый важный для меня человек во всем мире. Валерия Реннер и я… в общем, она…

— Что? — нетерпеливо спросил я.

Профессор поднял взгляд и, с робким видом посмотрев на нас обоих, сказал:

— Она — моя дочь.

Мы с Кассандрой разинули рты от удивления. Нам даже в голову не приходило, что у профессора могли быть какие-то серьезные отношения с прекрасным полом, потому что всем было известно, что смысл жизни для него, преподавателя средневековой истории, заключался целиком и полностью в работе. А у него, оказывается, имелась дочь, о которой он никогда никому ничего не говорил… Это во всех отношениях казалось просто невероятным.

Прошло несколько минут, а я все еще сидел с вытаращенными от изумления глазами и не мог произнести ни одной членораздельной фразы. Для меня это было все равно как если бы моя матушка в один прекрасный день призналась мне, что моим отцом был эскимос.

— Но… но как такое возможно? — пробормотал я.

Профессор, видя, как сильно мы поражены его заявлением, слегка поморщился.

— Как будто ты сам не знаешь… — сказал он, пожимая плечами. — Тебе что, никогда не объясняли, откуда берутся дети?