Черный бархат
Шрифт:
— Но я хочу, чтобы ее надела ты.
— Кто у нас Мадам Икс? На кого будут смотреть люди?
Однако этих слов оказалось достаточно, чтобы Эмилия заколебалась. В глубине души она лелеяла тайную мечту надеть этот бархатный, до самого пола, плащ с капюшоном, такой элегантный и театральный.
— Я не тот тип, — упорствовала она.
— Ты настоящая Мадам Икс, даже если об этом знаем только мы двое. А это дает тебе право надеть накидку хотя бы раз. У меня в этой поездке целый гардероб новых тряпок, так что я не приму отказа. — Лейси сунула платье подруге в руки. — К тому же я достаточно
— Ах, вот как?
Лейси тряхнула головой.
— Да, так! — Она посмотрела на подругу уже серьезнее. — Эм, я правда беспокоюсь, как ты справляешься с тем, что все почести вместо тебя получаю я, а ты остаешься в стороне. Должно быть, это трудно…
— Поначалу был некий дискомфорт, — призналась Эмилия с тихим вздохом, — но я привыкаю. Знаешь, вообще-то я всегда думала о Мадам Икс как о существующем отдельно от меня человеке. Она такая остроумная, искушенная в вопросах секса… А в твоем исполнении Мадам Икс стала еще более далекой от меня. Скоро она может зажить собственной жизнью. Я только надеюсь, что смогу удержать ее от беды.
— Может, нам не стоило соглашаться на этот тур? — тревожно проговорила Лейси. — Если таков будет результат, — добавила она. — Ты когда в последний раз ходила на свидание?
— Я хожу на свидания два раза в год, не больше. У нас на острове не так много мужчин.
— Что ж, в таком случае хвала небесам, что Мадам Икс унесла тебя оттуда в этот захватывающий и восхитительный тур!
Эмилия улыбнулась:
— Как ураган.
— Так почему бы не дать ему увлечь себя хоть ненадолго? Уверена, Джерико это оценит.
— Ох уж этот Джерико! — фыркнула Эмилия, словно он был скорее мучением, чем влечением.
— Только не говори, что тебя к нему не тянет.
— Не скажу, — призналась она.
— Ну, так вперед! — Для выразительности Лейси хлопнула крышкой чемодана.
И Эмилия согласилась с нею.
Снег кружил в небе над Миннеаполисом, как конфетти под абажуром. Эмилия поежилась, глядя в иллюминатор. Она, теплолюбивое создание, дитя южных морей и горячего песка, не создана для зимы.
— Что, уже замерзла? — спросил Джерико, опускаясь в кресло рядом с ней.
— Брр, — Эмилия снова поежилась. — Теперь я понимаю, почему «Черный бархат» так популярен в Миннеаполисе.
— И почему же?
— Мне кажется, им требуется что-нибудь острое, что согревало бы их по ночам.
— О, милая, что-то у тебя сегодня слишком бойкий язычок.
Эмилия попыталась поставить его на место:
— Можешь называть меня просто Лейси.
— Ну, не знаю. Каждый раз, когда я так делаю, ты морщишься. И это наводит меня на мысль, что «Лейси» твое ненастоящее имя.
— О нет, он опять за старое! — простонала Эмилия, внутренне собираясь. — Я уже устала от этой игры, Джерико.
— А думаешь, мне она доставляет удовольствие?
— Но ведь именно ты это и делаешь: выискиваешь, вынюхиваешь, беспардонно лезешь в личную жизнь человека.
— Насколько мне известно,
— К сожалению, да. И я не раз уже горько пожалела о том, что согласилась в него отправиться.
— Сильно сказано для ассистентки из провинции! — прокомментировал он подозрительным тоном.
Эмилия закрыла глаза.
— Пожалуйста, оставь меня в покое!
Последовало такое долгое молчание, что можно было подумать, будто Джерико ушел, если бы она не чувствовала его рядом — бесстрастного и неотразимо мужественного, надоедливого и милого, близкого и далекого одновременно. Несмотря на сложившиеся обстоятельства, Эмилия так жаждала почувствовать его руки, надежно обнимающие ее! Ей захотелось поведать ему правду о своих страхах и сомнениях и услышать признание в любви.
Давным-давно, когда ее увезли с острова и поместили в элитарную школу, она научилась держать все в себе. Бывало, от царившей в школе удушающей упорядоченности и сдержанности хотелось просто завыть. Вот почему она начала вести дневник: это была единственная возможность излить свои чувства, выпустить их на свободу. И само собой разумеется, когда она повзрослела и у нее появились сексуальные побуждения, в некоторых записях нашли выход ее эротические фантазии.
Что же будет с тихой и замкнутой Эмилией Дав — той Эмилией, которую знают и она сама, и их маленькое островное сообщество, если ее разоблачат как Мадам Икс? Умрет ли она от смущения, как воображала, или смело и открыто отправится в большое вольное плавание в богатом событиями, непредсказуемом мире?
Низкий голос Джерико прорвался сквозь ее мысли:
— Я обещал сопровождать тебя на торжественный ужин и танцевальный вечер.
— Да, — ответила Эмилия, а про себя подумала: а я обещала претворить свои фантазии в жизнь — пусть даже только на одну ночь.
— Значит?..
Она улыбнулась, позабыв, что секунду назад просила оставить ее в покое.
— Значит, я рассчитываю, у тебя найдется что надеть, кроме джинсов и кожаной куртки.
Мадам Икс была приглашена принять участие в региональной писательской конференции, книжной ярмарке и церемонии вручения наград. Она с большим удовольствием согласилась и вежливо настояла на дополнительных билетах для своей ассистентки, Ларса Торберга и Джерико. Ларс снимался в каком-то фильме в Канаде и звонил, когда они были еще в Чикаго, намереваясь провести свободный уикенд со знаменитой писательницей, похитившей его сердце. Таким образом, в назначенный час разодетая четверка прибыла на шикарном лимузине в конференц-зал на городской окраине.
Как одному из самых продаваемых авторов сезона, Мадам Икс была вручена премия от сети книжных магазинов Среднего Запада. Затем ей был пожалован сертификат признательности от писательской группы за участие в мероприятиях. И наконец, она была объявлена победителем конкурса «Любимый автор» по выбору читателей.
Эмилия, сидевшая за одним из дальних от подиума столиков, искренне радовалась, что Лейси в качестве Мадам Икс собирает столь лестные знаки всеобщей признательности. А еще она была рада тому, что находится рядом с Джерико. На нем был смокинг!