Черные, белые, зеленые

Милдред Клингермен

Черные, белые, зеленые...

Маленький двухместный автомобиль миссис Крисуэлл резко затормозил. Вот отличное местечко. Всего лишь перешагнуть через провисшую проволоку, и ни одной коровы поблизости! Миссис Крисуэлл до смерти боялась коров и, если уж говорить начистоту, почти так же боялась своей невестки Клары. Это все Клара затеяла, чтобы свекровь бродила по лугам и глядела на птиц. Клара была просто в восторге от своей выдумки, но, по правде сказать, миссис Крисуэлл ужасно наскучили птицы. Только и делают, что летают. И пусть у них красивое, яркое оперение, она-то может об этом только догадываться. Миссис Крисуэлл страдала очень редким для женщины недостатком зрения -

она совершенно не различала цветов.

Миссис Крисуэлл тихонько вздохнула, вспоминая упрямый подбородок невестки, и перебралась через провисшую проволоку.

Солнце жгло немилосердно, сумка была тяжелая. Миссис Крисуэлл тащилась по лугу - и вдруг ей показалось, что впереди мелькнул солнечный блик на воде. Что ж, она сядет где-нибудь на берегу в тени и займется вязанием; можно будет хотя бы смять огромную, точно колесо, соломенную шляпу, про которую Клара сказала: "Как раз то, что вам надо".

Дойдя до деревьев, миссис Крисуэлл сбросила шляпу, ничуть не заботясь о том, куда та упадет. Она огляделась: где же вода, которая блеснула издали! Никакой воды не было и в помине. Миссис Крисуэлл прислонилась к стволу дерева и блаженно вздохнула. Она открыла свою большую, битком набитую сумку и пошарила; там: где же неоконченная салфеточка с вязальным крючком и клубком ниток) Под руку попались фотографии ее внучек; снимки были цветные. Но - увы) - миссис Крисуэлл видела их только в серых тонах - чуть потемнее или чуть посветлее.

Подул ветер, это было очень приятно, но ненавистное соломенное колесо покатилось под уклон, прямо в заросли ежевики неподалеку.

– Тьфу ты, пропасть!

Как показаться Кларе на глаза без этой шляпы? Все еще сжимая в руках набитую сумку, миссис Крисуэлл встала и пустилась догонять беглянку. Обогнула кусты и с размаху столкнулась с высоким молодым человеком в военной форме.

– Ах!.. Вы не видели мою шляпу?
– осведомилась миссис Крисуэлл.

Молодой человек улыбнулся и указал вниз, к подножью холма. Она увидела там еще троих молодых людей в форме, которые смеясь, передавали друг другу из рук в руки ее шляпу. Они стояли возле какой-то низкой серебристой летательной машины непривычного вида. Миссис Крисуэлл с минуту ее разглядывала, но ведь она, в сущности, вовсе не разбиралась в этих машинах... Солнечные блики отражались на зеркальной поверхности металла их-то она, видно, и приняла за отражение солнца в воде. Молодой человек, стоявший подле миссис Крисуэлл, коснулся ее руки. Она обернулась и увидела, что он успел надеть на голову хорошенькую металлическую шапочку и протягивает такую же шапочку ей. Миссис Крисуэлл улыбнулась ему и кивнула. Молодой человек надел ей шапочку, старательно приладил и повертел на макушке какие-то кнопки.

– Теперь мы можем разговаривать, - сказал он.
– Вы меня хорошо слышите?

– Милый мальчик, - сказала миссис Крисуэлл.
– Конечно, я хорошо слышу. Я вовсе не такая уж старая.

Она нашла гладкий камень, уселась и приготовилась беседовать. Все это было куда приятней, чем глядеть на птиц и даже вязать.

Молодой человек оживленно помахал рукой своим друзьям. Те тоже надели металлические шапочки и бегом бросились вверх по холму. Все еще смеясь, они положили соломенное колесо на колени миссис Крисуэлл. Один из четырех, с виду самый младший, уселся рядом с ней.

– Как тебя зовут, мать?
– спросил он.

– Ида Крисуэлл, - ответила она.
– А тебя?

– Меня зовут Йорд, - ответил юноша.

Миссис Крисуэлл похлопала его по руке.

– Какое славное, необычное имя!

– Ты похожа на мать моей матери, - объяснил он.
– Я так давно ее не видел!

Остальные рассмеялись, и юноша совсем смутился, потом украдкой смахнул со щеки слезу...

Миссис

Крисуэлл подала ему свой чистый носовой платок, надушенный лавандой. Йорд повертел его в руках и осторожно понюхал.

– Ничего, ничего, - сказала миссис Крисуэлл.
– Можешь им пользоваться. У меня есть еще один.

Но Йорд только глубже вдохнул затаившийся в складках легкий запах лаванды.

– Это всего лишь тончайшая нить мелодии, - сказал он.
– Знаешь, мать Ида, она очень похожа на одну ноту с холмов Гармонии у нас дома.

Он передал платок остальным, и все его нюхали и улыбались.

Миссис Крисуэлл попыталась вспомнить, читала ли она когда-нибудь про холмы Гармонии; впрочем, покойный супруг всегда твердил ей, что она прискорбно слаба в географии... Однако никак не ответить было бы невежливо. Война так разбрасывает людей по всему свету, и эти мальчики, наверно, очень тоскуют по дому и устали оттого, что здесь они всем чужие, и, конечно же, им так хочется поговорить о родных местах. Она была ужасно горда, что сразу распознала в них нездешних. Но есть в них что-то... Трудно сказать, что именно... Пожалуй, они уж очень легко бежали вверх по холму... Может, они родом откуда-то с гор?

– Расскажите мне о ваших холмах, - попросила миссис Крисуэлл.

– Постой, постой, сейчас я тебе покажу, - сказал Йорд. И глянул на старшего, словно ожидая разрешения.

Молодой человек, который надел ей на голову металлическую шапочку, кивнул.

Йорд вынул из кармана сверток тончайшей материи. Осторожно нажал на какую-то точку посередине - и вдруг раскрылось, развернулось пышное облако почти невесомых нитей, волнистое, легкое, словно огромная паутина. Глазам миссис Крисуэлл это исполинское кружево представлялось бледным, как туман, и едва ли не таким же прозрачным.

– Не бойся, - мягко сказал Йорд и подошел совсем близко.
– Наклони голову, закрой глаза, и ты услышишь чудесные холмы Гармонии нашей родины.

Миссис Крисуэлл встретила ласковый взгляд Йорда и поняла - а ведь за всю ее жизнь почти никто никогда так ласково на нее не смотрел...
– раз об этом просит Йорд, значит все будет хорошо. Она закрыла глаза, и странное чувство охватило ее - тело стало как будто невесомым. Словно спустились вечерние сумерки и окутали ее плечи, и тут послышалась музыка. Во тьме под сомкнутыми веками зазвучала она - величественная и могучая, полная красок, которых миссис Крисуэлл никогда не видела, о которых и не догадывалась.

Она сидела и беспомощно моргала, глядя на обступивших ее молодых людей. Музыка смолкла. Йорд уже прятал тончайшую паутину в свой потайной карман и громко смеялся ее изумлению.

– Ах, Йорд, как славно!.. Расскажи мне...

Но старший уже напоминал, что время не ждет.

– Извини, мать Ида, нам надо спешить. Можешь ты ответить на несколько вопросов? Нам это очень важно.

– Конечно, - сказала миссис Крисуэлл. Она еще не совсем пришла в себя.
– Если только я смогу... Если это как на телевидении, когда загадывают всякие загадки, то вряд ли. На это я не мастерица.

– Нам поручили узнать и доложить об истинном положении этой... в этом мире. Мы объехали его весь на этой медленной машине, и наши наблюдения точны.
– Он замялся, глубоко вздохнул и продолжал; - И, возможно, нам придется дать неблагоприятное заключение, но это в большой мере зависит от нашего разговора с тобой. Мы рады, что ты нечаянно встретилась с нами.

Старший начал серьезно расспрашивать ее. Вопросы были очень простые, и миссис Крисуэлл отвечала, ни на миг не задумываясь. Верит ли она в достоинство человека? В самом ли деле война ей отвратительна? Верит ли она, что человек способен любить ближнего? Вопрос следовал за вопросом. Миссис Крисуэлл отвечала, не переставая вязать.