Чтение онлайн

– Ох уж эта твоя мама… – сказал со вздохом Георгос, входя в гостиную, где парикмахер добавлял последние штрихи к прическе Элеаны. – И почему это я не могу надеть синие носки вместо черных? Не успел заикнуться, как разразился настоящий скандал.

– Я люблю тебя, папа, – ласково сказала она и увидела, как разгладилось его лицо.

– Спасибо тебе, дочка. – Глаза Георгоса увлажнились, и он быстро заморгал. – Скоро будет фотограф. Тебе лучше поторопиться надеть платье.

Иначе нам с тобой придется иметь

дело с мамой.

Быстро обняв отца, она погладила его по щеке и улыбнулась, когда он, поймав руку Элеаны, ласково и нежно поцеловал ее.

– Любой отец не мог бы пожелать более красивой дочери. А теперь пойдем.

Когда они вошли в спальню Элеаны, Катерина хлопотала над платьями подружек невесты, пытаясь довести каждую деталь до совершенства.

Сделав большие глаза в молчаливом ужасе, Деспина спросила:

– А когда должны прибыть маленькие негодники?

– Боже мой, – в ужасе воскликнула Катерина, обернувшись к дочери. Лепестки роз! Ты не заметила двух коробок с лепестками, доставленных из цветочного магазина?

Элеана отрицательно покачала головой, и мать в панике буквально выбежала из комнаты.

– Давай, дорогая, – ободряюще сказала Деспина. – Напяливай свое чудесное платьице. Мы поможем тебе застегнуть молнию, нацепить фату и… – За дверью послышался гневный возглас. – По-видимому, лепестки роз так и не нашлись, непринужденно продолжила она. – Пойду предложу Катерине свою помощь, пока с ней не случился нервный припадок.

Через десять минут она вернулась, и Элеана вопросительно подняла брови.

– Злополучная коробка нашлась целой и невредимой, но ее тоже доставили к Анне. Но поскольку она одна, а нам необходимы две, то Георгосу приказано оборвать драгоценные розовые кусты Янниса.

– И чья же это была идея? – Элеана покачала головой в притворном неодобрении. – Впрочем, можешь не говорить. Наверняка твоя, верно?

Деспина кивнула.

– Разумеется. А что, черт возьми, можно было еще предпринять? Прислушавшись, она содрогнулась. – Пожаловал табун младенцев.

Сняв свадебное платье с вешалки, Элеана с помощью подружек осторожно надела его на себя, застегнула молнию и разгладила оборки.

Облегающий лиф был отделан старинным кружевом, треугольный вырез оставлял открытой идеальной формы шею. Доходящая до пола атласная юбка ниспадала красивыми складками. Фата из тончайшего тюля крепилась к венку из искусственных цветов, на лепестках которых подобно каплям росы дрожали настоящие жемчужины.

– Ого! – в унисон воскликнули все четыре подружки, когда Элеана обернулась к ним.

И Деспина, быстрая на язык, восхищенно произнесла:

– Ты просто принцесса, дорогая. Настоящая принцесса! – Затем, подняв руки на манер готовящегося к выступлению дирижера, перечислила:

– Туфли, подвязка, фата, букет – все на месте… Что-нибудь одолженное. –

Деспина вручила невесте свой белый кружевной платок. – Что-нибудь голубое. – Она засунула под подвязку голубую ленту. – А что-нибудь ношеное?

Элеана коснулась бриллиантового кулона, висящего на тоненькой золотой цепочке.

В комнату влетела Катерина.

– Дети ждут внизу вместе с фотографом, – В ее голосе слышалась предательская хрипота, свидетельствовавшая о крайней степени усталости. – О Боже, еще немного и я заплачу.

– Не стоит. Подумайте о ресницах, – посоветовала Деспина. – Придется накладывать тушь снова, и мы опоздаем. – Она скорчила шутливую гримасу. Мать невесты должна плакать в самый ответственный момент церемонии, но никак не раньше. – Затем театральным жестом положила руку на плечо Катерины. Сейчас самое время броситься в объятия дочери, бормоча, что она самая красивая девушка на свете, и прочую подходящую к случаю чепуху. Потом, рассудительно добавила она, – мы улыбнемся в объектив фотоаппарата и вовремя доставим нашу принцессу в церковь.

С неуверенной, как это ни странно, улыбкой Катерина подошла к Элеане и поцеловала сначала в одну щеку, потом в другую.

– Ты просто прекрасна. – Она всхлипнула. – Действительно выглядишь как принцесса. О, дорогая…

– Эй, послушайте, – предупредила Деспина. – Нам пора.

Снимая в доме за невозможностью делать это снаружи, фотограф отнял у них почти час. Однако неожиданно, когда они рассаживались по припаркованным возле дома лимузинам, выглянуло солнце.

– Ну, папа, вот и все, – тихо сказала Элеана. – Мы едем.

Он ободряюще похлопал дочь по руке.

– Ты будешь счастлива с Андреасом.

– Я знаю.

– Я тебе уже говорил, насколько ты красива?

Во взгляде Элеаны затаилась смешинка.

– Мама хорошо постаралась, не правда ли?

На губах отца появилась философская усмешка.

– Она строила планы на этот день еще с тех пор, как ты была совсем маленькой.

Кавалькада лимузинов замедлила движение и свернула к церкви.

Несколько гостей поджидали снаружи. Когда Георгос помог Элеане вылезти из машины, ее встретил целый фейерверк фотовспышек.

Деспина и Элизабет одернули подол свадебного платья и поправили фату, в то время как Сара и Ребекка устанавливали детей в нужную позицию.

Теперь все стояли на своих местах, и Элеана смогла окинуть взглядом всю сцену целиком.

Ее подружки были одеты в шелковые платья бледно-розового цвета с открытыми плечами и держали в руках букеты орхидей. Девочки-цветочницы в длинных, цвета слоновой кости, платьях с буфами на рукавах и широкими поясами, завязанными сзади в большие банты, и белых туфлях вызывали умиление. Как и мальчики в черных костюмах, белых рубашках, шелковых жилетах и черных бабочках.