Чтение онлайн

Затем он перевел взгляд на меня:

— Какого дьявола, это еще что такое?

— Не знаю, — откликнулся я.

— Ты что, Франк, издеваться надо мной вздумал?

— Да какая уж тут издевка, — ответил я. — Некто передал это в администрацию гостиницы вчера во второй половине дня. Я тогда еще сюда не въехал. — Я специально выдержал паузу, однако Вернер сохранял молчание. — В одном ты наверняка прав — это не просто обиженный любовник.

— Разумеется, я прав… но все же… какого черта?! Где он мог взять книгу, которая еще не вышла?

Хотя сам я провел несколько часов, разглядывая экземпляр своего романа, этот вопрос как-то не приходил мне в голову. Если это не был отвергнутый

поклонник и уж конечно же не сама Мона, тогда — кто? Ответа на этот вопрос, похоже, не было. Вот если только… Сердце мое отчаянно застучало, и я вынужден был выпить пару глотков вина, чтобы немного успокоиться, прежде чем смог поведать Вернеру о произведенных мной ранее расчетах в отношении авторских экземпляров, из которых следовало, что одной книги не хватает. При этом я специально оговорился, что, быть может, где-то ошибся. Вполне вероятно, что издательство что-то там напутало, однако ведь убийца мог похитить роман прямо из моего дома. И это предположение приводило меня в ужас.

Было заметно, что все это Вернера отнюдь не обрадовало.

— А что с фотографией? — спросил он. — Тоже одна из твоих?

Я отрицательно качнул головой.

— Ты абсолютно уверен, Франк?

В голосе его звучали недоверчивые нотки — быть может, он разыгрывал эту роль по привычке, ведь ему приходилось ежедневно допрашивать разный сброд, вроде распространителей наркотиков. Стиснув зубы, я сделал над собой усилие, чтобы продолжать беседу в спокойном тоне:

— Я ведь тебе говорю, что не имею ко всему этому ни малейшего отношения. Ты что же, на самом деле считаешь, что я могу совершить убийство по сценарию, который использовал в собственной книге? И неужели я в таком случае не позаботился бы о том, чтобы обеспечить себе алиби? Я никогда не держал зла на Мону Вайс. Ведь она — давным-давно пройденный этап. Да и, кроме того, я даже не умею управлять лодкой, а мои знания о дайвинге — чисто теоретические.

Вернера, похоже, все это немало забавляло, что заводило меня еще больше.

— Ладно, Франк, успокойся, — сказал он, выставив ладони перед собой в умиротворяющем жесте. — Я прекрасно знаю, что ты не мог этого совершить. Ты, разумеется, больной на всю голову, раз уж тебе удается выдумывать все эти штучки, однако нервишки у тебя слабоваты. Так что ты бы этого не потянул. Не-ет, для такого дела ты слишком уж чувствительный, слишком мягкий… короче, слабак.

Нечто внутри меня отчаянно протестовало против сделанного Вернером заключения. Какого дьявола? Кем он себе возомнил? Я что же, должен позволить называть себя слабаком какой-то груде сала с наклонностями педофила?! Больше всего сейчас мне хотелось врезать ему как следует. Пусть посмотрит, какой я слабак. Ему давно уже следовало накостылять, еще тогда, когда я впервые услышал от Лины, как он к ней приставал. Проучить его как следует! Чтобы подавился своей гнусной ухмылочкой. Может, это и помогло бы — избавило меня от осуждающих взглядов Лины, которые я иногда ловил на себе с тех пор, как она узнала, что мы с ним иногда встречаемся втайне от нее.

Больше всего, однако, меня раздражало сознание того, что без него мне сейчас никак не обойтись.

Руки мои слегка подрагивали, когда я взял бокал и поднес к губам. Пока я пил, другая моя рука потянулась за бутылкой, и, как только бокал опустел, я наполнил его вновь. Сидящий напротив меня Вернер неторопливо прихлебывал свое пиво. Его нож с вилкой лежали так, что было понятно: трапезу он уже окончил, хотя добрая половина бифштекса в его тарелке все еще была нетронута.

— Вот ведь дерьмо! — в сердцах воскликнул он и тяжело вздохнул. — Ну и как прикажешь мне теперь все это объяснять? — Зажмурившись,

он потер переносицу. — Лучше всего будет, если я прямо сейчас свяжусь с ребятами из убойного.

Мне не оставалось ничего иного, как кивнуть в знак согласия.

— Это я забираю с собой. — Вернер постучал костяшками пальцев по книге. — С этими словами он поднялся. — Как долго ты пробудешь в городе?

— Собираюсь домой в понедельник, — угрюмо буркнул я.

— Они наверняка скоро приедут, чтобы побеседовать с тобой, — предупредил Вернер.

Я молча кивнул. Думаю, мы оба прекрасно понимали, что это наша последняя встреча.

— Что ж, Франк, береги себя, — сказал он на прощание и зашагал к выходу из ресторана.

Я не ответил. Отодвинув от себя остатки еды, я стал прихлебывать вино, размышляя, когда они придут за мной. Может, уже сегодня вечером? Хотя какое это в принципе имеет значение? Когда бы это ни произошло, все равно это будет не вовремя.

Когда бутылка опустела, я встал и поплелся к входной двери. Дойдя до вестибюля, я вдруг почувствовал, какое количество алкоголя скопилось за сегодняшний день в моем теле. С трудом переставляя ноги, я потащился в сторону лифта. Ждать его пришлось, казалось, целую вечность. Когда дверцы наконец распахнулись, я ввалился внутрь, едва не сбив с ног выходившую молодую особу женского пола в короткой юбке и дутой куртке.

— Смотри, куда прешь, болван! — прошипела она с характерным копенгагенским акцентом, оттолкнув меня с неожиданной для ее комплекции силой.

Я попытался было извиниться, однако девушка уже ушла, даже не обернувшись. В лифте все еще стоял тяжелый запах ее дешевых духов — приторный аромат сирени. Пока я поднимался в пропахшей им кабине на пятый этаж, меня чуть не стошнило.

Я все еще не мог забыть свой разговор с Вернером. Странно, но, несмотря на то что он меня изрядно разозлил, я все же чувствовал своего рода облегчение.

Теперь все было в его руках.

Я рассказал ему все, что знал, и теперь от меня требовалось лишь одно — ждать.

Полиция в тот вечер в гостинице так и не появилась. Спал я отвратительно. Однако вовсе не из-за страха, что правоохранительные органы внезапно вломятся ко мне в номер. Просто я всегда плохо засыпаю на новом месте. В незнакомой постели мне почти никогда не удается толком сомкнуть глаза, и эта ночь не явилась исключением. Пока я пытался уснуть, в моем объятом полудремой рассудке то и дело всплывала одна и та же картина: голубые глаза Моны Вайс, глядящие на меня сквозь мутную морскую воду. Когда же в конце концов я все-таки отключился, мне снились обрывочные тревожные сны о каких-то обезьянах и кошках.

Несмотря на то что выспаться мне так и не удалось, с утра я чувствовал себя на удивление отдохнувшим. Полузабытье, в котором прошла почти вся ночь, странным образом притупило ощущение страха, мучившее меня весь предыдущий день. Я решил, что буду следовать запланированной программе, как будто ничего не случилось. Разумеется, это было вряд ли возможно, однако попытаться все же стоило. Да и, кроме того, что еще мне оставалось?

Итак, день начался с обильного завтрака — я чувствовал, что чертовски проголодался. Накануне вечером беседа с Вернером изрядно подпортила мой аппетит, поэтому с утра, помимо привычного завтрака, я взял себе дополнительную порцию яичницы с беконом. По-видимому, такой волчий аппетит в немалой степени стимулировала и постоянно крутящаяся в подсознании мысль о том, что полиция может в любой момент явиться за мной. За столом я провел добрый час в компании утренней газеты и целой груды методично опустошаемых мной тарелок.