Чтение онлайн

— Ну, и конечно, будем держать себя в руках, — я рассмеялся, — да ладно, не смотри ты на меня так, я ведь шучу, ничего с нами этот тип не сделает, а пообщаться надо. Для дела, между прочим. Надо узнать, что это за раса такая странная, может быть, когда ни будь, это нам пригодится, а может, и им как-то сможем помочь.

— Хорошо, как скажешь. Только давай сначала спокойно позавтракаем, а потом уже будем знакомиться с этим типом, — проворчал Лео, — а то он нам весь завтрак испортит.

— Ну, не ворчи, не ворчи. Я тебя таким завтраком угощу, закачаешься!

Лео быстро сменил гнев

на милость.

— И еще пиво, Лео, такое пиво!

Это был аргумент.

После завтрака мы оба направились в ближайший участок патруля в надежде застать там так заинтересовавшую меня личность. И я почти уже не удивился, когда, открыв двери участка, мы услышали жуткую перебранку, несущуюся из многочисленных глоток патрульных. Атмосфера была явно накалена. И это при том, что самозабвенно, до багровых рож, орали дисциплинированные, отлично вымуштрованные, образованные патрульные звездного патруля. Еще минута, и дело дошло бы до кулаков, но наш приход несколько разрядил обстановку.

Войдя и мгновенно оценив ситуацию, я обратился к Лео:

— Да, Лео, ты прав, прав на все сто процентов, тут и спорить нечего. Самое страшное оружие — это совсем не ядерное, самое страшное — это, как оказывается, язык. Недаром в древности у нас кто-то сказал: «Злые языки страшнее пистолетов». Это как раз про этот случай.

И в неожиданно наступившей тишине последние слова прозвучали четко и весомо.

— Добрый день, — приветливо поздоровался я с еще не успевшими прийти в себя взмыленными офицерами патруля, — я вижу, что этот господин уже успел доставить немало хлопот и вам.

— А вы кто еще такой? — несколько грубо поинтересовался один из патрульных. — И что вам надо?

— О, ровным счетом ничего. Мы с моим другом проходили мимо, услышали шум и решили поинтересоваться его источником.

— Ах, решили поинтересоваться источником? — ядовито переспросил старший патруля, — вот он ваш источник, чтоб ему, можете полюбоваться.

Злосчастный «источник» открыл было рот, но мгновенно заткнулся, увидев мгновенно побагровевшее, ставшее страшным лицо офицера.

— Черт бы побрал этого проклятого халгарианина. И почему это несчастье свалилось именно на мою голову, — чуть позже жаловался мне патрульный, вытирая обильно вспотевший лоб. Остальные трое не отрывая глаз, мстительно смотрели на съежившийся в углу объект. — И как только он выбрался в космос. Не поверите, сэр, но все наши несчастья в последнее время происходят из-за него. — И он горестно покачал головой. — Не проходит и дня без солидной потасовки, и везде, ну везде оказывается замешан этот негодяй. Уже даже двое наших товарищей были вынуждены из-за него покинуть планету.

— Почему? — поинтересовался я.

Офицер беспомощно пожал могучими плечами и, как мне показалось, немного смущенно хмыкнул:

— Не удержались и немного дали волю рукам. — И тут же горячо добавил, — но, сэр, очень трудно было от этого удержаться. Тогда старшим смены был не я, и, слава богу, а то бы и я загремел отсюда.

— Чем же он вас так достал, — продолжал расспрашивать я патрульных, которые в пылу обиды забыли даже поинтересоваться, кто я такой и что мне, собственно говоря, здесь нужно. Да, видно, достал ребят до печенок

этот странный человек. Вот только интересно, чем?

Патрульный беспомощно продолжил:

— Да мы и сами толком не понимаем, как это все происходит, что он такое делает, кажется, что говорит какие-то совершенно безобидные вещи, но только сразу вспоминаются все обиды. Стоит ему только открыть рот, как начинаешь подозревать всех и вся, вспоминаются всякие гадости, — он немного смущенно помолчал, видно, вспоминая свои собственные мысли, — мы уже потом на разнообразной аппаратуре все просматривали — и ничего подозрительного в его словах и поступках не обнаружили, — он опять помолчал, потом развел руками, — но вот только все равно все в его присутствии звереют. И всегда ему достается, уже пару раз дело почти до убийства доходило. Уу-у, зараза такая, — патрульный погрозил своему подопечному кулаком и опять тяжело вздохнул.

Я уже устал считать его вздохи.

— А что если я освобожу вас от этого господина? — поинтересовался я.

Лица патрульных попеременно отразили целую гамму чувств: удивление, радость, смущение. Потом старший патруля все таки не выдержал:

— Сэр, я не знаю, кто вы такой, но видно, вы не поняли, что этот человек просто ходячая катастрофа. Зачем вам всякие неприятности. Мы в ближайшее время отправим его на родную планету. Давно надо было так сделать, да вот только никто не соглашался оплатить полет. Так вот, мы с ребятами решили в складчину купить ему билет и отправить куда подальше. Нет больше никаких сил терпеть это безобразие.

Да, для патрульных, получавших за свой труд не такие уж большие деньги, это был настоящий подвиг. Надо же, как он их достал!

— А что, если я сам оплачу билет этого господина, — я указал рукой на халгарианина, — и, кстати, как его зовут?

Офицер был в явном смущении:

— Не знаем, сэр. И лучше, если вы его здесь не будете спрашивать. Забирайте его куда хотите, и там выясняйте, а еще лучше ничего у него не спрашивайте, просто молча посадите его на ближайший транспорт на Халгар, если такой найдете, и отправьте.

Я согласился с их требованием, и патрульные, напрягшиеся было опять, с облегчением вздохнули.

Я обратился к их «жертве»:

— Эй, как там тебя, пошли, я тебя забираю.

Халгарианин рванулся было к двери, но там его встретил предусмотрительный Лео:

— Эй, не так шустро. — Крепко ухватил за руку и оглянулся на меня.

— До свидания, господа, был рад с вами познакомиться.

Патрульные смотрели на меня как на помешанного.

Мы вышли из помещения, и здесь я получил возможность спокойно рассмотреть нашего пленника.

Это был, несмотря на потасканный вид, невысокий представительный седоватый мужчина средних лет с необычайно широкими густыми черными бровями, которые прямо таки нависали над, похожими на буравчики, глазками. Вполне приличный господин, если не считать бегающих глаз. Приодеть бы его, так вполне мог бы сойти и за члена состоятельного семейства. Пока мы с Лео не заметили в нем ничего такого, за что бы стоило дать ему по роже.

— Итак, — внушительно произнес я, — хотелось бы с вами познакомиться, господин хороший. Ваше имя, пожалуйста.