Черепановы

Эта книга посвящена талантливым и неутомимым поборникам технического прогресса, уральским «умельцам» Черепановым — сыновьям и внукам крепостного чернорабочего Выйского завода.

В мрачную эпоху развернулась деятельность самородков-изобретателей Черепановых на демидовских Нижне-Тагильских заводах. Крепостнические отношения все более сковывали развитие живых сил страны. Правители тогдашней России с пренебрежением относились к «простолюдинам», к выходцам из крепостного сословия. Творчеству Черепановых ставились бесконечные препоны, их лучшие изобретения не получали достаточного применения или

вообще не использовались.

Но Черепановых в их более чем полувековой борьбе за передовую технику поддерживали глубокая убежденность в правоте своего дела, патриотическое стремление сделать русскую промышленность и транспорт передовыми и процветающими, желание облегчить труд простых работных людей.

Наиболее характерной чертой всей деятельности Черепановых было чувство нового. Они умели обнаруживать это новое, передовое в технике каждой отрасли производства, с которой им приходилось сталкиваться.

Они поняли, что будущее за паровым двигателем, и с поразительной настойчивостью, не падая духом от неудач, добивались применения паровых машин на заводах, рудниках и на транспорте.

Такую же энергичную поддержку оказали они новой тогда идее использования тепла и теплотворности отходящих газов металлургического производства.

Деятельность Черепановых была связана с подготовкой и зачатками промышленного переворота в России. Технические проблемы, занимавшие талантливых уральских механиков, имели тогда первенствующее значение не только для России, но и для стран, продвинувшихся дальше по пути промышленного переворота. Изучение Черепановыми богатого русского, а также передового западноевропейского технического опыта — английского, французского, шведского — оказало плодотворное влияние на творчество механиков.

Чувство нового и прекрасное знакомство с лучшими производственными достижениями в России и за границей позволило Черепановым избежать многих ошибок, характерных для творчества современных им изобретателей.

Так, например, Черепановы никогда не интересовались «вечным двигателем», а ведь попыткам построить такой двигатель отдали дань и Кулибин в России, и Стефенсон в Англии, и еще немало известных механиков начала XIX века.

В своей борьбе за новую заводскую, рудничную и транспортную технику Черепановы пользовались поддержкой передовых инженеров и мастеров Нижне-Тагильских заводов: Ф. И. Швецова, П. С. Макарова, И. Ф. Макарова и других. Три смелых технических замысла: сооружение «чугунки» с паровой тягой, использование тепла отходящих газов в металлургическом производстве и организация рейсов пароходов — были первоначально выдвинуты Швецовым и Черепановыми совместно.

Свои первые паровозы, многочисленные паровые двигатели и сложные металлобрабатывающие станки Черепановы строили на Выйской механической «фабрике» при помощи большого и дружного коллектива мастеровых — кузнецов, слесарей, плотников. Мы знаем очень мало об этих непосредственных помощниках Черепановых, а число их достигало 85 человек. Однако только опираясь на этот «механический штат», Черепановы могли осуществлять свои замыслы.

Следует поэтому окончательно отказаться от прежнего представления о Черепановых как об одиночках-изобретателях, построивших первую русскую «чугунку» и несколько паровых машин кустарным способом, а затем сошедших со сцены. Нет, Черепановы не были одиноки! И результаты их творчества не пропали.

Деятельность Черепановых до недавнего времени оставалась

малоизученной, и авторы научно-популярных, а тем более беллетризированных биографий тагильских механиков обычно восполняли недостаток фактических данных своим воображением.

Результаты оказывались далеко не всегда удачными. Позднее найденные документы показали, что в ряде случаев были допущены серьезные отступления от исторической действительности.

Научная разработка биографии Черепановых была связана с серьезными трудностями. Известно, что лучшим источником для изучения личной и общественной жизни, характера и психологического склада того или иного выдающегося деятеля являются дневники, воспоминания, записные книжки этого лица, его личная и деловая переписка, воспоминания о нем современников.

Между тем обнаружено сравнительно небольшое число личных документов Черепановых. Воспоминания современников о тагильских механиках носят в высшей степени отрывочный характер. Не уцелело также никакого семейного архива, относящегося к жизни и деятельности изобретателей.

Главным источником для составления биографии Черепановых оказываются лишь «сухие» документы, связанные с их техническим творчеством. Многие черты личной и общественной жизни Черепановых приходится восстанавливать по косвенным данным, содержащимся в архивных материалах и в литературе.

Мысль о разработке биографии Черепановых была подсказана автору этих строк еще два десятилетия тому назад академиком Владимиром Николаевичем Образцовым, разносторонним ученым, живо интересовавшимся историей отечественного транспорта.

Однако автор смог приступить к осуществлению этого пожелания лишь в 1949–1950 годах. Поскольку в то время биографическая литература о Черепановых была очень бедна, пришлось работать главным образом над документами, хранившимися в архивах Москвы, Ленинграда, Свердловска и Нижнего Тагила.

Итоги работы над архивными и литературными материалами были опубликованы автором в книге «Жизнь и деятельность русских механиков Черепановых» (Издательство Академии наук СССР, 1956 г.).

Книга, предлагаемая теперь вниманию читателя, является научно-популярным очерком, написанным на основе тех же материалов.

Проф. В. С. Виргинский

В 1720 году указом царя Петра I «тулянину Никите Демидову», владельцу Невьянского и иных железоделательных заводов на Урале, разрешено было строить новый завод «за речкою Выею, где он нашел медную руду».

Руду нашел не Демидов, а верхотурский мансиец{ Манси(вогулы) — народность угорской группы, населяющая восточные склоны Урала. Мансийцы с глубокой древности занимались разведкой и разработкой железных и медных руд по рекам Тагилу и Вые.} Савва Семенов, но Демидов понял, какую выгоду можно извлечь из нового открытия верхотурского «рудознатца». Возле старинных, заброшенных к этому времени мансийских мастерских, прозванных «вогульскими кузницами», на Вые сооружена была плотина, и возник Выйский завод. Осенью 1722 года состоялась первая плавка меди.