Человек
Шрифт:
«Всемогущий, а почему бы Тебе не сказать Твое сильное Слово и лично мне? Уйдет болезнь, уйдет тоска».
И Он сказал. Где-то в моем внутреннем мире прозвучало: «Я исцеляю тебя». По телу прошла теплая волна, и я почувствовала себя свободной от болезни. И, как видите, до сих пор жива», - закончила она, улыбаясь, свой рассказ. Это свежий пример, и поведала его знакомая христианка - врач на исходе 1984 года.
– Так просто?
– опять вправе удивится читатель.
Просто, но не для всех. Напомним, что это доступно тем, кто примирился с Богом.
– Но христиане тоже болеют, и не так уж редко.
– Да, болеют. Рассмотрим ряд причин и пути к возвращению здоровья.
Первая причина
«Многие из вас немощны и больны и не мало умирает. Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы; будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром» (1Кор. 11,30-32).
Эту закономерность я прочувствовал на себе, когда ночные поездки кончились ударом ножа. Это тоже была болезнь. Уверовавшему человеку Христос говорит:
«Верующий в Меня не судится и на суд не приходит».
От суда, на который предстанет весь мир, Христос избавляет человека в день покаяния. А за последующие согрешения он судится здесь обстоятельствами и болезнью, которые являются очистительным огнем для человека. Эта мысль подтверждается следующими словами:
«Сделавший такое дело... предать сатане во измождение плоти, чтобы дух был спасен» (1Кор. 5,5).
И сатана охотно выполнит, только позволь. Несколько лет тому назад в тяжких муках умирал один из служителей Церкви. Приезжали к нему многие:
– Брат, признавайся, что-то нечисто у тебя, не может слуга Божий так мучительно умирать.
Но он отнекивался, уводил от вопроса и продолжал страдать. Когда до смерти оставалось около трех недель и мученья достигли высшего накала, он не выдержал и стал признаваться в грехах. Моя сестра, живя по соседству с этим страдальцем, рассказывает: «Он кричал целую ночь, каялся перед Богом за один грех. Просил милости. Я вынуждена была закрывать окна одеялами и подушками, т.к. его крик был слышен далеко за пределами дома. К концу первой недели раздался вздох:
– Наконец Он простил мне.
Следующую неделю он тоже кричал о другом, еще более отвратительном грехе, который таил в себе и не каялся в нем многие годы. Когда он получил прощенье и за него, я услышала фразу:
– Неправда, Он простил мне, отойди от меня, сатана, Он простил.
Последняя неделя была самой тяжелой. Он кричал: «Господи, прости, я доносил на братьев моих».
Ухаживать за ним было крайне трудно. День и ночь одна и та же просьба, один вопль, от которого у меня иссякли все силы.
Наконец он вымолил последнее прощенье. Успокоился, утих и сказал: «Теперь все. Я свободен, прощен». И тихо угасла его жизнь».
Утаенный грех дал право сатане на измождение его плоти, но дух, как видно, все же был спасен, «как головня из огня».
Причина вторая. Связанность
Что-то препятствует Богу ответить на молитву заболевшего христианина. Надеюсь, читатель помнит
Наша церковь вникла однажды в эту область и разглядела хитроумный план сатаны, ведущий нас к духовной дистрофии. Пока мы занимались теологическими спорами, решали проблемы, устраивали жизнь - враг-дьявол не спал и осторожно, под шумок, надвигал на нас сеть внешне безобидных увлечений и услуг различных самодеятельных целителей. Руководство, изучив этот вопрос, вынесло его на общее рассуждение. Чего только ни обнаружилось из чародейского репертуара.
Оказывается, если нет мира с соседом, нужно купить яблок, принести их к такой-то (называют имя), она выжмет их и этим соком помазать забор соседа, и будет мир. Если одолели бородавки - в дело идут узелки, которые нужно закопать в определенном месте. Если плачет ребенок, ополаскивают чистые ложки и умывают этой водой его лицо... и т.д., «несть им числа»... не говоря уже о выливании испуга воском, о косяках дверей... Десятки верующих вставали с вопросом:
– А я делала вот так... это чародейство?
Зал уже научился различать и дружно объявлял: чародейство. Иногда наступала тишина: непонятно что...
Когда дошли до самодеятельных лекарей, оказалось, что они почти все «с душком». Называем первое имя: Семеновна. Из зала голос:
– Ее не троньте. Никакая она не чародейка. Массажистка и все. Притом все делает с молитвой. И когда лечит, всем рассказывает о Боге.
– Хорошо. Ее не тронем. Поговорим о другой. Приходит к ней (другой) наша христианка (она сидит здесь же) и говорит:
– Можете ли помочь горю? С сыном беда, - и рассказывает о нем.
– Могу, конечно. Придешь, доченька, домой, поставишь сыночка к косяку, отчертишь на нем рост. Пусть муж просверлит на черточке отверстие; отрежешь у сына локон, спрячь в отверстии, закрась, и, как только перерастет - уйдет болезнь.
В зале гул: «Явное чародейство».
– Так это ваша Семеновна советовала нашей хористке, она здесь, может подтвердить.
Наступила тишина. Называем другое имя: Дарья Федотовна. Снова голоса в защиту. (Чрез ее руки прошла добрая половина Н-ской Церкви и все молодые мамы).
– Ладно, не тронем и ее. Побеспокоим другую. Приходит к ней еще одна наша хористка желудок поднять. Кстати, она тоже присутствует здесь. Пока совершался массаж, заходит заплаканная соседка.
– Бабушка, помогите, муж стал забывать дом, с кем-то задружил.
– Успокойся, пока я помассажирую больную, ты сбегай, купи бутылочку винца, я наговорю, дашь ему выпить и никуда больше не уйдет от тебя.
Хористка еще не ушла, вино было принесено, наговорено и унесено по назначению.