Че Гевара
Шрифт:
Высота 650 м.
3-е.
(…) Продвигаемся очень медленно. Никаких новостей. Пачо выздоравливает, я же, наоборот, плох (…), попробовал внутривенный укол новокаина, без результата.
8-е.
Мы прошагали почти час, что для меня составило два, так как моя кобыла устала. В какой-то момент я ударил ее ножом в горло и серьезно ранил (…) Пачо восстанавливается, но я не человек, и история с маленькой кобылой подтверждает, что в определенные моменты я теряю над собой контроль (…) Настал момент, когда нужно принять решение. Такая борьба позволяет нам стать Революционерами, наивысшим эшелоном человеческого существа, но он
10-е.
Антонио и Чапако отправились назад поохотиться и принесли лань и дикого павлина. (…)
12-е.
(…) Барриентос объявил о закате герильерос и вновь начал бросать угрозы об интервенции Кубы. (…)
14-е.
(…) Слушая сообщения, мы узнали о захвате пещер (…) Захвачены документы и разные фотографии. Это самый тяжелый удар, который был нам нанесен: кто-то должен за это ответить. Кто? Загадка.
15-е.
(…) Радио Санта-Крус объявило, между прочим, что армия захватила двух из группы Муйупампа. Теперь нет сомнений, что речь идет о группе Хоакина, и его теперь должны очень преследовать, а двое схваченных заговорили (…)
16-е.
(…) Мул сбросил меня прямо на землю, на бревно (…)
17-е.
(…) Радио объявило, что оно представит документы и подтверждения о четырех гротах Ньянкауасу. Указание на захват грота обезьян. (…)
18-е.
Инти сказал мне, что Камба хочет уйти, физические условия, в которых он находится, не позволяют ему продолжать. Кроме того, он не видит дальнейших перспектив борьбы. Естественно, это типичный случай малодушия, это было бы честно — отпустить его, но в данный момент он знает нашу будущую дорогу, которая должна привести нас к Хоакину, и он не может уйти (…)
19-е.
(…) Артуро (…) убил тапира, что создало напряжение в лагере, так как он сделал семь выстрелов. (…)
Похоже, что белая лошадь имеет шанс спасти свою шкуру (…)
23-е.
(…) Утомительный день, так как нужно было пройти по очень трудному склону скалы. Белая лошадь отказалась двигаться дальше, и мы ее оставили, увязнувшую в грязи, без возможности выбраться оттуда (…) Объявили, что суд над Дебрэем отложен до сентября.
Высота 580 м.
24-е.
(…) С наступлением ночи вернулись мачетерос с пойманными животными, кондором и тухлой дикой кошкой. Все было проглочено вместе с остатками тапира, есть еще фасоль и то, что можно будет поймать.
Камба приближается к пределу морального упадка, он дрожит, как только слышит о солдатах (…)
26-е.
Все повернулось плохо: приблизилось семь человек, но они разделены, пятеро внизу реки, двое собрались ее пересечь. Антонио, ответственный за засаду, рано выстрелил и промахнулся, это позволило солдатам быстро спрятаться (…)
27-е.
День провели в безуспешных поисках выхода, и его еще не видно. Мы около Рио Гранде и прошли уже Юмон, нет новых патрулей. (…) счастливое событие: прибыли Бениньо, Ньято и Хулио. (…)
30-е.
Ситуация начинает становиться устрашающей, мачетерос потеряли сознание. Мигель и Дарио выпили свою мочу, и Чино сделал то же самое, плачевный результат, понос, спазмы. Урбано и Хулио спустились в каньон и нашли воду (…)
Высота 1 200 м.
Итоги месяца:
(Без
1) Мы по-прежнему лишены каких-либо контактов и не имеем надежды установить их в ближайшее будущее.
2) Мы по-прежнему не добились присоединения к нам крестьян. Это логично, принимая во внимание то, что в последнее время у нас с ними было мало встреч.
3) Моральный дух бойцов понижается, но надеюсь, временно.
4) Армия не действует более эффективно и напористо.
[4-е.
Два дезертира, Эйсебио и Чинчоло, задержаны армией, ведут солдат к «стратегическим тайникам», как их называет Режи Дебрэй, рассредоточенных около центрального лагеря. Обнаружение документации, которая там спрятана, позволяет властям раскрыть городскую сеть — арест Лойолы Гусман, — создать «процесс Камири» и дойти до блокирования.
Месяц прошел в фильтровании журналистов и официальных лиц, приехавших на процесс Дебрэя и Бустоса. Когда 8 августа знаменитый итальянский издатель появляется в Ла-Пасе, он оказывается под контролем секретных служб. Позднее он опубликует дневник Че в Боливии и умрет таинственным образом 15 марта 1972 года около Милана. Из солидарности к Дебрэю прибывает французский издатель Франсуа Масперо в сопровождении адвоката Жоржа Пине, бельгийца Роже Лальмана, представляющего Лигу прав человека, и Жака Винерона с научного факультета Парижского университета. Масперо подвергся четырехчасовому допросу и был обвинен в заговоре против Боливии.
Месяц, когда начинает действовать новый дипломатический атташе посольства СССР, литовец по происхождению, ставший агентом ЦРУ, который с 1965 до начала 1967 года был ответственным за информацию в Сайгоне для Голоса Америки.Он помогает ЦРУ проникнуть в основные средства массовой информации страны и дезинформировать о действиях герильеро.
26 августа прибытие в Ла-Пас генерала Жоржа Пор-теро, главнокомандующего американских баз, расположенных на юге США, с пунктом в Панаме. Его сопровождают два других генерала и много полковников. Цель миссии — оценить герилью и военную ситуацию в стране.
31-е.
Засада в Вадо дель Йесо. Тыл Хоакина, прибывший на берег Рио Гранде, проводит крестьянин Онорато Рохас до брода, где его ждет, прячась на берегу, пехотная рота. Семь герильеро уничтожены, когда они переправлялись через реку: кубинцы Хоакин (команданте Вило Акунья Нуньес), Алехандро (команданте Густаво Мачин Ольд де Лече), Браулио (лейтенант Исраэль Рейес Сайас), Таня (Тамара Бункер) и боливийцы: Моис Гевара, Вальтер Арансибия и Поло, Апполинар Акино. Эль Негро, Реституто Хосе Кабрера Флорес, перуанский врач, и боливиец Фредди Маймура схвачены и расстреляны. Оставшийся в живых боливиец Пако Хосе Кастило Чавес посажен в тюрьму. Че получает информацию по радио и отказывается от поисков арьергарда. Онорато Рохас, предатель, будет расстрелян 14 июля 1969 года].