Чтение онлайн

А что насчет Кая? Мы могли бы со всем разобраться. По крайней мере, даже если бы не смогли, то не потому что я такая, какая есть. Мы не обречены из-за одного только этого.

Кай тоже предупреждал меня в отношении Ксандера. Мне надо было прислушаться.

Одно я знаю точно: пора. Келли, Иона и я — нам нужно уйти отсюда.

Когда Джей-Джей мысленно зовет меня, я так пугаюсь, что сначала не отвечаю.

Он пробует еще раз. «Фрейя? Это ты?»

«Да! Это я, где ты? Близко?» — Я ощупываю пространство на предмет его местонахождения, но не нахожу ничего. Странно. Чтобы вот так разговаривать, он должен быть поблизости. Так где же он?

«Не совсем поблизости. Мне помогают с трансляцией». Теперь присоединяются и другие голоса, некоторые из них представляются — Беатрис, Елена, другие — старые друзья, Патрик, Зора.

«Я забеспокоился, когда не получил от тебя вестей, — говорит Джей-Джей. — Мы несколько дней пытались связаться с тобой; должно быть, ты только сейчас оказалась в пределах досягаемости».

«Где вы?»

«В Шотландии, на уединенной ферме. А ты где?»

«Только что миновала Карлайл. Направляюсь на север, к вам». — Я почти кричу, настолько велико облегчение. Я не знала, как собираюсь искать их, а они сами нашли меня.

«Фрейя? Ты как будто сама не своя. Что-то случилось?»

«Да», — отвечаю я, но дальше не могу найти слов. Вместо этого показываю им смерть Эзры, как ее видел Уилф. Мы теперь все вместе, успокаивают меня, и это так прекрасно, быть снова вместе, что на этот раз мне не удается сдержать слез.

«Просто прекрасно? Да я же великолепен, — говорит Джей-Джей и мысленно обнимает меня. — Чем мы можем помочь?»

«Хочу присоединиться к вам. И привести Уилфа».

«А как же Кай?»

«Он больше не с нами. — Я прячу за мысленным барьером, как мы с Уилфом сбежали, пока Кай спал, поскольку это не то, что мне хотелось бы сообщать всем. — Мне необходимо быть с вами, с такими, как я. И Уилфу тоже».

Люди, как я. Я знаю, это включает и Ксандера, и его Мультиверсум. Я вспоминаю тот день, когда встретила Ксандера: мы были в одной машине, когда мчались к летному полю, чтобы убежать от военных, только мы и водитель. Мы разговаривали во время той долгой поездки. Я не доверяла ему, да и как могло быть иначе, учитывая, какие чувства испытывал к нему Кай, но теперь

я понимаю гораздо больше. Так много из того, что он говорил, оказалось правдой. Нам не место среди обычных людей. Они никогда не примут нас.

«Подожди секунду, мне надо кое-что проверить, — говорит Джей-Джей. Через минуту он возвращается. — Оставайтесь там, где вы есть. Один из нас приедет и заберет вас».

Септа у меня в голове. Я сажусь на кровати, не смея ни возражать, ни сопротивляться.

Она успокаивает, смягчает мой страх, но своими чувствами и словами, а не меняя мои чувства, как делала раньше. Поток ее мыслей и эмоций обрушивается на меня с такой быстротой, что я не успеваю даже уловить смысл. А потом… потом она говорит «прощай». И уходит.

Я не знаю, стоит ли разбудить Шэй, спросить у нее, что это может означать. Боюсь, Септа вновь могла что-то со мной сделать, хотя на самом деле так не думаю. По крайней мере, не так, как она делала раньше. Но Шэй не спала день, ночь и еще один день. Она лишь подремала возле Ионы несколько часов назад. Она измотана, и я не хочу ее беспокоить.

Септа попрощалась? И то, как она это сказала — как будто это в последний раз, навсегда. Куда она может уйти?

Я не понимаю, но чувствую себя… по-другому.

Как-то легче, свободнее.

Ложусь в постель. Что бы ни случилось, ничего плохого я не почувствовала. Можно подождать до утра.

Узкое пламя мерцает и колышется, манит меня вперед, приглашает забраться в постель. Мне так страшно, но я делаю шаг навстречу. Покой здесь. Покой, покой…

Вокруг меня кружевные занавески, словно кровать принцессы. Я отбрасываю их в сторону. Постель такая мягкая и теплая, так отчего же мне так холодно? Надо бежать, я знаю, но нет сил сопротивляться. Покой, покой…

Я опускаюсь, ложусь. Занавески смыкаются вокруг. Свеча, что манила меня, тут, как и другие, и они отбрасывают тонкие круги света в темноте. Занавески слегка колышутся, когда я закрываю глаза. Покой, покой…

Но все это ложь, ловушка. Я не могу открыть глаза, но все равно вижу: от пламени свечей загораются края занавесок, покрывало. Огонь быстро пожирает ткань.

Эта мягкая постель — погребальный костер: то, что предназначено для мертвых, не для живых. Но я еще жива, я дышу.

Едва-едва.

Жар и боль настолько сильные, что я кричу.

Потом оказывается, что крик настоящий, но это не мой голос — и он не у меня в ушах, он в голове. Усталость гнетет так, будто я придавлена горой, и приходится заставить себя пошевелиться.

Я чувствую запах дыма.

Вылезаю из постели, иду в переднюю. Иона стоит у открытой двери и держится за косяк, словно упадет, если отпустит его. Келли тоже выходит из своей спальни.