Чтение онлайн

– Меня зовут Михаил.

– Я – Рянц. Я ждала вас. Есть хотите?

За ангаром была организована кухня под открытым небом. Рянц подала жареные на решетке ломти рыбы, мелко нарезанную зелень (судя по цвету – листья того дерева, что возле бассейна) и коричневатое прозрачное вино. Рыба, салат, вино – вполне по-европейски, только столовых приборов нет. Ну и что, руками – вкуснее.

Рыба – сочная и с корочкой, зелень – хрустящая, чуть терпковатая, сдобренная маслом. Вино хорошее: терпкое, чуть сладковатое. И есть у него

привкус, как у поданного салата: наверное, вино из плодов того же дерева. А масло – должно быть, из косточек тех же плодов.

Но Михаил и Рянц обсуждали не угощение, нашлись вопросы посерьезнее. Сначала Рянц долго изучала выданный Иван свиток. Хотя там все было лаконично и ясно, посередине – сложный радужно блестящий иероглиф, знак общины авиаторов, выше иероглифа – надпись: «Служителям Системы Прямых Путей. Прямые Реки – Большой Город. Соглашение…» – и дальше непонятный набор символов, которым обозначалось соответственное соглашение между общиной авиаторов и служителями Системы. Ниже иероглифа – еще короче: «Хранителю ключа. Соглашение…» – и другой набор символов.

Вероятно, хранительница ключа просто из вежливости ждала, пока Михаил доест.

Наконец, Рянц свернула свиток, сказала:

– Ну что ж, обязательство общины авиаторов – достаточно большая ценность, чтобы оплатить проход через лаз… Но я обязана убедиться, что у вас есть серьезные причины покинуть Обитаемое Пространство.

– Кому обязаны? – сострил Михаил.

– Самой себе. Какую бы плату мне не предлагали, я отговариваю желающих покинуть Обитаемое Пространство. Но если причина действительно серьезная, я открываю лаз даже бесплатно.

Женщина принципиальная, можно сказать – идейная. Будь она беспринципная, было бы легче, заплатил – и вперед. А ключ, открывающий лаз, у нее таки все-таки есть, раз она сама о ключе говорит.

Михаил решил для начала попробовать логику:

– Я – бродячий колдун… так же, как вы. Мне не нужен ключ, чтобы открыть лаз, я, если что, смогу вернуться в Обитаемое Пространство.

– Это может оказаться очень непросто, – спокойно возразила Рянц. – Вы собираетесь отправиться в опасный мир.

– И чем этот мир опасен? И как он, кстати, называется?

Рянц усмехнулась, ответила сначала на второй вопрос:

– Мир Ду. Наибольшая опасность там идет от людей.

– Так же, как везде, – рассудил Михаил.

– Нет, гораздо сильнее, чем везде. Этот мир принадлежит людям, которые уважают только силу. Чтобы выжить, вам придется сражаться за свою жизнь. И убивать. Кроме того, вам будет очень сложно притвориться жителем мира Ду.

– Сражаться я умею, – с наигранной твердостью заявил Михаил.

– А убивать?

– Пока не пробовал, – это Михаил постарался произнести с максимальной беззаботностью, но тут же понял, что Рянц ему не обмануть, у нее чутье, она видит, что на самом деле собеседник не уверен даже в своем умении сражаться,

не говоря уже о том, чтобы убивать. Врать – вовсе опасно, возьмет, и не пустит к лазу. И нет никакой уверенности, что удастся прорваться силой, неизвестно, что там у нее за ключ, может он не только открывает лаз для непролазников, но и способен заблокировать лаз так, что его никакой пролазник никакими мантрами не откроет. Михаил отбросил наигранность, стал говорить просто:

– Да я же не собираюсь в том мире селиться, только доберусь до следующего лаза и покину этот мир Ду. Проберусь потихоньку, дворами-огородами.

Рянц улыбнулась, подлила Михаилу вина. Задумчиво заговорила:

– У вас может получиться. Лаз выводит каждый раз в разные места, но всегда в безопасные, что в мире Ду означает – безлюдные. Я не знаю, к какому лазу вы пойдете потом, но ближайший будет расположен в сорока циклах пути, не меньше… скорее всего – больше.

Стали пересчитывать, сколько в цикле Рянц авиаторских переходов, у Михаила получилось, что расстояние между лазами будет с полтысячи километров. Далековато, но могло быть хуже.

– Правда, тот лаз расположен посреди пустыни, которая тоже хорошо умеет убивать, – продолжала Рянц. – И выводит он в мир, где опасность представляют не люди… там вообще нет людей, потому что есть невидимая смерть.

Услышав про невидимую смерть, Михаил напрягся. И так чувствовал себя как на экзамене, а тут еще и ужасы какие-то.

– Невидимая смерть – лучи, но человеческий глаз их не различает. Они проходят сквозь человеческую плоть, как обычный свет сквозь воду, и разрушают тело изнутри.

Тьху ты, она имеет ввиду обычную радиацию, жесткое излучение, в цефане есть соответственные слова. То ли привыкла рассказывать про радиацию людям малообразованным, которым умные слова неизвестны, то ли самой образованности не хватает.

– И насколько там высокий уровень радиации? – заинтересованно спросил Михаил. Заодно выяснит, знакомо ли Рянц слово «радиация».

Жанщина понимающе улыбнулась, ответила:

– Радиоактивные вещества в том мире рассеяны очень неравномерно, если есть возможность измерять уровень радиацию, можно найти безопасный путь. Впрочем, бродячему колдуну будет достаточно внимательно отнестись к своим предчувствиям.

Михаил почувствовал облегчение, это не укрылось от Рянц. Она с нажимом спросила:

– Почему вы хотите покинуть Обитаемое Пространство? Ведь этот мир великолепен!

– Ага, если бы здесь людей не было, – с сарказмом ответил Михаил. – То здесь эпоха закрытых общин, то голодные кольца, то мутные капли. Скоро еще что-нибудь придумают.

– Бродячего колдуна предчувствие предупредит о любой беде.

Здесь Михаил был готов спорить и в споре победить. Чутье ограничено, он об этом не только читал, он это на собственной нежной коже прочувствовал. Но Рянц добавила: