Час Самайна
Шрифт:
Еще забыла один интересный эпизод. Утром понесла письма в кружку, вдруг выходит N и тоже идет к вокзалу. Опустил письма, проходит мимо меня и не думает даже поклониться. Тоже сюрприз!
Петроград. 3 февраля 1916 года
Вот и праздники закончились. Уже больше месяца прошло, как я беседовала с моим дневником. И столько за это время накопилось всего! Теперь мне есть, что написать.
Начну описывать события, как говорят, в строго хронологическом порядке.
В
Лида не пришла, и я, надев коралловые бусы, отправилась в Церковь. Ее там не было. И тут случилось то, что заставило меня задуматься.
Впереди меня стоял один молодой человек. Он все оглядывался и, конечно, каждый раз не забывал взглянуть и на меня.
Меня это заинтересовало. Я внимательно рассмотрела его лицо. Большие синие глаза. Длинный острый нос с маленькой горбинкой. Тонкие губы. Бледные щеки. Одет он был крайне просто. Драповое пальто, из-под воротника которого выглядывал ворот черной сатиновой рубашки. я забыла сказать… В общем, его лицо очень походило на лицо N, но этот мне понравился гораздо больше. В выражении его проскальзывало что-то мефистофельское.
По одежде я решила, что он принадлежит к рабочим. «Наверное, заводской», — подумала я. И даже пожалела, что он заводской. «Артист» скорее подошло бы ему.
По окончании службы мы вместе вышли из церкви, и, к моему удивлению, он надел фуражку с зеленым околышем и значком торговой школы. У меня сразу отлегло от сердца. Все-таки он воспитанник учебного заведения, а не заводской. Я пошла к Лиде, а он остался кого-то ждать.
Прихожу на Крапивный. Дома один дядя Егор. Он сказал, что Лида с мамой и Галей поехали к Нюсе.
Я вернулась домой и отправилась к крестной маме. Пошла к трамваю. Стоят N и Т. О чем-то разговаривают. Я трамвая не дождалась, пошла пешком с Таниной прислугой и старушкой, которые оказались мне попутчицами.
На второй день утром пришла Лида. Я, конечно, принялась ее ругать, что она не исполнила своего обещания, и надела коралловые бусы. Лида порадовалась за меня. Каждый день мы ходили на вокзал с надеждой встретить того, кто нас так заинтересовал.
Накануне Нового года ходили в Народный дом, потом в церковь. Погода была ужасная, сильный мороз. Узнать имя «торгашика» не получилось.
Я пошла в церковь к Самсонию. Там встретила Лиду. Опять видела того «торгашика». Лида пошла к нам. Потом мы поехали на Васильевский остров. Были у Нюши. Потом пошли к Всеволоду Ильичу. Он всех нас отправил в кинематограф.
Петроград. Август 1916 года
Вот и лето проходит. И так оно незаметно пролетело! Да, есть о чем вспомнить… Столько было веселых деньков! С печалью я почти не зналась и так поправилась, что, пожалуй, петроградские удивятся, потому что ни в одно лето так не поправлялась. Начну воспоминания с самого моего приезда.
Приехала в Галич,
Пойду в поле прогуляться, и полезут в голову воспоминания о петроградской жизни. Наши прогулки на вокзал, к Самсонию, разочарование в «торгашике». Знакомство с Лялькой и прогулки с нею. Новые знакомства с помощью Ляльки: Коля, Галя, Ваня Румынов, Мартов из лицея дорожников.
Как я с Лялькой разошлась… Из-за чего? А просто так. Надоели друг другу. Она такой уж человек. Для нее нет ничего святого, над самыми чистыми чувствами смеется. Этот человек никогда не испытывал любви. Я сначала верила ей, доверяла свои сердечные тайны, а она все мерила на свой аршин и все, чего не следовало открывать, выдала. Да еще кому! Конечно, когда я ее раскусила, то почувствовала, что она не так и нужна, и сразу порвала с ней.
Вот в Алене я не обманулась. Она меня познакомила со своей сестрой, а та была знакома с тем, с кем я целых полгода мечтала познакомиться. И так далее… Встречи, свидания, и я не знала, где возьму силы, чтобы уехать из Петрограда. Но все-таки уехала и вернулась в деревню. И даже не хочется отсюда уезжать. Только теперь я поняла, что это была совсем не любовь, а просто мимолетное увлечение. Теперь я хладнокровно вспоминаю, как о самом обыкновенном знакомстве. А сначала так скучала! Ничто не было мило! И вот настал наш праздник и развеял всю мою тайну, всю мнимую любовь.
На праздник с Лидой пошли в Палкино гулять. Гулянка была недурная. Кавалеров набралось порядочно, были среди них и симпатичные. Особенно Сережа, такой милый мальчик. Там опять была Шура, галицкая портниха. Погуляли и пошли домой. Почти у самой деревни встретили Олю Опалевскую. Зазвала ее к себе. Подходим к дому и видим два велосипеда. Я сразу догадалась, что приехали галицкие кавалеры. Оля ушла очень скоро, а мы вчетвером — я, Лида и их двое — отправились к роднику. Всю дорогу, туда и обратно, было очень весело. Этот техник мне очень понравился. Он попросил сплести ему венок из васильков. Я сплела маленький веночек, и он сказал, что сохранит его на память. Вечером снова ходили гулять в Палкино. Все время были вдвоем. Так было хорошо, что не хотелось уходить домой.
Так прошел наш праздник, очень весело. Мне так понравились деревенские гулянки, что я стала ожидать случая, чтобы можно было опять погулять. Меня пригласили в Елганино на Петров день. И я стала ждать этого дня с нетерпением.
И вот Петров день настал. Но гулянье оказалось неважным, кавалеров было мало, и я осталась недовольна этим праздником. За мной ухаживал Алексей Флегонтыч, и мне очень хотелось узнать, что он за птица. С первого взгляда и первых слов он мне показался интересным, даже загадочным, потому что угадывал мои чувства.