Чтение онлайн

– Два месяца даем на раскрутку. Это святое – мы не беспредел.

Ну, святого я тут видел мало.

– И что я за это получаю?

– Крышу. Всех, кто подкатывает, посылай в дупу. Ставь на стол Алекса – мол, за меня Алекс впрягается. Ментам тоже от ворот поворот – никакая шобла с тебя брать права не имеет, у нас за всех проплачено, генералам с вот такими погонами. – Хохол показал на плечах, с какими именно. – Если хочешь иметь хорошие отношения с районными мусорами, можешь их там подогреть водярой, кофе или мешок гречки там дать. Дело твое, они, бывает, что и голодные, в натуре, если родственников много, а мент – он тоже человек. Но деньгами платить не вздумай, так ты и себе хуже сделаешь, и наш авторитет

уронишь. Если кто будет возбухать, скажи – один момент, и звони нам. У нас в разных районах города есть точки, на них бойцы в полной боевой. Разборная бригада подскочит минут за пятнадцать, это десять-пятнадцать бойцов, за час будет уже пятьдесят, а если серьезная стрелка намечается, мы и тысячу соберем, все со стволами. Так что крыша конкретная, тут правосеки такую не дадут.

– И всё?

– А чо тебе еще надо?

– Пробить кое-кого.

– Пробить? Ну, можно сказать, что если обычная шобла, пробьем без вопросов, это в цену входит. Но если про солидняков базар, тут расклады другие. Или за бабки, или можем вообще отказать. Ты, кстати, в блудняки не лезь, тут ДБК – фирма зубастая, америкосы сидят и пофиг еще кто. Можешь так влететь, что и мы не отмажем. Если, кстати, затримают [7] , тоже звони, у нас и юристы есть, и в судах подвязки, и в ментовке свои люди есть. Но опять-таки соображай. Если ствол на кармане, драка, пальба, когда не убили никого, вопросов нет, поможем. Но в тяжеляки [8] тебе лучше не лезть. Или, по крайней мере, с нами посоветуйся, прежде чем творить не пофиг что. Мы подскажем.

– ДБК – это что?

– Департамент безопасности края.

– Даже так. А как же СБУ?

Хохол ухмыльнулся.

– А ты думал, если в Киеве работал, так всё за жизнь знаешь? Ошибаешься. Тут такое творится, ни в х…, ни в болотину. Сепары тут почище, чем в Донецке и Луганске, только умные, гады. Они на Киев, что тогда, что сейчас, клали с прибором, но не в открытую. А так… их устраивала только та ситуация, когда в Киеве кто-то из своих. Нет – от винта. А когда каша эта заварилась… они на словах первые украинцы, а по факту – собственную армию организовали, собственную полицию, через голову с амерами договаривались с китайцами, с турками. Одесса вся под ними, Николаев под ними… у них даже в Крыму подвязки есть. В Москве тоже. Думаешь, просто так амеры сюда ушли?

Я не сразу понял, что вопрос не риторический.

– Нет, конечно.

– Во-во. Тут беспилотники летают… иногда видим их. «Вертушки» тоже американские. В общем… сам видел.

– Амеров тут много?

– А ты в «Париж» выберись или в «Шоколад» [9] субботним вечерком, да сам и глянь…

– А так они сидят где? В аэропорту?

– Нет. В Майском они сидят, там раньше аэроклуб был, на заводе, конечно. И в долгострое чего-то… колупаются… говорят.

Завод – это, конечно, «Южмаш». Было бы странно, если бы американцы не сели там. Да и сам завод хорошо подходит – изначально защищенная территория с пропускным режимом.

А долгострой – это, как я потом узнал, одна из визиток Днепропетровска. Шестнадцатиэтажная гостиница «Парус», построенная на самом берегу Днепра, ее строительство началось под занавес СССР, полностью

возвели коробку, но на пуск денег уже не хватило. И все то время, пока существовала Украина как независимое государство, четверть века, ни у кого не нашлось денег, чтобы закончить эту бетонную махину… зато нашлись деньги, чтобы нарисовать на ней самый большой герб Украины. Тьфу! Сравнить это можно было только с громадной гостиницей в центре северокорейской столицы, тоже недостроенной.

– Говорят, от русских террористов защищают…

…

– Так кого тебе надо пробить?

Я достал телефон, там у меня были записаны данные.

– Давай свой.

Скинул через блютус, Хохол посмотрел, скривился.

– Кто он?

– Бизнер. Знаешь что?

– Известная мразь. Он тебе бабки должен?

– Да.

– Много?

– Полтинник.

Ляпнул и сам пожалел, надо было тридцон сказать.

– Не тебе одному. Тут многие его ищут. Его, поди, и след простыл.

– А ты поищи…

– Долги – за тридцать процентов от суммы. В сложных случаях – пятьдесят.

– А этот случай какой?

– Этот сложный. Пока ты за этим шнырем угонишься, ноги до ж… сотрешь. Он много кого кинул.

Про себя подумал, что, если этого козла мне найдут, я с него реально пятьдесят стрясу.

– Добро. Только ты хорошо ищи.

– Само собой. У нас как в аптеке…

Я поднялся.

– Ну и добро.

– Э… насчет доли.

– А что – насчет доли?

– Двадцать пять?

Я покачал головой.

– Мужик, я тебе все объяснил.

Настала пора показать зубы.

– Мужики в промзоне норму перевыполняют. Ты сказал – тем, кто от деда Николы, скидка. Скидки не увидел.

Хохол какое-то время переваривал. Потом решил не связываться.

– И чо ты хочешь?

– Пятнадцать.

– Офигел.

– Твое слово?

– Двадцать.

– По рукам… – Я протянул руку. – Деловые у вас где селятся?

– Ну, на Титова попробуй, на Янгеля… – Хохлу явно не удавалось переварить метаморфозу. – А ты, кстати, кто? Из хозяйских? [10]

– Кто не был, тот будет, кто был, тот не забудет, – подмигнул я. – Такси тут поймать можно?

Квартиру мне удалось снять на Титова, довольно приличную – две комнаты, евроремонт (точнее-то, что понимается под этим словом в/на Украине), по крайней мере, стены утепленные и стекла пластик. Электрокотел и плюс еще местного производства, сварганенный на «Южмаше» котел, который мог работать на любом твердом топливе – от угля до поколотых чурочек. Не очень изгажено, по крайней мере, незаметно, чтобы тут сдавали строителям, или на ночь, или еще кому. По цене договорился за тридцать тысяч гривен в месяц. Коммуналка и свет отдельно…

Вечером, переодевшись – куртка «Геликон» с подшитым кевларовым подбоем и кармашками с полуторамиллиметровыми титановыми пластинами, – вышел в свет. На всякий случай налепил нейтральный жовто-блакитный прапор. По местным меркам это означало, что человек патриот, но без фанатизма. Фанатики носят черно-красный, это цвета «Правого сектора» и бандеровщины.

Город как город, можно сказать, в чем-то приличнее Киева, в Киеве, например, весь дешевый и средний общепит давно закрыт, кроме самого уж дешевого, с пирожками и варениками на вынос, потому что у киевлянина либо есть деньги на дорогой ресторан, либо нет ни на какой. То тут то там – стихийные рынки, сейчас закрытые, но всё потому, что ночь. Утром откроются снова. На улицах много машин, больше, чем в Киеве, полно иномарок. Правильно, тут дипкорпус, тут американские советники, тут кого только нет…