Чтение онлайн

Последние двадцать лет – американцы ни разу не вели настоящей войны. Разве что с Ираком – первая кампания, «Щит в пустыне», потом «Буря в пустыне». Да и много ли чести вести такую войну – международная коалиция против одной страны? А последняя настоящая война у США – была против Японии. Уроки ее, уроки Вьетнама, были благополучно забыты.

Никогда и нигде за последнее время американцам не приходилось сталкиваться с опытным, обстрелянным, хорошо вооруженным и имеющим значительный боевой опыт врагом, обладающим высокотехнологичным оружием. Нигде американцам

не приходилось сталкиваться с врагом, имеющим на вооружении ПЗРК в значительном количестве – это в СССР такие зенитные комплексы клали в каждый бронетранспортер. Нигде американцам не приходилось сталкиваться с противником, массово вооруженным выжигающим целые дома огнеметом «Шмель» и пробивающим современным боеприпасом броню любого танка НАТО гранатометом «СПГ-9». Нигде американцам не приходилось сталкиваться с противником, имеющим на вооружении автоматические гранатометы, тяжелые снайперские винтовки и стреляющие с сошек крупнокалиберные пулеметы. Все это – впервые произошло здесь. В Ростове.

Дело было в Ростове, дело кончилось плохо. Подходящая песенка, пусть и блатная.

Ракетчики, вооруженные ПЗРК, прятались на чердаках домов, где заранее были ослаблены крепления листов железа на крыше, на лестницах, ведущих на крышу, и даже под землей, в коллекторах, готовые в любой момент откинуть чугунную крышку люка. У каждого из них было по одной, у кого – по две ракетные установки, – больше не нужно, дай бог выпустить хотя бы одну. Они не занимались наблюдением – наблюдатели были на улицах, в квартирах, без оружия, у тех, кто был прикрыт – были ночные бинокли и тепловизоры, чтобы не прозевать вертолеты (или конвертопланы – никто не знал, что бросят в бой американцы). И только когда американцы подставились, когда два вертосамолета начали пробивать чеченским боевикам путь, буквально истребляя последних защитников объекта очередями «Миниганов» – вот тогда в эфире прозвучала единственная, отрывистая и страшная команда.

ОГОНЬ!

Сидевший на откидном, очень неудобном стуле американский пулеметчик, больше похожий на робота в своем защитном снаряжении – тяжелый бронежилет, шлем, забрало, защита шеи и подбородка – короткими очередями «Минигана» пытался подавить сопротивление последних остающихся в живых русских. Близко не подходили...

– Ракета! Внимание, ракета!

Черт...

У русских были ракеты. Проклятые без счета «РПГ-7», которые русские, китайцы и еще дьявол знает кто наделали без счета, готовясь к третьей мировой войне. Оружие настолько простое и дешевое, что его выпуск наладили даже в пещерах в долине Бекаа – всего-то труба, примитивный прицел и спусковой механизм. Но эта тварь хоть и неуправляемая – массированным залпом из нее можно завалить вертолет, если пилот потерял осторожность, завис, к примеру, на одном месте. Пилоты спасательной команды побывали в Афганистане – поэтому даже на единичную запущенную в их сторону ракету отреагировали очень нервно.

В сознании хэвиганнера мелькнула мысль, что что-то не так, он видел позиции русских и не видел вспышки, сопровождающей выстрел из РПГ. На всякий случай он развернул «Миниган», готовясь окатить позиции русских длинной очередью и сбить атаку – и тут эфир взорвался криком:

– Ракетная атака!

Вертолетчик сделал то, что в этой ситуации сделали бы девять вертолетчиков из десяти – дав двигателям максимальную мощность, он попытался уйти вверх и вправо. Он так и не понял, что ракета управляемая и что сейчас он только делает хуже – тепловая сигнатура двигателей

резко увеличилась. Вертолет прыгнул вверх, сбивая пулеметчику прицел – но ракета, которую готовили для того, чтобы сбивать ею не вертолеты, а реактивные самолеты противника – мгновенно довернула и лопнула взрывом, влетев почти что в сопло левого двигателя конвертоплана. И в один момент то, что шло до сих пор относительно хорошо – стало предельно хреново.

Вертосамолет тряхнуло и повело влево – так сильно, что пулеметчика едва не отбросило на правый борт, он не вылетел со своего места только потому, что удержался за турель. Запаса высоты для того, чтобы попытаться хоть что-то предпринять – не было совсем, вертолет начало разворачивать влево, правый борт с торчащим стволом пулемета задрался в небо.

– Я «Молот-три», поражены ракетой, терпим крушение, повторяю – терпим крушение! «Молот-три» совершает жесткую посадку в точке с координатами...

Скороговоркой выстреливая в эфир сигнал бедствия, первый пилот «Молота-три» делал все, чтобы спасти машину. Отключить поврежденный двигатель от питания, шунтировать его, чтобы не возник пожар. Второй двигатель на чрезвычайную мощность, попытаться перебросить крутящий момент на оба винта... не получается. Вертолет уже разворачивало, хвостовой пулеметчик бил и по своим, и по чужим, снайпера в самом начале отбросило назад и ударило о борт так, что он до сих пор пытался прийти в себя, по вертосамолету барабанили пули. Не уйти! Можно только попытаться совершить посадку, не угробить машину вместе со всей спасательной командой. Авиагоризонт словно обезумел, на приборной панели перемигивались красным индикаторы, показывая, что ситуация и впрямь чрезвычайная. Трассеры с земли полосовали воздух прямо перед кабиной, пули били по фюзеляжу машины.

– Десанту приготовиться к удару!

Земля стремительно приближалась.

– Сэр, чрезвычайная ситуация! «Молот-три» сообщает о ракетной атаке!

– Ракетная атака, – выкрикнул другой оператор, наблюдавший за ситуацией через камеры с беспилотников, – наблюдаю массированную ракетную атаку.

Контр-адмирал Бьюсак сначала не понял, о чем идет речь. У талибов были специальные антивертолетные группы, в которых было до двадцати гранатометчиков. Но максимум потерь от такой группы – один вертолет, они закладывали здесь потерю двух машин и, исходя из этого, рассчитывали количество потребных – чтобы спасти всех. Но тут началось такое, чего не происходило с американскими ВВС со времен Вьетнама.

– «Молот-три» – подбит! «Молот-четыре» – подбит! «Молот-один» не отвечает на запрос!

– Актуальное изображение вывести на большой экран, – крикнул старший из операторов.

На экране по умолчанию висела интерактивная карта местности, через секунду она замигала... и осталась на своем месте.

– Изображения нет!

– Нет контакта со «Жнецом-один»! Контакт утерян, изображения нет!

– Провести перекличку!

– Черт, что там происходит!? Выводите в район «Жнеца-два»!

– Дайте картинку со спутника, немедленно!

– Сэр, три сорок до сеанса!

– А мне плевать! Мне нужно изображение немедленно!

– «Молот-два» сообщает о ракетной атаке! Он поврежден, но держится в воздухе!

«Молоту-два» повезло – у ракеты, которая была предназначена ему – истек срок хранения.

– «Молот-два», срочно дайте картинку! Передайте нам изображение, у нас потеряно изображение! Что там у вас происходит?!

– Сэр, массированная ракетная атака со всех направлений! Это не РПГ, это управляемые ракеты, сэр!