Чтение онлайн

3) Гражданское право: Звездная компашка решила, что мистер Форрест, наш преподаватель гражданского права, выгодная партия — видимо, потому, что он сын сенатора из Вермонта [9] . Он пришел в Св. Софию после того, как поработал на неудачную предвыборную кампанию, и звездная компашка, кажется, подумала, что он — их билет к роскошной жизни в качестве жены сенатора. Даже Эми полностью сражена, хоть обычно она рациональна. Форрест хорош собой, но он верующий. Он работал в сфере политики, потому что у него есть настоящие убеждения, и он ни за что не станет поддаваться флирту звездной компашки, независимо от того, сколько М. К. строит ему глазки. (Серьезно. Ему вроде сорок.

4) Британская литература: Брит лит-ра наш первый урок после обеда, так что звездная компашка, наконец, окончательно проснулась. Кажется, Эми и Веронике понравилось читать «Джейн Эйр» [10] и «Гордость и предубеждение» [11] . Думаю, на них подействовала романтика. Мэри Кэтрин лишь ноет, что в книгах «никто на самом деле ничего не сделал». Она действительно безнадежна.

5) Химия: Это время сна звездной компашки. Не знаю, есть ли у них официально чередование, но, кажется, они поочередно дремлют на уроке. Однажды М. К. решила вздремнуть, пока Эми была на шухере, а потом настала очередь Вероники, и так далее. Если существует риск быть пойманными, то стоящая на стреме громко кашляет. Наш учитель химии, вероятно, думает, что мы наименее здоровая группа девушек Св. Софии, которую он когда-либо видел.

6) История Европы: Этот урок скучный для всех, но звездная компашка извлекает из него пользу. В это время они готовятся к очередному полному веселья дню в монастыре. Полируются ногти. Подбираются украшения и туфли к наряду следующего дня. В более увлекательные дни М. К. устраивает вечернюю встречу с парнем, который, скорее всего, слишком для нее стар.

Каким-то образом, хоть они и редко проявляют внимание на занятиях, им все же удается получать довольно неплохие оценки. Либо они безумно умные — и очень хорошо это скрывают — либо заключили какую-то сделку с учителями. Или, может быть, они просто все списывают друг у друга.

«Наверное, так и есть».

Сегодня история искусств была довольно типична.

М. К. сидела, подперев подбородок рукой, выглядя скучающей и полусонной. Эми неистово строчила записи, пока мистер Холлис, наш учитель, рассказывал об эпохе Возрождения [12] . Каждые несколько секунд она делала глоток из бумажного стаканчика, в котором, как я предположила, был очень крепкий кофе, потому что с каждым глотком ее рука записывала все быстрее.

Вероника, девушка, которая настолько очаровала вампира, что тот вломился в Св. Софию лишь для того, чтобы посмотреть на нее, смотрела в пространство. Полагаю, каждому свое.

Когда после урока зазвонили монастрыские колокола, мы взяли книги и направились к своим шкафчикам. Поскольку Св. София — пижонская частная школа, у студенток младших и последних курсов имеются блестящие деревянные шкафчики в отдельном пролете за пределами классных комнат. Мой расположен прямо под шкафчиком Скаут, мое имя выгравировано на маленькой металлической пластинке снаружи.

Вероника и М. К. стояли в нескольких шкафчиках от нас. Они обе сегодня надели много украшений. На их шеях блестящим переплетением были надеты желтые ожерелья. Если это считается высокой модой, то я не хочу быть частью этого.

М. К. вернулась к своему шкафчику, а Вероника доставала книги из своего.

Подумав о Нику, я навострила уши, пока доставала нужные мне книги.

— Я думала, ты хочешь пойти на Тайный праздник с Кридом, — сказала ей М. К. — Ты на протяжении двух недель постоянно о нем говорила.

Джон Крид — друг Джейсона и парень, в которого была влюблена Вероника — по крайней мере, до тех пор, пока не повстречала Нику.

— Говорила, — произнесла Вероника, пожав плечами. Она замолчала, все еще держа руку в шкафике, и посмотрела на Мэри Кэтрин. — Просто сейчас я его не воспринимаю.

— Хм, почему? Он богат, горяч и богат. И фантастически целуется.

Фу. Оказалось, пока Вероника сокрушалась по Криду, М. К. к нему клеилась. (Знаю. Она просто неподражаема). Она выглядела настолько обиженной — и преданной — какой чувствовала себя я.

— Он не в моем вкусе, — сухим тоном ответила Вероника. Мне пришлось с ней согласиться. Любой, кто будет целоваться с Мэри Кэтрин, тоже окажется не в моем вкусе.

— Он был в твоем вкусе две недели назад, — упорно продолжала М. К. — Ты была совершенно от него без ума.

Мой желудок нервно сжался, пока я ждала ее ответа — и я была уверена, что знаю, что изменилось. Да, я вроде как согласилась позволить Нику встретиться с Вероникой. Но если она уже настолько очарована, что ее не волнует Крид, то дальше последует настоящий фейерверк. Этот фейерверк, скорее всего, превратиться для меня в драму.

— Не знаю, — повторила Вероника, на этот раз ее голос прозвучал более сердито. Взяв книги в руку, она захлопнула свой шкафчик. — Я больше не хочу об этом говорить.

Она пошла в мою сторону, и я перевела взгляд обратно на свой шкафчик, но недостаточно быстро. Она заметила, как я пялюсь, и посмотрела на меня.

— Вчера ты нагло прервала Лисбет и Чарли. Я слышала, что именно ты позвала Фоули и фактически напала на Чарли. Ты что, какая-то ненормальная?

— И ты была с этой чудачкой Барнаби, — вставила М. К., словно это преступление.

«История Лисбет состоит в том, что мы специально прервали их целовашки? Вот это благодарность».

— Я никого не прерывала, — ответила я, — и ничего не говорила Фоули. Лисбет может делать все, что ей вздумается. Мы всего лишь возвращались в мою комнату.

— Лгунья, — злобно проговорила М. К.

Я с сомнением окинула их взглядом.

— Вы в последнее время в зеркало смотрелись? Вы выглядите так, как будто ювелирный магазин вытошнило на вашу форму. Так вот, это извращение какое-то. Идите в класс.