Чтение онлайн

– Императрица, – поклонился он.

Вивиан улыбнулась, остро ощутив усталость и туман амнезии, скрывающий недавние воспоминания.

– К чему церемонии, старый друг? Или мы тут не одни?

– Мы одни, – он улыбнулся в ответ, показав идеально белые зубы, и пристально посмотрел ей в лицо. – Как ты, Вивиан?

– Мне тяжелее, когда я останавливаюсь, – она пожала плечами, её разум и взгляд скользили по нимбу текста. – Я могу уделить тебе всего несколько минут. Потом надо возвращаться, чтобы создать несколько запасных текстов перед

сном, – она перевела взгляд на Акомму. – Как я выгляжу?

– На удивление хорошо, учитывая подвиг, который ты пытаешься совершить, или… я бы сказал, совершаешь. Ну, может, потеряла фунт или два, чего делать не стоило. Приказать слугам приносить тебе по ночам дополнительную порцию десерта?

– Спасибо, но я не в состоянии доесть даже того, что они уже приносят. Неважный аппетит, – она с улыбкой потянулась, чувствуя боль в спине. – Итак, чем обязана счастью вновь видеть тебя? Главная ветвь заклинания выполняет своё предназначение? Или… – в голову ей пришла неожиданная мысль. – Или настала пора остановиться? – Вивиан ощутила тревогу, подумав о такой возможности.

– Пока рановато, – с поклоном ответил Лотанну. – Я побеспокоил тебя потому, что прибыло донесение из Шандралу. Наш информатор подтверждает, что Леандра Марка вернулась с богозаклинанием, которое увеличивает её познавательные способности. Информатор предполагает, что текст она приобрела у контрабандиста, – он многозначительно улыбнулся.

В голове Вивиан запульсировала тупая боль, грозящая перерасти в настоящую мигрень. Попытки что-либо вспоминать больно ранили.

– Извини, Лотанну, я знаю, мы хотели пресечь подобную контрабанду, но не помню, что… Разве мы не решили, что её самостоятельность отвечает нашим интересам?

– Совершенно верно. Такой оборот дела одновременно ожидаем и благоприятен. Однако есть и кое-что непредвиденное. Кажется, Леандра способна изменять богозаклинание таким образом, чтобы на краткое время получать более сильное пророчество.

– Какие-нибудь неприятные последствия?

– Непохоже. И всё же имеется вероятность, что она сделается слишком могущественной для нас, и мы не сможем её удержать. Мы уже обсуждали необходимость её устранения, но я не предполагал, что этот момент наступит в то время, когда ты будешь писать главную ветвь заклинания.

– А-а-а, – протянула Вивиан, припоминая обрывки того разговора, – ты беспокоишься, что может потребоваться в ближайшие несколько дней её убить, и хочешь, чтобы я дала тебе разрешение.

– Она ведь твоя родственница.

– Да. При прочих равных условиях, которых, кстати, никогда не бывает, я предпочла бы, чтобы Леандра оставалась в безопасности. Но поскольку мир таков, каков он есть, я даю тебе дозволение использовать в случае необходимости силу, которую ты сочтёшь достаточной, – она помолчала. – Однако, друг мой, не находишь ли ты, что если она обладает столь мощным пророчеством, убить её будет затруднительно?

– Я что-нибудь придумаю.

– Ты пробудил меня от грёз,

чтобы похвастаться своей сообразительностью?

Он развёл руками в комическом жесте, выражающем бессилие перед собственной гениальностью.

– Богозаклинание позволяет Леандре чувствовать эмоции своих будущих «я». Мне удалось завладеть контрзаклятием, принадлежавшим всё той же разобранной на части богине. Оно не позволит Леандре ощущать эмоции своих «я», непосредственно затронутых заклинателем.

– Ты заблаговременно подготовил субтекст, не дающий Леандре почувствовать сотворённое тобой будущее? – поинтересовалась Вивиан.

– Это ослабит её. Со временем она привыкнет доверять богозаклинанию, а следовательно, станет уязвимой для любого агента, которого я наделю контрзаклятием.

– Будем надеяться, что нам этого не понадобится.

– Разумеется.

– Ещё что-нибудь?

– Ничего, императрица.

Она взглянула на текстовый нимб, чувствуя изнеможение и ликование от перспективы вернуться в заклинание.

– Прежде чем я тебя покину… – она перевела взгляд на Лотанну. – Как обстоят дела? Ну, вообще.

– Могу рассказать и конкретно.

Она покачала головой.

– Попытки вспомнить текущие обстоятельства приводят к потере связи с главной ветвью заклинания. Расскажи лучше в общем.

Лотанну кивнул.

– В общем у нас всё хорошо.

– Никодимус ничего не подозревает?

– Нет, насколько мне известно. Никто, кроме наших агентов на Иксосе, не знает, что грядёт.

– Хорошо, – она взялась за нимб. – Даже очень хорошо, – Вивиан надвинула завесу золотых предложений. – А теперь оставь меня, друг мой.

Императрица начала редактировать строку за строкой. Вновь и вновь она накладывала главную ветвь заклинания, чья изощрённая сложность была такой же холодной и прекрасной, как сам мир.

Вскоре Вивиан, заключённая в пространстве своего заклинания, обнаружила, что бесконечность находится на расстоянии всего одного предложения, и вся эта бесконечность умещается в один час.

Леандру не переставала удивлять глупость мужчин. Не то чтобы она сама никогда не делала глупостей или не сожалела о содеянном. Сожалела, иногда ещё как сожалела. Но на месте мужчин она никогда не стала бы угрожать женщине, находящейся под защитой двоих богов.

Даже если бы она не признала в них богов – в данном случае – Холокаи и Дрюна, – она обошла бы стороной человека, размахивающего веслом, утыканным акульими зубами, и находящегося в компании четырёхрукого атлета.

Впрочем, неважно, как бы она смотрела на все это: в любом случае, для того, кто замыслил зло, две пары мускулистых рук являлись веской причиной – пожалуй, даже четырьмя вескими причинами, в зависимости от того, как на это посмотреть, – чтобы удрать со всех ног.

Вот почему Леандра очень удивилась, когда нищий кинулся на неё с ножом.