Чародейка
Шрифт:
— Глупости, — возразила ведьмочка, а у самой глаза заблестели, как у довольного ребёнка. — А зачем он тебе? Что-то случилось? — Девушка сбросила с себя дымку мечтательности, оценила мой перепачканный спортивный костюм и с серьёзным видом отложила лопатку в сторону. — Ты же только вернулась с отработки Брэма Дарвелса. Рассказывай.
Клянусь, я не хотела ничего говорить, но, по всей видимости, хранить в себе столько всего было уже выше моих сил. Мы расселись на лавочку с мягкими подушками у окна, между двух толстых деревьев, срастающихся в арку,
Кажется, Грейвз хотела что-то спросить про нашего временного преподавателя, но передумала и заговорила о другом:
— Я знаю не много о скитальцах. Лишь общие факты. Обычно они держатся группами, сама понимаешь, в реалиях пустынных земель сложно выжить в одиночку. По твоему рассказу не похоже, что она там недавно. Следовательно, если эта дамочка не побоялась появиться одна, то она немыслимо сильна, либо её союзники находились поблизости.
Я прижалась лбом к прохладному стеклу, наблюдая, как сумерки мягко опускаются на внутренний дворик академии. Скиталица была и впрямь сильна. С такой магической мощью если уж не уничтожить монстров, то хотя бы добраться до защитных чар пограничья не должно составить труда.
Надеюсь, у неё это получилось.
Я шумно выдохнула — на стекле образовалось небольшое матовое пятнышко и почти сразу же исчезло.
— Знаешь, я люблю сюда приходить по вечерам, когда никого нет, — призналась Грейвз, поднимаясь на ноги. — Чувствую себя среди растений, как дома. А уход за ними помогает избавиться от ненужных мыслей. Давно хотела пересадить сансевиерию. Разрослась так, что самой мне не справиться. Поможешь?
— Да, давай, — я сдержанно улыбнулась, испытывая благодарность за уловку подруги. Порой, когда не можешь изменить что-то важное, полезно сделать хотя бы то, что тебе под силу. Даже если это такой пустяк, как высадка цветка в новый горшок.
Помогая Грейвз, я не переставала думать о скиталице, но градус эмоций больше не был критически высоким. Рассуждать на холодную голову было куда проще. Я видела жительницу Диких земель в деле. С такими боевыми и магическими навыками у неё есть все шансы выйти из заварушки без потерь. Признавать, что в суждениях Брэма Дарвелса и Шейна есть крупица здравого смысла, было неприятно.
«Но они всё равно поросята!» — именно с таким умозаключением я покинула оранжерею. Провозились мы с Грейвз до самого отбоя.
Лишь сбросив с себя перепачканный костюм и забравшись под горячие струи душа я вспомнила, что так и не забрала новую форму у Вигельмы Лавгуд. Ну и ладно. Впереди всё равно выходной.
«И день Серебряной Луны», — напомнил внутренний голос. От приятного волнения под рёбрами защекотало лёгким пёрышком.
Когда я вышла из ванной комнаты, Беллс уже спала. Я забралась под мягкое пушистое одеяло — усталость брала верх — и отдалась во власть Морфея.
Этой ночью бог сновидений не скупился со мной
Я, будучи восьмилетней девочкой, в очередной раз пробралась в кабинет отца. Деревянная резная шкатулка — цель моей вылазки, находилась на самой верхней полке книжного шкафа. Чтобы добраться до неё, пришлось тащить дубовый стул от письменного стола до самого стеллажа — хоть он и был неподъёмно-тяжёлым. Взобравшись на импровизированную башенку, я в предвкушении сжала деревянную коробочку в руках. От получения желанного предмета меня отделяло всего одно движение. Только открой крышечку — и вот он у тебя.
Когда я уже собиралась это сделать, дверь распахнулась и в комнату вошёл Виктор.
— Кассандра! Я же запретил тебе трогать мамины вещи! — разозлился отец, подлетая ко мне. После чего выхватил шкатулку и быстро проверил, на месте ли хранившееся в ней сокровище. Медовый кристалл засверкал в лучах солнца. Вот только небесное светило сияло не из окна, а из двери. А точнее: исходило от появившейся там русоволосой женщины.
— Виктор, не ругай нашу девочку, — тепло улыбнулась мама. — Я разрешила ей поиграть с кристаллом.
Настойчивый стук в спальню вынудил открыть глаза. Разглядывая куполообразный потолок со звёздами я не сразу сообразила где нахожусь. Мозг всё ещё обрабатывал пережитое видение.
Интересная вещь — человеческое подсознание. Какую же причудливую форму может принять сновидение, смешав накопленные за день впечатления и старые воспоминания.
Стук повторился, и я наконец подскочила с кровати. Накинула на себя шёлковый халат, завязывая пояс на талии потуже, и пошла открывать напористому гостю. Кто бы из преподавателей это ни был — сверкать пижамой с забавными медвежатами я не горела желанием.
Провернула ручку двери, да так и обомлела. Такого посетителя я точно не ожидала увидеть у себя на пороге. Причём тот так же оказался сбит с толку, удивлённо хлопая своими длинными ресницами.
— Что ты тут делаешь? — охнула я. — Студентам нельзя заходить в это крыло. — Я втащила Бьёрна в комнату, после чего выглянула в коридор и, убедившись, что его никто не заметил, закрыла дверь.
— Грейвз за завтраком рассказала, что ты вчера отбывала наказание на рубеже с Пустошью. Прошла уже половина обеденного времени, а ты так и не появилась в столовой. Мы начали волноваться.
— Как обеденного? — Я в растерянности обернулась на часы и ужаснулась: полдень был в разгаре.
— Ты что, спала всё это время? — Волчонок так посмотрел на меня, что мне аж стыдно стало, что я провалялась полдня в кровати, а не ввязалась в какую-нибудь потасовку. Думала даже придумать какое-то оправдание, но смятая простынь и мой вид говорили сами за себя. А потом настала очередь Бьёрна смущаться. Когда тот понял, что зря навёл панику и вторгся на преподавательский этаж.
— В столовой ещё осталась еда? — уточнила, виновато улыбнувшись и, чтобы не засмеяться от забавности сложившейся ситуации, отправилась заправлять кровать. Вот же паникёры.