Чародейка
Шрифт:
— Кэсс, ты не должна показывать свои силы на публике. — Нейтон опасливо осмотрелся по сторонам, но все были заняты своими делами, не обращая на нас никакого внимания. — Чем меньше людей знают об этом, тем лучше. Давай пройдёмся, — сообразив, что у меня назревает куча вопросов, маг кивнул в сторону дорожки к замку.
Бросив остальным, что скоро вернёмся, мы покинули стадион. Я старалась не отставать, но Нейт был настолько взбудоражен, что даже хромота на правую ногу не помешала ему двигаться, как какой-то скороход. Его реакция до одури пугала и настораживала.
— Ты правда не знала, что чародейка? — Старшекурсник остановился лишь когда мы прошли полпути и
— Правда. Мне до сих пор верится в это с трудом.
— Охохо, — вздохнул маг, озадаченно растирая щёки ладонями. — Даже не знаю, с чего начать. Никогда не задумывалась, почему чародеев не видели уже много лет? — Он испытующе уставился на меня, но поняв, что толковых предположений не услышит, уселся на гранитное подножие монумента, возле которого мы стояли, и, сосредоточенно помассировав переносицу, заговорил: — Мой отец работает в следственном отделе, и я хочу пойти по его стопам, когда окончу академию. Поэтому иногда он делится со мной некоторыми деталями. Так вот, отец более пятнадцати лет расследовал убийства и пропажу чародеев по всему Мальфгарду, пока дело не свернули по чьей-то указке сверху. Но папе всё же удалось выяснить причину происходящего.
Нейт замолчал, ожидая, пока светловолосая девушка, возвращавшаяся со стадиона, пройдёт мимо. А я, чтобы не стоять в проходе, взобралась к магу на постамент и опёрлась спиной о прохладную статую, напоминающую серафима.
— Чародеев использовали в ритуалах магии крови, — продолжил парень, когда случайная прохожая удалилась на безопасное расстояние. Я нервно заёрзала на месте. Где-то под сердцем зарождалось предчувствие чего-то нехорошего. Опять всплывают кровавые обряды. Что же этим ведьмам неймётся с жертвоприношениями. — Из-за особенного магического фона чародеи идеально подходят для передачи магической и жизненной силы ведьме. Более того, одного чародея может хватить на весь ковен. Разумеется, подобные ритуалы караются законом, но в погоне за силой некоторые кланы забывают об этом. Я тебя напугал? Ты побледнела.
— Всё нормально, продолжай, — я мотнула головой, чувствуя, как температура тела понижается, словно желая достигнуть того же градуса, что у гранитного изваяния за моей спиной. Пазл в моей голове начинал складываться. Вот от чего отец пытался уберечь меня все эти годы, уехав из Мальфгарда. Но что же вынудило его ввести такие радикальные коррективы в свои планы сейчас?
— Родиться чародеем и без того большая редкость, как и мальфаром. А тут на них ещё устроили тайную охоту. Не мудрено, что они попытались залечь на дно. Скорее всего, те, кто стоят за этими зверствами, используют сильную реликвию или артефакт, отслеживающий магический фон чародеев. Именно поэтому, Кэсс, ты должна практиковать исключительно магию природы. Никаких заклинаний и формул, понимаешь? Мы думаем, что в таком случае чародея маловероятно рассекретить.
— Боюсь, что тут ты опоздал. — Я уставилась в одну точку, размышляя, не послужили ли мои эксперименты с кристаллом перемещения поводом для моего обнаружения. Вполне вероятно, что я сама же стала источником своих бед.
— Ты о чём? — Нейт повернулся вполоборота ко мне; на его лице появилось выражение крайнего опасения. И я поняла, насколько правильно мы выбрали лидера команды. Маг готов был оберегать своих ребят даже вне турнира. Это подкупало, да и знал он больше остальных, поэтому я поведала ему о причинах своего появления в этом прекрасном заведении. —
— Было бы здорово. — Хотелось верить, что мистер Тёрнер хоть немного схож со своими детьми и что действительно сможет посодействовать. Но перед встречей с ним не помешает обсудить всё с собственным отцом. Я прикрыла на секунду глаза, собираясь с мыслями. — Нейт, у меня будет ещё одна просьба. Я бы хотела освоить ваши чары, но обратиться к преподавателям по понятным причинам не получится. Возможно, ты согласишься обучать меня?
Нейт не отказал. Раз злоумышленники и без того знали, что я чародейка, смысла ограничивать магические способности не было. Единственное, о чём мы условились, — никто из команды не должен знать о наших уроках и том, кто я такая. Для их же безопасности.
На полигон я больше не вернулась, сославшись на плохое самочувствие. Нейт дураком не был и прекрасно понял, что потребуется время на переваривание вываленной на меня информации. Но для остальных легенду решили сохранить.
Ночи, разумеется, не хватило, чтобы всё осмыслить, принять и продумать дальнейшие действия. А на следующий день всё пошло наперекосяк с самого утра. Вместо привычного гула башенного часового механизма или заботливо окликающей Беллс меня разбудил механический голос, проносящийся по всему замку:
«Кассандра Блэквуд, зайдите в кабинет декана», — явно не в первый раз повторял он.
Я вскочила, запуталась в одеяле и за малым не распласталась на полу. Привлечённая шумом, рыжеволосая ведьма сонно приоткрыла глаз.
— Мне не приснилось? Тебя взаправду вызывают к декану? — После моего утвердительного кивка девушка приподнялась на локтях и посмотрела в окно, где солнце только начинало лениво расправлять лучи. — В такую рань? Что ты опять натворила?
— Если бы я только знала, — ответила, прыгая на одной ноге, пытаясь быстро обуть туфли. Нет, само собой у меня было несколько вариантов. Например, что одну ведьму-чародейку с феноменальным талантом находить приключения на свою пятую точку всё-таки вычислили и теперь исключат за проникновение в тоннели и порчу артефакта.
— Может, снова твой отец приехал. Потом расскажешь. — Беллс протяжно зевнула и, натянув одеяло до самого носа, перевернулась на другой бок. Я же наспех застегнула пуговицы на блузке и, больно зацепив плечом косяк, выскочила за дверь. Приезд Виктора был бы сейчас как нельзя кстати, но в свою удачу с некоторых пор я перестала верить.
Чутьё подсказывало, что тут что-то другое. Если Олафу Копельштафу стало известно о моём пособничестве вампиру или причастности к взломанной охранной системе — одним предупреждением точно не отделаюсь. Как бы вообще не загреметь в другое хорошо охраняемое место с решётками на окнах.
Я провела рукой по груди, разглаживая складки рубашки, и несмело постучалась в кабинет декана. Услышав разрешение войти, надавила на ручку, да так и замерла в проходе. Напротив профессорского стола стояло два кресла, в одном из которых восседал Шейн. Сердце застряло где-то в горле. Всё. Нас точно раскрыли.
Мальфар даже не шелохнулся и не удосужил взглядом, когда на ватных ногах я прошла в комнату. Так и остался сидеть неподвижно с таким выражением, словно позирует для портрета. Это придало надежды, что не всё так плохо. Возможно, в противном случае он попытался как-нибудь предупредить меня.