Чародей
Шрифт:
Я решил еще немного подшутить, да и потренироваться, чего уж греха таить. Вот такие многослойные, многофакторные тренировки, что ни говори, хорошо развивают магические способности. Да и просто мозг. Поэтому губы водной женщины зашевелились и раздался женский голос.
— Как вы посмели, смертные, беспокоить меня? — Надо ли говорить, что в этот момент я полностью разогнал свои сознания — моей производительности явно не хватало на такую динамику.
Боркус схватил свою секиру и прикрылся ею, будто это может спасти от смерти. Кирин незаметно для себя поудобней перехватил нож. Лишь Дорникус, щурясь, поглядывал то на женское лицо, то на меня, поведением доказывая свое право называться командиром.
Тем временем лицо остановилось напротив Дорникуса и приказало:
— Отдай
Кирин с Боркусом под стрессом впечатлений явно забыли откуда взялось это чудо и одновременно посмотрели на командира. А Боркус сказал:
— Да отдай ты ей, что она просит!
— А что она просит? — Дорникус посмотрел на бородача, а потом на меня. Я ухмыльнулся и пожал плечами, мол не знаю.
— Отдай! Или я сама заберу!
— Да забирай, мне не жалко. — Пожал плечами Дорникус.
Сразу после его слов лицо раскрыло рот и из него вытянулся длинный язык, который коснулся груди мужчины и тут же втянулся обратно, забрав впитавшуюся в его одежду воду из кружки. Дорникус пощупал грудь и убедился в ее сухости. Затем усмехнулся и искоса глянул на меня.
Тем временем шея с головой стала удаляться, как бы пятясь задом. Но уже на границе освещенного круга остановилась, напоследок погрозив:
— Смотрите мне! — И окончательно удалилась. Загнать обратно под землю воду оказалось ничуть не легче, чем достать ее оттуда. Тем не менее, это случилось и снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием костра.
— Ладно. — Я встал и потянулся. Затем развеял под задницей невидимое кресло-лежанку и повернулся к дому. — Укладывайтесь спать. Ночные вахты можно не нести — незамеченным к нам никто не подберется. Утро вечера мудренее — завтра решим, что делать дальше. Поедем, если Карина очнется, или останемся тут в противном случае. Спокойной вам ночи. — И я отправился в свой домик, по дороге прикидывая, а как поведет себя кровь человека, если внедрить в нее это плетение управления водой…
Блин, как же все-таки хреново! — тоска в очередной раз попыталась прогрызть во мне дырку. Я пока не стал сопротивляться, а лишь поудобней улегся, обнял спящую Карину и затих. Казалось бы первый и сразу успешный опыт работы с водой должен был меня воодушевить, но я почему-то чувствовал ущербность произошедшего. Раньше все процессы раскладывались по полочкам Умником, он всегда мог найти правильные слова для меня-неуча, чтобы объяснить происходившее. Сам-то я в физике, химии не бум-бум. Так, вершков нахватался, кое-что из школы помню. Но как там учат-то? Вернее, не так вопрос поставлен. Если тебе интересно — выучишься с практически любым уровнем образования, в конце концов сам найдешь нужную информацию. Если нет — то и у гения-преподавателя останешься тупым как пробка. Вот и я… В математике, конечно, кое-что помню, в моей профессии без этого никак, тем более, что институт за плечами, но в целом… А в целом фигня выходит. Нет цельной картины мира. А новый мир с его магическими законами вообще навел в голове бардак. Вот, разобрался, как управлять водой. А толку? Вдруг там есть какие-то ограничения уже на физическом уровне, про которые узнаешь только тогда, когда будет поздно? Нетушки! Надо, надо уже серьезней браться за дело! Слава богу… хм… ну пусть, будет слава тому творцу, что приложил руку к созданию моего мира. Да… Вот слава ему, что ни чудеса, творимые Кариной, ни лечение Боркуса, не привлекли внимания богов. И если с первым еще можно было более-менее согласиться, то вот со вторым… Кажется, что они должны мониторить любые странные возмущения в инфосети, но тут не отреагировали. Почему? Может, слишком мелко для них? Или они так и не поняли с кем или чем имеют дело? Но тогда мне это только на руку. Разумеется, если это не игра и не ловушка. Но в любом случае, надо найти способ не бояться во всех смыслах местных богов, а то у меня из-за них явно теряются некоторые возможности. В частности по элементалям и полноценному оперированию инфосетью. Надо добрать до инфосервака — есть у меня надежда, что там можно добыть полезную информацию. Но серваком я займусь после того,
Слегка успокоенный, я оглядел состояние сигнальной сети — никого поблизости не было, если не считать мелких животных. Наши вынужденные сопровожденцы уже дрыхли вовсю, положившись на мои слова, что все спокойно. На всякий случай по внешнему контуру сигналки я повесил генератор инфразвука, направленного наружу периметра, так, чтобы нарушителей шугало, а если кто-то приблизится до расстояния километра — я проснусь. Полежав еще немного, я спокойно погрузился в сон.
Кордос
Шойнц Индергор Виртхорт не спеша шел по коридору главного здания Палаты Защиты Империи в городе Беллус и с любопытством рассматривал стены, на которых тут и там попадались интересные и не очень картины, резьба по дереву, на подставках часто располагались каменные вазы и другие произведения искусства. Хоть времени до встречи оставалось совсем ничего, он был уверен, что придет точно в срок. Пунктуальность — одна из его черт характера, и он ею гордился, ибо это — точный расчет и планирование своего времени. А в их необходимости для руководителя или командира никто сомневаться не станет.
Зачем его вызвали именно сюда, он догадывался. Простая логическая цепочка: провал операции по поимке беглеца, долгие разбирательства, отдых в столице, мелкие поручения, а потом вдруг снова Беллус, а значит и Оробос. Но думать об этом он пока не считал нужным. Лучше подождать… Очень скоро он все узнает.
Его уже ждали. Стоило ему войти в приемную, как секретарь — молодая девушка и довольно симпатичная, тут же проявила ненужную вежливость, встав при его появлении. Впрочем, как оказалось, это была простая вежливость по отношению к аристократу, а не лично к нему, что доказал ее вопрос.
— Ллэр? — Мелодичным и красивым голосом пропела она.
— Шойнц. — Он вежливо опустил голову. — Шойнц Индергор Виртхорт собственной персоной.
— Вас уже ждут. — Девушка подошла к двери, ведущей в кабинет, и приоткрыла ее перед посетителем, пропуская его.
За столом кабинета сидел старик. Белая борода аккуратно расчесана, морщинки на лице при виде посетителя придали ему весьма приветливое выражение.
— Шойнц! Мальчик мой! Как давно я тебя не видел! — Старичок бодренько выскочил из-за стола и мелкосеменящими шагами подошел к замершему у входа мужчины.
— Я тоже рад вас видеть, ллэр Рагарос. — Шойнц вежливо наклонил голову.
— Ах! Все такой же невозмутимый, непробиваемый и неприветливый! — Старичок взял Шойнца за руки и повернул к окну. — Дай-ка я на тебя посмотрю. Да… Возмужал, возмужал… Ничего не скажешь. Совсем красивый мужчина стал! Прямо как отец!
Шойнц обозначил улыбку.
— Право слово, будто это не вы сидели в комиссии по разбирательству! Неужто не признали меня тогда? — Мужчина иронично выгнул бровь.
— Ах, оставь эти инсинуации! — Старичок всплеснул руками и пошутил: — Это все происки врагов! Ладно, ладно, проходи, устраивайся поудобней. — Рагарос перестал улыбаться и просеменил обратно к своему месту. С облегчением усевшись, он сложил руки домиком, положил на них подбородок и не мигая стал смотреть на посетителя.
Шойнц уселся на стул, слегка прищурился от света, бьющего из-за спины старика прямо в глаза, сложил руки на коленях и замер, не отводя взгляда от хозяина кабинета. Поиграв немного в гляделки, Рагарос вздохнул:
— Догадываешься, почему я тебя вызвал?
— Примерно. Но не собираюсь гадать, хочу знать точно.
— Да, да… — Покивал старик. — Но сначала утоли мое старческое любопытство… Скажи, как так получилось, что во время захвата нашего беглеца никто не пострадал? Ведь там силы бушевали — ого-го какие!