Чародей
Шрифт:
— Аксис? В чем дело? — спросил Огден, заметив, что все напряжены.
Аксис коротко рассказал блюстителям о возвращении Звездного Волка.
— Звездный Волк! — воскликнул Веремунд. — Но, Аксис, отчего ты так уверен?
Аксис рассказал, что статуя Звездного Волка в зале Звездных Врат оказалась иллюзией. И Перевозчик (настоящего его имени Аксис не сообщил) понял, что Звездный Волк вернулся к живым. Помолчал, оглядел собеседников и сказал:
— По-моему, вам давно пора объяснить мне, отчего вы так боитесь Звездного Волка. Мне нужно знать, зачем он вернулся.
— Мне тошно об этом рассказывать, —
Веремунд согласился.
— История Звездного Волка произошла в незапамятные времена, Аксис, четыре тысячи лет назад. Звездный Волк был могущественным икарийским чародеем. Он унаследовал трон Тенсендора, когда ему исполнился всего девяносто один год.
— Разговоров об этом много ходило, — вмешался Огден. — Шутка ли, в таком юном возрасте стать верховным правителем. Тем более что отец его был в расцвете сил, всего-то двести лет тогда ему было. Он прожил бы еще несколько сотен лет. Но…
— В один прекрасный день упал с неба, — закончила за него фразу Утренняя Звезда. — И никто не признался в том, что выпустил ему в грудь стрелу.
— Убийство или несчастный случай? — задумчиво произнес Веремунд. — Кто знает? У Звездного Волка было алиби: в то время он был на собрании с несколькими командирами стай. И, тем не менее, все почему-то верили, что если сам он и не был исполнителем, то наверняка спланировал убийство собственного отца.
— Он хотел сесть на трон. Очень хотел, — сказал Джек, повернувшись к Уркхартским горам, чтобы никто не видел его лица.
Да. Трон ему был нужен позарез, Джек. — Веремунду явно не нравилось, что его все время перерывают. — С младенческого возраста его волновала тайна Звездных Врат. В то время Врата были куда доступнее, чем сейчас, хотя только правителю и его наследнику можно было свободно к ним ходить. Звездный Волк, бывало, проводил там часы, а то и дни. Смотрел не отрываясь. Его преследовала идея, будто там находятся другие миры.
Аксис недоуменно на него взглянул. Другие миры? Такая мысль ему и в голову не приходила. Интересно.
— Другие миры, — повторил Веремунд. — Звездный Волк предполагал, что у каждого солнца имеется свой мир, подобный нашему, и будто бы он вокруг этого солнца кружится. Глядя на несметное множество звезд во вселенной, он предположил, что существует такое же количество миров.
— Сумасшедший, — пробормотал Повелитель Звезд.
— Долгие годы мучила Звездного Волка эта идея, а потом он, став правителем, решил, что может теперь кое-что сделать. Икарийцы давно говорили о том, что кто-нибудь может войти в Звездные Врата и, уцелев, вернуться обратно. — Веремунд тихо засмеялся. — Но кто первым это попробует? Однажды Звездный Волк обратился к собранию с просьбой, чтобы они позволили послать туда икарийского ребенка, наделенного талантом чародея. Он утверждал, что легче пожертвовать жизнью ребенка, чем взрослого обученного чародея.
Все в ужасе застыли, как, наверное, и на достопамятном собрании четыре тысячи лет назад.
Собрание, разумеется, отказало Звездному Волку принести в жертву ребенка. — Веремунд уже почти шептал. — Но навязчивая идея не оставляла Звездного Волка. Возможно, он был немного помешан. Он сам готов был войти во Врата и исследовать другие миры, однако хотел все-таки вернуться назад. Для этого он
Веремунд сделал паузу, чтобы передохнуть.
— Звездный Волк, уверенный в своей силе и правоте, вызывающе заявил, что это не убийство, а необходимый эксперимент. Тайны Звездных Врат должныбыть раскрыты. А что, если в один прекрасный день существа из другого мира войдут во Врата и завоюют нас? Что, если кто-то обнаружит тайны Звездных Врат раньше нас?
Аксиса даже качнуло от такой идеи. Методы Звездного Волка, возможно, и отталкивающие, но размышления его не такие сумасбродные, как могло бы показаться. Он хотел заговорить, но Веремунд продолжил:
— Звездный Волк утверждал, что это всего лишь вопрос времени и что кто-нибудь да вернется. Дорогие мои, Звездный волк был правителем, Великим Когтем, обладавшим огромной чародейной силой. Никаких угрызений совести за убийство троих икарийских детей он не испытывал. Мало этого, он представил список детей с чародейными способностями, которых намерен был сбросить в Звездные Врата одного за другим, пока кто-нибудь из них не вернется.
Аксиса замутило, когда он подумал, что среди них мог оказаться его собственный сын, подрастающий в чреве Азур. Что бы он почувствовал, когда, сидя среди икарийцев, услышал бы, как Звездный Волк произносит его имя, и это после того, как сумасшедший правитель принес в жертву пятого, шестого, двадцать шестого ребенка?
— Как я уже сказал, Звездный Волк был сильным, могущественным чародеем. Сравниться с ним не мог никто. Похоже, надеялись, что, пока дойдет очередь до их ребенка, кто-нибудь вернется из загробного мира.
— Не могу я в это поверить, — прошептал Аксис. — Они что же, давали разрешение на убийство собственных детей? Да как они могли? Сколько их погибло?
Он отправил в Звездные Врата двести семь детей, — сказал Веремунд. — Самым младшим было три года, а старшим — около шестнадцати. Он и племянницу свою туда послал, дочь младшего брата. Он, — эти слова Веремунд еле из себя выжал, понимая, какое страшное впечатление он производит на слушателей, — он принес в жертву собственную беременную жену.
Аксис побелел, как его снежный орел.
— Зачем?
— Звездный Волк считал, что тело жены может стать для находящегося в чреве младенца своеобразным защитным футляром. Выяснив, что жена зачала высокоодаренного ребенка, он предположил, что младенец этот сможет преуспеть там, где другие дети потерпели неудачу. Смерти следовали одна за другой. Икарийские родители рыдали и жаловались и в то же время послушно доставляли детей к Звездным Вратам.
— Ты спрашивал, отчего у нас так нервно реагируют на всякое упоминание о Звездном Волке? — вмешалась Утренняя Звезда. — Да потому, что предки наши не попытались его остановить. Погибло, по сути, целое поколение чародеев.