Чтение онлайн

Фарадей тревожно смотрела на кубок. Глубоко вдохнула, стараясь подавить подступившую тошноту. Чем дольше она смотрела на сосуд, тем яснее сознавала: от него исходит зло. Темные буквы кружились над кромкой. У Фарадей похолодело внутри. Вот откуда исходили заклинания, убившие Приама!

Глоток воды тем не менее придал Приаму силы. Он начал бормотать, и глаза Юдит наполнились слезами: он вспоминал первые годы их женитьбы, когда все вокруг казалось таким светлым и радостным. Тогда они твердо верили в то, что через год-другой у них появятся здоровые дети. У Юдит и Приама

был счастливый брак, и даже разочарование из-за отсутствия детей не заставило их разлюбить друг друга.

— Да, да, — подбадривал Джейм умирающего. Глаза его странно блестели. — Сознайся во всем, сознайся во всем. Тогда Артор примет тебя.

Фарадей задумалась. Вот кто подавал кубок Приаму. Как получилось, что сами они остались здоровыми, а Приам заболел? На глаза ей попал Морисон. Что он делает?Монах в низко опущенном на лицо капюшоне стоял за Джеймом и Борнхелдом, но Фарадей видела, что губы его безмолвно шевелятся, а взор устремлен на кубок.

Должно быть, Морисон почувствовал ее взгляд, потому что глаза их встретились… и он вдруг улыбнулся.

Фарадей содрогнулась. Ледяные глаза монаха пробуравили ее насквозь.

— Фарадей? — пробормотала Эмбет, и она едва оторвала взор от Морисона.

Когда взглянула в его сторону еще раз, лицо монаха уже представляло приличествующую моменту скорбную маску.

Тело короля свела судорога. Юдит негромко вскрикнула и крепко схватила мужа за руку. Из открытого рта Приама вытекла кровавая струйка. Эмбет осторожно убрала ее. Дыхание умирающего сделалось хриплым и неровным.

Губы Юдит дрожали, она шептала мужу прощальные слова любви.

Приам вдруг зашевелился и вытянул дрожащую руку. Притянул голову Юдит к своему рту и что-то зашептал ей на ухо. Фарадей заметила, как напряглась королева.

Пальцы Приама последний раз коснулись лица жены, и он умер.

Наступило молчание. После продолжительного безумия смерть Приама оказалась на удивление спокойной.

— Король умер, — воскликнул Морисон, после чего повернулся к Борнхелду. — Да здравствует король!

Джейм снял с пальца Приама аметистовое кольцо и натянул на толстый палец Борнхелда.

— Да здравствует король! — нараспев провозгласил Джейм. — Король Борнхелд.

Фарадей казалось, что все это ей снится.

Борнхелд торжествовал. Он встретился с ней взглядом.

— Моя королева, — сказал он.

Фарадей помогала Юдит и Эмбет. Смерть короля требовала проведения официальных церемоний, молитв, ритуалов, необходимо было обмыть и подготовить тело. Юдит, как вдова покойного, должна была за всем этим проследить. Изможденное лицо ее казалось спокойным, бесстрастным. Манеры, как всегда, полны грации и чувства собственного достоинства. Но Фарадей-то видела: Юдит держится из последних сил, и хотела поддержать и успокоить ее, насколько позволяли обстоятельства.

Закончив приготовления, Юдит пошла к себе. Некоторое время спустя Фарадей тихонько проскользнула в ее апартаменты. Юдит сидела на софе возле камина. Эмбет обнимала подругу за плечи. В

руках у обеих женщин были рюмки с бренди.

Эмбет слабо улыбнулась Фарадей.

— Самое лучшее, — сказала она, — через несколько часов после смерти мужа немного напиться.

Фарадей поняла, что она вспомнила сейчас смерть собственного мужа, Ганелона.

Юдит утерла слезы и поставила рюмку. Под глазами, на фарфоровой коже, темные круги — свидетельство бессонных ночей. Спутавшиеся золотистые волосы. «Бедная Юдит, — думала Фарадей, стараясь придать волосам вдовы хоть какое-то подобие порядка. — Что-то будет делать она после смерти Приама?»

— Спасибо, Фарадей, — сдавленным голосом произнесла Юдит. Откашлялась и сказала: — Мы с Приамом благодарим тебя за твою доброту и поддержку, которые ты оказывала нам в последние три недели.

Фарадей улыбнулась и ничего не ответила. Она надеялась, что в свое время ей удастся с таким же достоинством перенести невосполнимую потерю.

Некоторое время сидели молча. Потом Юдит взяла Фарадей за руку.

— Милая, надеюсь, ты простишь меня за то, что я сейчас скажу… но сделать это я обязана. Посмотрев на ваши взаимоотношения с Борнхелдом, я решила, что могу тебе довериться.

Фарадей переглянулись с Эмбет.

Юдит снова взяла рюмку и выпила остатки бренди.

— Приам сказал мне, чтобы я объявила Аксиса его наследником. Он не хотел, чтобы ему наследовал Борнхелд.

«Что толку от этого Аксису», — подумала Фарадей.

— Артор, спаси нас! — прошептала Эмбет. — Ты же не можешь встать и сказать при дворе Борнхелда,что Приам назвал Аксисасвоим наследником!

Юдит горько улыбнулась и выпрямилась.

— Знаю, Эмбет. У меня ведь нет завещания. Я думаю, что смерть Приама была предрешена в тот самый момент, когда он объявил о своем намерении заключить договор с Аксисом.

Фарадей решила не говорить Юдит о кубке. Кто заговорил сосуд, она не знала. Незачем лишний раз расстраивать бедную женщину.

— Почему Приам передумал? — спросила она и взяла Юдит за руку.

— В последнее время, — сказала Юдит, — Приам понял, что ошибся: не разглядел в Аксисе замечательного военачальника, да и герцогом он был бы не в пример лучше Борнхелда. — Она помолчала и посмотрела на Эмбет. — Я все это говорю, потому что узнала от Эмбет о твоих чувствах к Аксису. Она призналась мне, что посоветовала тебе выйти за Борнхелда, когда тебя одолевали сомнения.

— И этого я себе никогда не прощу, — подхватила Эмбет.

Фарадей задумчиво опустила голову. Когда же снова подняла глаза, они засветились изумрудным блеском.

У Юдит и Эмбет перехватило дыхание.

— Позвольте, я расскажу вам кое-что о себе и об Аксисе, — сказала она, и голос ее приобрел ту же силу, что светилась в глазах.

Говорила она больше часа. Эмбет дрожащей рукой налила всем троим еще бренди.

— Сейчас, когда Борнхелд стал королем, Аксису нужна помощь, как никогда, — заключила Фарадей. — Выпоможете?