Чтение онлайн

Коридоры петляли, запутывая меня все больше. Но Джемал, похоже, знал, куда идти - он двигался вперед с непоколебимой уверенностью, спокойный, как танк. Он ни разу не моргнул, не сгорбил спину, не оступился, что придавало ему сходство с киборгом из знаменитого фильма.

Меч он отобрать даже не попытался. Видно, знал, что это бесполезно, и я могу убить его за это. С дрожью я осознавал, что способен на такое злодеяние. Запросто. Просто махнуть клинком - и негр мертв.

– Держись от меня подальше, - предупредил я его.
– Я сейчас слегка не в себе.

– Я заметил, - хмыкнул тот.
–

Расслабься, оружие останется при тебе. Только пользуйся им в случае крайней необходимости. Лишняя кровь сделает его - и, кстати, тебя - опаснее.

Ну еще бы. Так и подмывает кинуться за стражниками, которые совсем недавно прошли всего-то в паре метров от нас, и посносить им головы. Но, во-первых, коридор был слишком узок для такого маневра, а во-вторых, мне хотелось все-таки выбраться отсюда живым.

– Куда мы идем? Я уже совершенно потерял ориентацию.

– Главное, что не сексуальную, - раздался откуда-то слева мелодичный голос.

Я повернулся на звук. Ракел стояла в тени, опираясь на стену. Наряд на ней был как обычно - его отсутствие.

– Вижу, вы заплутали, мальчики. Позвольте показать вам дверь со светящейся табличкой "Выход".

Я взглянул на Джемала. Тот лишь пожал плечами. И в самом деле, Ракел нет никакой выгоды заманивать нас в ловушку. Во-первых, она уже испытала на себе всю доброту Добра и злость Зла. Во-вторых, она демон, а они никому ничего никогда не должны. В отличие от одного моего знакомого чародея, который умудрился залезть в долги по самую макушку.

Ракел словно прочитала мои мысли и покачала головой.

– Ты спас мне жизнь, Дэрриен. Мне не за что тебе мстить. Я лишь хочу помочь.

– Я и не думал о чем-то плохом, - пробормотал я.

– Следуйте за мной. Если будете вести себя тихо, есть шанс, что на Семетара мы не наткнемся.

Несколько минут я честно молчал, даже не кашлянул ни разу, хотя было от чего - коридоры, по которым вела нас Ракел, были устланы толстенным слоем пыли. Тут явно давненько не ступала нога человека. Лет этак триста. Я рассматривал каменную кладку и размышлял, насколько древним может быть зло. Наверное, оно появилось вместе с человеком. Отвратительное, но в то же время притягивающее чувство ярости, заставляющее убивать, и далеко не для пропитания. Я и сам чувствовал то же, только вместо копья - орудия первобытных людей - у меня в руке был "Каратель". И он жаждал крови. Прямо как вампир.

Вот только вампир либо убивает, либо обращает в себе подобного, предоставляя определенный выбор. Хотя, честно признаться, альтернативка так себе. Меч же держал меня в плену моих собственных, не навязанных никем тайных желаний. И выбора у меня не было никакого: я мог лишь беспомощно наблюдать за своим превращением в демона, монстра, убийцу.

Что там сказал Адальберт? Пока я сам не отдам меч, он будет действовать на меня. Отдать? Добровольно? Да ни за что. Пусть попробует забрать.

Опять в сердце начал назревать гнев. На глупого старикана, который втянул меня в эту передрягу. Который приказал мне убивать. Почему бы не обратить его оружие против него? Как тебе это понравится, Адальберт, если "Каратель" проткнет твою грудь насквозь? Пронзит твое лживое, черное, отнюдь не доброе сердце? Скорее всего

ты ничего не успеешь почувствовать, кроме безмерного удивления: как же так? Добро всегда побеждает! Что же случилось на этот раз?

Из сладких фантазий о мести меня вырвал голос Ракел, окликнувшей меня. Уже не впервые. Я встряхнул головой, отгоняя навязчивую картинку, в которой Адальберт истекал кровью.

– Что с твоими глазами?
– спросила она.

– А что с ними?
– изобразил удивление я.

– Они ярко-красные. Демоны рождаются с таким взглядом. Немного странно видеть такое у тебя.

– Я не похож на демона?
– я сдвинул брови, насупился и угрожающе покосился на нее.

Ракел хихикнула.

– Дурачок ты, Дэрриен. Не понимаешь, во что впутался, взяв этот меч.

– Все я понимаю. Но уже поздняк.

– Вот именно.

И опять тишина, нарушаемая только звуком наших шагов по многовековому слою пыли. Джемал вообще вел себя так тихо, что казалось, будто его здесь и нет. Тоже мне, тень отца Гамлета.

Один вопрос все-таки не давал мне покоя.

– С чего это Адальберт решил пойти на такую странную сделку?

– Откуда мне знать?
– изящно дернула плечиком Ракел.
– Мы с Дэниелом несказанно удивились, узнав, что нас переводят из одной тюрьмы в другую.

– Где он сейчас?

– Вместе с Аменохеприти и Стюартом. Они ждут нас у Шайтана.

– Это ж за тридевять земель!
– присвистнул Джемал. Надо же, проснулся.
– На другом берегу, самая окраина города!

– Милый мой, я обо всем позаботилась, - промурлыкала Ракел.
– У выхода нас ждет Аргаив. Он и отвезет нас к Шайтану.

– Какая предусмотрительная.

– Еще бы, - ослепительно улыбнулась Ракел. Напрасные старания, Джемал все равно слепой. Или улыбка предназначалась мне?
– Выйти мы сможем беспрепятственно, меня здесь многие помнят.

Интересно, за что именно помнят, чуть не ляпнул я. Но посчитал за лучшее промолчать.

Коридор, петляя, уводил вглубь подземных катакомб. Как я ни старался, но определить наше местонахождение не мог. Алый дым застилал мне глаза, идти становилось все труднее. Ракел остановилась и окинула меня озабоченным взглядом.

– Что тобой, Дэрриен? Мне кажется, или это дым?

– Он самый, - кивнул я.
– Скоро мы с Аргаивом станем братьями.

Она дотронулась до моего лба и тут же отдернула руку.

– Ты горячий, как солнце! Ничего, скоро мы избавим тебя от меча.

Поведение Ракел меня несказанно удивило. С каких это пор ее стала интересовать моя судьба? Или ей просто неймется заняться со мной кое-чем нехорошим? То, что коварная соблазнительница могла просто влюбиться, не лезло ни в какие ворота. Поэтому я решил выбросить эти мысли из головы и сосредоточиться на пути выхода из той передряги, в которую я попал по милости "Карателя" и Двойника.

Я убил Тимерхана. Перед этим покойничек пришиб послов Адальберта, подгадив мне по самое не хочу. Теперь Добро объявит войну Злу. Казалось бы, я здесь совершенно ни при чем, я не принадлежу ни к тем, ни к другим. Я нейтральная сторона. Но вся эта каша заварилась из-за меня, и, чувствую, я окажусь посреди великой битвы двух могущественных империй.