Чародеи Юга
Шрифт:
Но данная закономерность относилась не только к политике, но и к вопросам веры. Не следует забывать, что после падения Ахерона поклонение Сету, являвшееся основной религией того времени, попало под запрет. Люди не знали каким богам молиться. На помощь им пришло великое множество адептов малоизвестных божков, о которых раньше никто не слышал. Большая часть этих культов благополучно канула в вечность. Однако жрецы многих из них всё-таки сумели привлечь достаточное количество верных последователей, и начали на равных соперничать с насаждавшимся военными вождями хайборийцев митрианством.
С заката новых богов гнали на восход и полдень огнем и мечом. Ранние митрианцы были беспощадны в своей борьбе за веру. Однако в течение всего первого столетия от основания Аквилонии религиозный хаос властвовал в человеческих умах.
— Я уже затрагивал историю борьбы, — начал свой урок одетый в красную рясу жрец, — с возникшими в те времена культами.
Раздался громкий хруст надкусываемого яблока. Жрец обиженно посмотрел на младшего послушника, заподозрив его в невнимательности. Тот всем видом показывал, что опасения учителя совершенно беспочвенны.
— А расскажите нам о каком-нибудь, — попросил другой послушник, стараясь отвлечь внимания жреца от своего не в меру охочего до яблок товарища.
Жрец с сомнением взглянул на солнце, прикидывая сколько сейчас времени и останется ли у него время на изложение основного материала. Потом решил, что в такой приятный денек можно немного развлечь учеников.
— Ну, ладно. Слушайте, — сказал жрец, усаживаясь на землю. Он огляделся по сторонам в поисках яблока получше и, наконец остановив свой выбор на большом красном плоде, со смаком впился в него зубами. — Был один очень забавный культ. Он возник на территории нынешнего Офира. Вера их не представляла из себя ничего особенного. Обычный демонизм. Красивый, правда, был у них божок. Подумайте только, возводили статуи, представляющие собой шарик с огромным количеством зубов и двумя глазами. Великий бесформенный Друаргл. Бесформенность была проклятьем, которое наложили на него древние боги. И теперь Друаргл должен был найти себе новое тело, которое его полностью устроит. Когда поиски эти завершатся, он сможет воплотиться в нашем мире, и будет всем его адептам счастье великое. Чтобы в поисках ему этих помочь, на алтаре перед зубастым шариком приносили человеческие жертвы. В тот миг, когда сердце бедняги переставало биться, Друаргл вселялся в него, чтобы решить подходит ли ему это тело. Ну, ни об одном подошедшем я не слышал, а вот над отбракованным материалом издевались прилично. С несчастных снимали кожу, и шили из неё себе одеяния. Чем больше кусочков кожи разных людей было, скажем, на плаще, тем более ценным он являлся. Жир плавили на мыло. Мясо отдавали собакам. Что делали с костями, опять же неизвестно.
— И что здесь интересного? — спросил младший послушник. — Сами же сказали, обычный демонический культ.
— Жажда знаний это, конечно, хорошо, — философски произнес жрец, — но и о почтении к старшим забывать не следует. Раз сказал, что будет интересно, значит будет интересно. Ждите.
Жрец выкинул огрызок, оставшийся от яблока.
— Простите, — грустно сказал послушник.
— Главное, одному из высших жрецов такое не скажи, — посоветовал наставник. — Они пообидчивей, чем я, будут. Но раз вы столь подкованы в различных аспектах демонизма, то ответьте мне на один маленький вопросик. Как заманиваются в храмы будущие жертвы?
— Никак, — категорично заявил самый старший послушник. — Людей для жертвоприношений предпочитают закупать на невольничьих рынках. Только там можно спокойно подобрать человека, удовлетворяющего всем требованиям божества.
Жрец вздохнул.
— Ну, что за время?! — посетовал он. — До чего же испорчена молодежь! Это сейчас раба купить не проблема. В те времена, о которых мы с вами говорим, старались всеми силами побороть темное наследие Ахерона. Работорговля тогда процветала лишь на полдне Хайбории в Стигии и приграничных землях, а на восходе в гирканских государствах. На территории современных Немедии, Аквилонии, Аргоса, Зингары, Офира и Кофа нельзя было даже владеть рабом в нынешнем понимании этого слова, а уж за куплю-продажу казнили даже без судебного разбирательства.
— Значит, культы использовали магию, — произнес один из послушников. — Если бы они похищали людей, подобно обыкновенным бандитам, стража бы быстро вышла на их след. А когда мозг человека задурманен, и он сам идет в пасть к змее, никто никому обвинения предъявить не сможет.
— Верно! — подтвердил догадку наставник. — Поэтому тогдашние жрецы Митры обратились за помощью к светлым магам, а позже в храмах наиболее способных послушников начали обучать магическим началам. Впрочем, в вопросах обучения вы, наверное, даже лучше меня разбираетесь, так
— С последователями Друаргла была иначе? — спросил младший послушник.
— Да, — ответил жрец. — Они загадали нам загадку, которую до сих мы решить не в силах. Хотя в последнее время особо никто и не стремится: никого из адептов Друаргла в живых не оставили. События в Офире разворачивались по обычной схеме. В одном из районов Ианты стали то и дело пропадать люди. Среди них были и бедняки, и дворяне. Сыскная служба долгими поисками себя не утруждала. Было ясно, что орудуют не простые бандиты, слишком разномастными были жертвы. Почти сразу отослали депешу в Тарантию с просьбой прислать мага для проведения расследования. Маг прибыл, произвел все приготовления и стал ждать, когда неизвестные начнут свою охоту. Время шло, а никаких магических действий не совершалось. Люди же продолжали исчезать. Прислали еще троих магов. Результат тот же. Сыскная служба уже тоже трудилась во всю, пытаясь найти свидетелей похищений. Раскопать удалось немного. Порядка десяти людей видели, как некоторые богатые прохожие вдруг ни с того ни, с сего брали и заворачивали в грязные бедняцкие проулки. Район прочесывали раз за разом, но логова похитителей обнаружить не удалось. Тогда вернулись к магической версии. На аквилонских магов, правда, уже не надеялись. Стали расспрашивать свидетелей не ощущали ли они что-то необычное, какой-нибудь непонятный зов. Один немедиец рассказал, что ему почудился аромат персиков, и вроде начала играть очень красивая музыка, а потом всё пропало. Он запомнил этот момент, потому что ему очень хотелось пить, и он принялся искать торговца фруктами, лавка которого, судя по запаху, должна была быть где-то поблизости. Однако найти чего-либо ему было не суждено. Вроде бы глупость, но с учетом того, что никаких других зацепок не было, принялись разрабатывать версию с персиками. Успех был просто ошеломляющ. Про аромат персиков и странную музыку рассказало не меньше трех десятков людей. Удалось сузить район поисков. Опять привлекли магов, и опять был получен ответ, что они ничего не ощущают. Глава сыскной службы тогда разозлился до такой степени, что с эскортом из десятка стражников отправил их всех назад в Тарантию. Тогда иантийцы решились на отчаянный шаг. Судя по показаниям свидетелей, в то время, когда они начинали ощущать аромат персиков, их кто-нибудь толкал или окликал, и тогда наваждение пропадало. Это означало, что исчезали те люди, на которых было произведено достаточно длительное воздействие. Охотились “музыканты”, как окрестили неизвестных похитителей, практически каждый день, и это давала властям небольшой шанс на удачное воплощение задуманного. Более сотни стражников, переодетых в наряды городских простецов, должны были бродить по означенному району. Как только кто-нибудь из них ощутит аромат персиков, он должен был уронить на землю одну из перчаток и стараться избегать контактов с окружающими, чтобы не помешать воздействию “музыкантов”. Практически сразу же двое переодетых стражей расстались с перчатками. Одного из них всё-таки отвлекли, и музыка исчезла. А вот по следу второго стражники прошли до самого логова “музыкантов”, где и обнаружили храм Друаргла. Над похитителями власти устроили показательный процесс, и через седмицу все они были прилюдно казнены на главной площади Ианты. Правда, палачи так и не сумели добиться у демонистов ответа, что это была за музыка и аромат персиков. Установили лишь то, что к магии они не имеют никакого отношения, и никакой защиты от них не существует. Кстати, стражник, который прошел путь до храма, через год сошел с ума. Была мысль проследить за всеми, кто ощущал аромат персиков, но власти предпочли, как можно быстрее, забыть о культе Друаргла.
Дурак! Проклятый дурак!
Белый наконец всё вспомнил.
Хватило бы простого резкого движения, чтобы выйти из-под воздействия этих демонистов. Теперь понятно, почему его держат в этом леднике. Похитители не владеют магией в полном смысле этого слова, а потому бояться всех тех заклятий, что навешал на него Коричневый. Холод рано или поздно сведет с ума, и тогда он будет совершенно безвреден.
Нергал их забери! Им почти удалось. Откуда только этот культ взялся?! Их же всех давным-давно переловили!
Надо, как можно скорее, выбираться из этого логова. Только непонятно было, как это можно сделать. Он слишком слаб даже для того, чтобы просто произнести одно из уже заготовленных заклятий. Нагрузка убьет его.
А может это и к лучшему. Белому отнюдь не хотелось стать плащом или сапогами. Если он помрет здесь, а не на алтаре, то может они посчитают его тело непригодным для своих целей. Всё равно гадкая смерть.
Холод уже почти не ощущался, зато хотелось спать. Недолго осталось, совсем не долго. Митра, как же не хочется стать сапогами.