Чтение онлайн

Эми никогда не пыталась представить себе мать Барни, но никак не ожидала увидеть перед собой такую моложавую и такую красивую женщину. Она была одета в застегивающийся спереди черный бархатный халат и черные бархатные туфли без задника, на высоком каблуке, украшенные сверкающими пряжками. Ее великолепные рыжие волосы были очень длинными и падали на узкие плечи естественными волнами. С такими идеально правильными чертами лица и безупречной кожей миссис Паттерсон могла бы стать кинозвездой, если бы не выражение ее темно-зеленых глаз. Когда она приблизилась, Эми поняла, что свекровь немного

не в себе.

— Слушаю? — протянула мать Барни, достигнув нижней ступеньки. Ей удалось вложить столько чувства в это единственное слово, что у Эми не осталось никаких сомнений насчет того, что в доме ее свекрови ей не рады.

Но она твердо решила не позволить себя запугать.

— Я жена Барни, — ответила Эми, вскинув голову. — Я пришла сказать вам, что ожидаю ребенка, но я здесь не задержусь. Я прекрасно поняла, что вы не хотите меня видеть. Всего хорошего.

Она открыла дверь и уже хотела выйти, когда безупречно ухоженная рука легла на ее рукав.

— Ты права, я не хочу тебя видеть. Я больше никогда не желаю видеть тебя в этом доме. Это было безумием со стороны моего сына жениться на тебе. И как Барни может быть уверен, что это его ребенок? Он может быть чей угодно. — Резкий голос с сильным ирландским акцентом звучал прямо в ухе Эми. — Католическая шлюха, — прошипела миссис Паттерсон.

Эми выбежала из дома. Эта женщина была помешанной. Эми, спотыкаясь, бежала по дорожке и проклинала себя за то, что отпустила такси. До конца улицы было очень далеко. Эми молилась, чтобы там ходил автобус или трамвай, на котором она сможет добраться домой. Тянущее чувство в животе стало сильнее и болезненнее. Если бы она только была в Бутле, районе, который она знает как свои пять пальцев, а не в южной части Ливерпуля, с которой едва знакома…

Эми дошла до Менлав-авеню. Посредине проходила трамвайная линия. Эми спросила у какой-то женщины, как добраться до Ньюсхэм-парка.

— Вот как раз подходит трамвай, дорогуша. Сойдешь на Лодж-лейн и попросишь кого-нибудь показать тебе трамвай, идущий на Шейл-роуд. Я не помню номера, — ответила женщина и встревоженно добавила: — Ты хорошо себя чувствуешь, девочка? Ты выглядишь очень скверно.

— Мне просто нужно присесть. — Ко всему прочему Эми страшно замерзла, потому что на улице резко похолодало. Как только она попадет домой, она сделает себе горячий чай и ляжет в постель. Трамвай остановился, и Эми забралась в него.

Ей очень хотелось к маме, но на этой неделе мать работала в вечернюю смену и возвращалась домой лишь к одиннадцати часам. Но больше всего Эми хотелось увидеться с Кэти. Она рассказывала Кэти все, что не могла рассказать маме. Мама ни за что не должна узнать о миссис Паттерсон, но Кэти запросто могла бы обратить все в шутку, и они бы вместе посмеялись над ситуацией. Эми вдруг поняла, что в последний раз видела подругу еще до начала войны. Где-то до сих пор лежит кремовая кружевная блузка, купленная в Лондоне. Она так и не нашла времени, чтобы подарить ее Кэти.

— Лодж-лейн, — закричал кондуктор.

Эми сошла с трамвая и пересела на другой, идущий на Шейл-роуд через Ньюсхэм-парк. Добравшись домой, выпив чая и оказавшись в постели, она хорошенько поплачет, накрывшись с головой одеялом. Эми

надеялась, что Барни никогда не узнает о визите к его матери и о том, как ужасно себя повела свекровь. Он, конечно, не скажет «так тебе и надо, милая» или что-нибудь в этом роде, но наверняка так подумает.

И вот наконец она отпирает дверь дома и молится, чтобы капитану Кирби-Грину не вздумалось в этот момент возникнуть из своей квартиры и начать с ней светскую беседу. К счастью, его, видимо, не было дома, и Эми удалось беспрепятственно добраться до своей квартиры, хотя ее шаги становились все медленнее, а когда она достигла последнего лестничного пролета, она уже с трудом переставляла ноги. Ей в голову закралось ужасное подозрение относительно того, что с ней происходит, но она старалась об этом не думать.

Эми заставила свои подкашивающиеся ноги переступить через порог квартиры и рухнула на кожаный диванчик. Положив голову на подлокотник, она мгновенно уснула. Эми снилось, что ее царапает рыжая кошка с зелеными глазами. Сначала кошка ходила вокруг нее, громко шипела и злобно подергивала хвостом. Молниеносным движением пушистой лапы она разорвала чулок, на коже выступила кровь. Затем она запрыгнула Эми на колени и начала раздирать ей руки. Длинные царапины горели огнем и покрывались капельками крови. Кошка попыталась добраться до лица и глаз, но Эми проснулась и обнаружила, что ее разбудила не кошка, а боль в животе, чудовищная, невыносимая боль, выкручивающая все внутренности. Эми вскрикнула и попыталась встать, но вместо этого соскользнула с диванчика на пол и, к счастью для себя, потеряла сознание.

— Эми, Эми!

Эми покачала головой. Кто-то шлепал ее по щекам. Шлепки были легкими, и ей было ничуть не больно, но очень неприятно.

— Эми, открой глаза, будь хорошей девочкой. — Опять шлепки, уже сильнее.

Она открыла глаза и увидела незнакомого мужчину, который склонился над ней и приготовился опять шлепать ее по щекам. Она лежала в своей постели, а он сидел на краю кровати.

— А вот и ты! — жизнерадостно воскликнул он. — С возвращением в ряды живущих.

— Кто вы? — прохрипела она. Это был мужчина плотного телосложения с очень красным лицом, добрыми глазами и шапкой седых волос. Его присутствие скорее удивило, чем испугало ее.

— Я доктор Шиард. Как ты себя чувствуешь, дорогая?

— Кажется, хорошо. — Боль исчезла, оставив вместо себя пустоту. Эми казалось, что ее тело выстирали и пропустили через вальцы.

— Боюсь, ты потеряла ребенка, милая, — мягко сказал доктор Шиард. — У тебя случился выкидыш.

Слезы заструились по ее щекам. Это произошло так быстро, будто они ждали где-то в глазах, готовясь пролиться.

— Это был мальчик или девочка? — В глубине души Эми подозревала, что ее беременность под угрозой.

— Срок был слишком маленький, чтобы определить пол, — доктор ласково сжал ее плечо.

Она попыталась сесть, но оказалось, что у нее нет на это сил.

— Как вы сюда попали? Я хочу сказать, как вы узнали, что мне нужен врач? — Эми вспомнила свой крик. Может быть, кто-нибудь в доме услышал и позвал врача. Где ее ребенок? Она решила, что не хочет этого знать.