Центурион
Шрифт:
– Актит, ты как?
– Правая рука болит, пальцы немеют, едва меч держу.
Плохо. Актит прикрывал Алексею спину. Если его ранят или убьют, придётся совсем туго.
Двое гоплитов слева сражались с тремя скифами. А из селения уже спешила помощь – декарх Памплоний вёл двух гоплитов и четырёх ветеранов. Все были с полным вооружением, торопились, но разве в гору побежишь резво, когда на себе приходится тащить тяжесть?
Алексей огляделся по сторонам. Из шести пехотинцев, стоявших
Увидев спешащую подмогу, скифы стали отступать. Один из бородатых варваров довольно мощного телосложения метнул короткое копьё в Памплония. Отвлёкся ли в этот момент десятник или не заметил броска, но копьё угодило ему в грудь. Декарх рухнул на дорогу, из его спины торчал окровавленный наконечник копья. Бросок скифа был мощным, никогда раньше Алексей не видел столь дальнего броска – метров семьдесят, не меньше.
Скифы скрылись в зарослях. Преследовать их не стали – слишком неравны были силы.
Поднявшиеся в гору гоплиты не могли отдышаться, пот тёк с них градом.
К прибывшей подмоге собрались уцелевшие воины. И это всё? Алексей не верил своим глазам: девять человек и ещё двое караульных на скале Адалары в море. Негусто! Если и дальше скифы будут действовать столь же эффективно, то вскоре Гурзуф и вовсе останется без защиты.
– Что будем делать? – спросил кто-то из гоплитов, растерянно глядя на лежащего в дорожной пыли декарха.
Алексей решил взять инициативу на себя:
– Ты, Рон, остаёшься здесь, со мной. Остальным собрать оружие и тела убитых товарищей – надо похоронить их по-человечески. Встретимся вечером в казарме.
– И мне идти, Алексей? – переспросил Актит.
– Ты ранен и сейчас будешь только обузой. Пусть в селении тебя перевяжет местный врачеватель, тебе надо выздороветь.
Воины стали сносить тела убитых в селение, потом собрали щиты и оружие.
Алексей же раздумывал, что делать. Де-факто он взял на себя обязанности десятника. Как защитить селение? Он решил по возвращении посоветоваться с десятником ветеранов и старшиной селения.
Как только строители закончили работу и потянулись в селение, вернулся и Алексей с Роном. Декарх ветеранов и старшина селения уже организовали рытьё могил и отпевание покойников. В тёплое время года с этим скорбным делом следовало поторопиться – тела начинают быстро разлагаться.
После похорон, уже в комнате, Алексей устроил совещание.
– Что посоветуете?
– Надо посылать за подмогой.
– Согласен. Пусть старшина завтра с утра даст лодку, а я выделю гоплита.
– Хорошо, декарх.
По сути, старшина сам назвал его декархом.
– Я продиктую письмо кентарху. Писарь найдётся?
– Я сам и напишу.
Старшина
После того как Алексей забрал бумагу, он приложил к ней печатку, снятую с пальца убитого Памплония.
– Рон, тебе придётся отправиться на рыбачьей лодке в Херсонес – доставить вот это письмо кентарху. Пешком тебе одному не добраться.
– Слушаю и повинуюсь. Всё лучше, чем здесь сидеть.
С утра Алексей отправил на охрану строительства всех гоплитов. После отправки Рона, не считая самого Алексея, их оставалось восемь человек – вместе с ветеранами. Это были уже пожилые люди, отслужившие своё. После окончания службы им дали земельные участки именно здесь. Служба их продолжалась, но уже в виде ополчения, милиции. У них имелся опыт боевых действий, но силы уже были не те.
Алексей насел на их десятника, хотя солдат не набиралось и половины:
– У вас в селении баллисты, катапульты, стреломёты есть?
– Был один стреломёт, но он сломан.
– Показывай.
В каменном сарае за казармой обнаружился весь покрытый пылью стреломёт. Алексей видел стреломёт всего один раз, в лагере под Константинополем, и потому представлял себе, что это такое. Он осмотрел его. Вывод напрашивался утешительный: если заменить пару сгнивших от времени и сырости деревянных брусков, то он ещё послужит.
– Ищи столяров или плотников, пусть ремонтируют. И, кроме того, кузнец должен выковать десяток наконечников для стрел.
– А кто платить будет? – почесал затылок командир ветеранов.
– Пусть купцы местные мошну растрясут маленько – не для себя стараюсь.
– Купцы, из тех, кто богатым был, уже уехали, в том числе в тот же Херсонес. Одни лавочники остались.
– Ты мне на жалость не дави, делай, что сказано.
Декарх ветеранов ушёл. А Алексей стал думать, что ещё можно предпринять. Наверное, можно взять на вооружение некоторые методы охотников.
Он отправился по лавкам и на свои деньги купил пару мотков верёвок. Затем поднялся к стройке.
– Всё спокойно? – спросил он у гоплитов.
– Тихо.
Свой щит Алексей оставил у воинов. Смешно идти в лес со щитом, да и тяжело.
Он вошёл в лес, выбрал укромные места, где могли прятаться скифы, если бы пришли вновь. В том, что они появятся, он не сомневался. Сделав несколько верёвочных петель, он устроил ловушки и замаскировал их ветками и листвой. Не бог весть что, но на первых порах сработает, а в дальнейшем скифы будут остерегаться. В голову пришли кадры из фильмов со Сталлоне и Шварценеггером. А ведь можно ещё и из дерева сделать ловушки.