Шрифт:
Глава 1
Алессия Винтерсонг стояла на палубе Штормовой девы, собственного судна Венианора Русворта, вглядываясь в линию горизонта, где небо от воды отделяла лишь тонкая огненная полоса заката. Поросшие густым лесом берега острова Морант исчезли из виду ещё позавчера, и теперь всюду, куда хватало взгляда простиралась бескрайнее и неспокойное море. Порыв ветра надул паруса, и мачты протяжно заскрипели. Небо заволакивало тучами, чёрно-серыми, похожими на клубящийся от пожара дым. Алессия взглянула туда, где, как ей казалось,
Жители Вальморы, городские и портовые… Они всегда относились к магам, как к чудакам, потому и отмахнулись от последнего шанса на спасение, сочтя слова ошалелых от ужаса преподавателей, отправленных их предупредить, дурацкой шуткой. Теперь все они мертвы, и одним богам известно, какой ужас они испытали перед смертью.
Хьялда Гвидбен, бессменный декан факультета земли, крепкая, словно вековой дуб, несгибаемая Хьялда, умерла от единственного прикосновения, поседев за один миг. Эта сцена являлась Алессии во сне почти каждую ночь: мертвенно бледное лицо декана земли, зрачки её глаз, сжавшиеся от ужаса в едва видимые точки, и одно лишь слово: «Бегите». Потом всё погружалось в темноту, в которой, словно две жуткие лампы, сияли глаза Вингевельда… Нет, это был уже не он. От бывшего архимага осталось лишь изуродованное тело, разум же полностью поглотило безумное чудовище, что зовёт себя Аальногардом.
Вдруг чувство вины захлестнуло Алессию с головой. Она вспомнила, как ещё в день прибытия Рейквина на совете деканов упоминалось о странностях, творящихся в заповеднике. Невыразимый ужас, несущий гибель всему живому, рос и набирал силу прямо под боком Академии, и никто не потрудился выяснить, в чём дело… Если бы Алессия занялась этим заранее, если бы была убедительнее, если бы лично пошла бы в ратушу, чтобы у горожан осталось время убраться с острова… Слишком много «если». Слишком многое пошло совсем не так.
Рейквин… Этот эльф пожертвовал собой ради людей. Отдал жизнь, чтобы Алессия успела спасти хоть кого-нибудь, но всё, что она успела сделать, теперь казалось ей преступно ничтожным. Из всех студентов и преподавателей на три корабля Венианора Русворта попала едва ли четверть.
«Ты всех подвела, — пронеслось в голове декана воды. — Алессия-всё-валится-из-рук-Винтерсонг!» Она в сердцах стукнула по влажному дереву фальшборта, а потом ещё раз, и ещё, пока не заболела рука.
— Поберегите себя, госпожа Винтерсонг, — донёсся до боли знакомый голос из-за спины.
Алессия обернулась и увидела Ирвина Фосса. Декан огня неуверенно шёл к ней, прихрамывая при каждом шаге. Лицо некогда первого красавца Академии и объекта девичьих мечтаний юных студенток, теперь было перебинтовано через левый глаз. Свободную же его часть покрывали глубокие ещё не зажившие царапины.
— Вам уже лучше? — с надеждой спросила Алессия.
— Было бы лучше, не будь мы на корабле, — ответил тот с горькой усмешкой. — Эти пернатые сволочи исполосовали мне лицо, порвали ухо и, похоже, лишили меня глаза. Но, благодаря вам, я по крайней мере не пополнил войско
— Ничего этого бы не было, — перебила Алессия. — Нужно было действовать раньше, действовать быстрее. Тогда был бы шанс спасти гораздо больше жизней. А я тратила время впустую…
— Удивительно, — вздохнул декан огня, и Алессия удивлённо взглянула на него. — Алессия Винтерсонг, которую я прежде знал, никогда не тратила время впустую. Напротив, все свои силы она направляла на благо Академии. И даже когда случился этот кошмар, она осталась верна этому принципу до конца.
— Значит, на сей раз мне просто не хватило сил.
— Не корите себя, что не сумели прыгнуть выше головы. Ведь если бы не вы, мы бы все этой головы лишились. Я… я, плохо помню, что случилось после того, как меня изодрали птицы… Скольким удалось уцелеть?
— Тридцать студентов и семеро преподавателей. Включая нас с вами.
— Гм, — погрустневший Фосс несколько секунд помолчал. — Хьялда? Вилеон?
— Вилеон на соседнем корабле, он увёл полтора десятка своих студентов. Хьялде, увы, повезло меньше.
— Да упокоят боги их души. А что же Рейквин?
— Он приказал нам спасаться. Пожертвовал собой, чтобы задержать этих тварей. Благодаря этому, мне удалось спасти пятерых ваших студентов и с десяток своих.
— Вот уж не ожидал от него такого. Постойте. Пятеро моих… Десяток… А где же студенты Хьялды?
— Увы, в это время у них было занятие в предгорьях. Надеюсь, им удалось уцелеть. То был свободный день, многие ушли в город или разбрелись по острову…
Фосс тяжело вздохнул и отвёл взгляд. Алессия понимала, о чём он думает. Если Аальногард вознамерится взять под контроль каждое живое существо на острове, то их гибель — лишь вопрос времени.
— Стало быть, госпожа Винтерсонг, вам удалось спасти тридцать семь жизней. Это немало.
— Но меньше, чем могло быть.
— И всё же, не отнимайте у меня возможность быть благодарным вам хотя бы за это, — Фосс улыбнулся и едва не потерял равновесие, когда корабль качнуло. — Ох, от этой качки желудок наизнанку. Представляю, каково было господину Аронтилу…
— Огонёк! — вдруг воскликнула Алессия. — Он остался там, на острове!
— Наверное, я ещё не до конца пришёл в себя. О ком вы говорите?
— Кот Маркуса, рыжий такой. Он доверил мне присматривать за ним, а я…
— Простите, госпожа Винтерсонг, но ведь… это всего лишь животное.
Алессия посмотрела на Фосса, и тот, собиравшийся было что-то сказать, понял по взгляду, что лучше бы ему этого не делать.
— Я пойду к себе, — холодно сказала она. — И вам тоже стоило бы вернуться. Собирается дождь.
Сказав это, декан воды отправилась в свою каюту. «Всего лишь животное! — возмущалась про себя Алессия, спускаясь с палубы по лестнице. — До такого животного некоторым людям далеко. А уж учитывая всё то, что для Маркуса значил Огонёк… Наверное, Ирвин ещё не в себе. Или его просто укачало…»