Цена славы
Шрифт:
— Фактически, нарушая приказ герцога Ирианского, мы нарушаем наш контракт.
— Я знаю, Рен, — мрачно произнес Грейсон. — И все-таки что-то здесь не так. Его подозрения начались с того момента, когда вместо пятнадцатой дружины Джейка Хоукинса на Сириус-5 прибыл сам герцог Ирианский со своей личной гвардией. Не то чтобы это было неправильно, но...
Затем на пути к Т-кораблю «Фобос» услышал радиоперекличку эскадры Дома Марика: четыре шаттла шли навстречу. Позывные и идентификационный сигнал (ИС) «Фобоса» эскадра проигнорировала.
Когда шаттлы легионеров
«Вероятно, технические затруднения», — размышлял Грейсон. Оборудование и так постоянно ломалось, а после всех перипетий военных действий городские техи и связисты наверняка по уши в работе. «А может, саботаж», — подумал Грейсон, вспомнив угрюмые взгляды в толпе.
Так или иначе, но это молчание беспокоило его. Что-то там происходило, что-то, имевшее отношение к герцогу и неожиданному изменению приказов. В конце концов связистам «Индивидуума» все же удалось открыть канал связи с герцогским шаттлом «Гладиус». Но результаты разговора оказались на удивление никчемными. Герцог и все его люди заняты, беспокоить их нельзя — вот все, что ответили наемникам на Сириусе-5. В Тяньдане все тихо, приказы остаются без изменений.
«Что происходит?» — думал Грейсон. Он хорошо помнил невидящий взгляд лорда Гарта. «Как будто меня там не было», — пришло Грейсону в голову. Он подавил невольную дрожь. Подобные мысли ни к чему хорошему не приводят.
— Допустим, с формальной точки зрения, мы нарушаем приказ, — продолжал он. — Но контракта мы не нарушаем. Хельм всего в четырех прыжках от Марика. Мы отправились на Марик, просто наш путь оказался немного длиннее... по той причине, что мы сделали небольшой крюк.
— А ты уверен, что это необходимо? Вдруг генерал-губернатор ждет не дождется, только б нацепить на нас медали. — Тор усмехнулся. — Надо сказать, мы их заслужили! На этих границах ты неплохо расправился с Ляо, старина! Грейсон сложил руки на груди, рассеянно двигаясь вдоль стола с картой.
— Тебе нужны какие-то причины? Давай просто обоснуем это тем фактом, что я... подозрителен. Мой отец всегда говорил, что истинный воин проживает долгую жизнь.
— Он ухватился за стойку, прекратив движение. — Просто я и все мы сразу почувствуем себя лучше, побывав дома и проверив, как там идут наши дела. — Ответа не последовало, и Грейсон продолжал: — Проклятье, Рен, творится какая-то ерунда! Половина наших — на Хельме. Мы рассредоточены, это ни к черту не годится... да Легион сейчас можно передушить голыми руками!
— Ты думаешь, кто-то собирается напасть на Хельм? Или на нас?
— В данный момент я ничего не думаю. Я хочу присоединиться к остальным, а там посмотрим. Побудем недели две на Хельме, отдохнем, починим снаряжение. А после подумаем насчет Марика.
— О'кей, тебе виднее, — проговорил Тор, но его голос звучал неодобрительно. — Надеюсь, что это
Он поднял глаза на монитор. Парус уже сложился гармошкой, держась на почти невидимых распорках и моноволоконных тросах. Затем мягко скользнул в сразу закрывшийся за ним люк, дабы гиперпространство не причинило ему вреда. Рабочие гондолы с наблюдателями тоже скрылись в корпусе корабля. Сириус ярко освещал корму и спиралеобразный скелет мачты.
— Внимание! Всем постам, — прозвучал голос через интерком капитанского мостика.
— Парус сложен. Доложите готовность к прыжку.
Ренфорд дотронулся до рычагов управления. Ломаная кривая зеленого цвета с четырьмя гранями, отмечавшими количество прыжков, мигнула и погасла. Осталась восьмигранная красная линия, на другом конце которой оранжевой точкой светился Хельм.
— Отправляемся, — объявил Тор в микрофон. — Прыгаем через Грэхем. Слушай мою команду: прыгать по готовности.
Минута прошла в молчании.
— Всем постам, — послышался наконец голос из интеркома. Те же слова прозвучали по всему комплексу «Индивидуума» и внутри пары шаттлов, присосавшихся, словно пиявки, к корпусу корабля между отсеком экипажа и реактором. — Приготовиться к прыжку. Объявляется готовность номер один.
Голос начал отсчитывать секунды. Чтобы убить время, Грейсон попытался отыскать взглядом Сириус-5, но на таком расстоянии планета совсем растворилась в ярком сиянии своего солнца. «Что же там творится? — гадал Грейсон. — И почему?» Как раз в тот момент, когда он подумал, что на Хельме, наверное, разрешатся все его проблемы, к горлу подкатила тощнота и все поглотила тьма. Корабль ушел в гиперпространство.
Мир под названием Хельм был отнюдь не из приятных. Четвертая планета тусклой звезды класса К4 Хельм находился на задворках обитаемой зоны системы. Более половины его поверхности покрывали километровой толщины ледники. Неяркое солнце освещало мрачное дно высохших океанов и голые русла рек — почти вся вода оказалась в ледяном плену.
Поверхность планеты, не закованная в лед, представляла собой либо горы, либо бесплодную пустыню. Ледяной панцирь прерывали только горные цепи длиной в тысячи километров, опоясывавшие Хельм по экватору.
Много столетий назад, когда звезда светила ярче и грела сильнее, на Хельме появилась и стала развиваться жизнь. Звезда постепенно гасла, но жизнь не погибла, приспосабливаясь к холоду. В конце двадцать второго столетия планету открыли колонисты с Новой Надежды. Столица этого мира Фрипорт выросла вокруг космопорта. Она возвышалась на обрыве над солеными отмелями высохшего экваториального моря.
Со временем Фрипорт стали использовать как военно-космическую базу Звездной Лиги, а затем как оружейный склад. В 2788 году Минору Курита обрушил на Фрипорт термоядерный ураган. Население Хельма, сотни миллионов людей, в одночасье уменьшилось до горстки полуживых бедолаг, сгрудившихся вокруг лагерных костров. Но Курита опоздал — склады оружия, которые он избрал своей мишенью, уже перевезли в другое место.