Целюсь в твое сердце

Яна

— Сука!

— Проспись, говно!

— Куда ты собралась?

— На работу! Хватит бухать! Протрезвеешь — разведемся! Я устала!

Хлопнув дверью, я вошла в лифт. Как же я ненавижу свою жизнь. Тяжесть сумки с рабочим инвентарём больно аукалась плечу. Посмотрела на себя в зеркало лифта. Ну и рожа, сегодня работа с новой командой бойцов, а я как побитая груша. Губа кровоточит, на скуле красный след. Дура… Какая я жалкая дура…

У

подъезда ждал тонированный минивэн. Боковая дверь шумно открылась, несмотря на ливень. Оттуда показалась морда в зелёной маске с такими же зелёными глазами.

— Девочка, иди мимо.

Дурак, что ли?

— Позывной? — Я была вообще не в настроении общаться.

Через маску видно, как мужчина поднял бровь.

— Позывной. — Повторил за мной. Что, блять, за игры?

— Малина.

— Проходи.

Я аккуратно уложила винтовку под кресло и села на свободное место. Ненавижу ездить спиной. Минивэн тронулся, восемь пар глаз изучали моё тело. Я всегда на задание одевалась так, как мне удобно, чтобы движения ничего не сковывало. Черные кеды, лосины и водолазка. Ножи на икрах. Мужик напротив меня дал в руки наушник.

— Позывной. — Услышала во второй раз и узнала голос своего командира.

— Малина.

— На телефоне три цели. Не подчиняйся больше никаким приказам. До конца операции оставаться с группой бойцов.

— Принято.

Я отдала наушник и уставилась в окно. Москву заливал дождь. Фонари размывало каплями на тонированных стёклах. Странно, что меня попросили остаться с группой, обычно после выполнения задания я отправлялась домой. Но сегодня оно к лучшему. Мне домой совсем не хотелось, а гулять по Москве с винтовкой, да ещё в дождь, такое себе.

— Что случилось? — спросил боец напротив.

— Ничего.

Он тыкнул пальцем в наушник и кого-то слушал, я опять отвернулась к окну.

— Она девчонка, ты кого мне подсунул? А стрелять она умеет вообще? Ты её видел? Пеняй на себя, если все провалится, ты будешь виноват.

Какая у него должность, что он так говорит смело? На телефон пришли три фото. Мужчина средних лет и две девки, рыжая и блондинка. Я никогда не спрашивала, что они натворили, я просто делала свою работу. Зелёные глаза опять уставились на меня в упор.

— Что?

— Так кто тебя обидел?

— Сама разберусь.

— Кровь хотя бы вытри. — Протянул мне из аптечки спиртовую салфетку.

— С-с-сука, — зашипела тихо, обрабатывая рану.

— На жилет.

— Спасибо, не надо.

— Если ты подохнешь, с меня шкуру сдерут.

— Не подохну.

— Приказ!

— Не подчиняюсь, только своему командиру.

— Нахера мне девку дали? Мне с тобой что, как с маленькой, няньчиться? Ты в курсе, куда попала?

— Не мешай мне работать, и я не буду мешать тебе. — Съязвила.

Какие все умные понабрались, как обычно. Что все опекать пытаются? Ладно, ещё несколько сотен, и я куплю квартиру, осталось немножко потерпеть. Жизнь обязательно наладится. Я вновь отвернулась к окну. Кожей чувствовала прожигающий взгляд

зелёных глаз. Тихие смешки в салоне.

— Так кто тебя обидел?

— Я, блять, что, на допросе? Не играй в благотворительность.

Бесят эти бойцы. Нельзя молча ехать? Что он в душу мне лезет? Минивен остановился. Теперь я ждала звонок командира и раскрывала сумку с винтовкой. Проверила прицел и запихнула ногой сумку под сиденье. Зелёные глаза отдали мне наушник во второй раз.

— Позывной.

— Малина

— Ты должна убрать три цели любым способом. Работай.

— Где точка?

— Ты на ней.

— Это прикол?

— Это приказ.

Заебись, в минивэне я ещё не убирала цель. Тяжко вздохнула и приоткрыла окошко на щелочку дула любимой винтовки. Сука, как сесть-то, чтоб стрелять нормально?

— Пусть мотор заглушит.

Я молча надела свои наушники, мне нужно абстрагироваться. Передо мной кусты, за кустами дом какого-то миллионера. Села боком, поджав правую ногу под себя, левой уперлась в пол адской машины. В наушниках играет ванильная песня JONY — «Никак». Под такую я обычно пью виски, а не лишаю жизни людей. Пох, удобно пристроила винтовку, почувствовала, как хлопают по плечу, сука.

— Что?

— Наушники свои вынь, приказ не услышишь. Ты чего тут крутого американского бойца показываешь? Позиция твоя где?

— Не мешай мне работать! — Отчеканила каждое слово и вернула наушник на место.

Бесит! Неудобно на этих креслах вонючих. Выдохнула, смотрю в прицел, разглядываю каждое окно. Я всегда убираю только тех, кого приказано. А вот и первая цель, выдох, выстрел. Прям между глаз, ну какая же я лапочка! Мужик не успел трахнуть две другие цели. Сучки прикованы наручниками к стене, обе голожопые. Хлоп блондинку, перевела ракурс на рыжую. Блять, у неё что, ключ в руках был? Курица успела отстегнуться и нагнулась.

— Сука!

Я выдернула наушники, спрятала винтовку и, выбегая из минивэна, пристегнула кобуру.

— Куда, блядь! Стой!

— Пошел на хер, зеленоглазый, у меня приказ! Не знаю, слышал он или нет.

Два прыжка, отталкиваясь от столбов забора, и я уже внутри участка. СОБР уже заметила охрана, а меня — никто. Я обошла дом и вошла с задней веранды. Какая мудацкая тут охрана, все кинулись отбиваться от бойцов. А моя рыжая конфетка надела спортивный костюм и, взяв сумку, по всей видимости, тяжелую, собиралась сбежать как раз оттуда, откуда явилась я. Времени доставать пистолет не было, или я просто не хотела.

Одним движением вытащила оба ножа. Рыжая бросила в меня сумкой, но я ловко увернулась. В это время она со звоном метала вытащила два кухонных ножа. Драться будет пытаться. Девка ловко пошла в нападение, царапнув мне по ребрам. Поворот, замах, и мой нож вошел, как в масло. Только это совсем не масло, а человеческая глотка. Горячая кровь хлынула прямо на меня. Теперь я вонючая, мокрая и липкая, блять!

В комнату вбежал боец, из-за того, что его зрачок увеличился, я не сразу узнала в нем зеленоглазого.