Чтение онлайн

– Это страх? – спросил Берген негромко. – Потому что мы все… В смысле, это нормально…

– Нет.

Это был вынужденный ответ. Больше она ничего не сказала. Пришлось удовлетвориться этим. Холлоуэй припарковалась в кампусе. Она сидела за рулем и смотрела прямо перед собой.

– Меня спросят почему. Что мне ответить?

– Когда люди рискуют, они делают это по эгоистическим причинам, ради каких-то самооправданий. Они не рассуждают о том, каким образом их действия скажутся на других.

– На кого могут повлиять ваши действия, док? Мы изучали ваше

досье. Нет ничего такого, чего бы мы не учли относительно вас. Все карты раскрыты. Вы разведены, у вас нет детей. С единственным родителем, который жив, вы не очень-то общаетесь, а бабушки и дедушки, у которых вы жили в отрочестве, умерли.

Холлоуэй опустила глаза.

Берген порылся в бумажнике в поисках визитной карточки. Холлоуэй молча взяла ее, и он вышел из машины. Машина успела нагреться под солнцем, и Берген не знал, что еще сказать этой женщине. Он уже собрался хлопнуть дверцей, когда в голову ему пришла последняя идея.

– Хотите, чтобы с вами все получилось как с этой девушкой, вашей студенткой? Чтобы потом жалеть? Или вы все-таки используете свой потенциал и совершите нечто совершенно потрясающее, что принесет пользу человечеству?

Холлоуэй ничего не ответила. Она только закрыла глаза.

Берген забрал свое удостоверение личности в здании университета и вспомнил, что ему было нужно, чтобы Холлоуэй подписала договор о неразглашении секретной информации. Когда он направился к своей машине, он заметил, что автомобиля Холлоуэй на стоянке уже нет. Она и здесь все испортила. Проклятье.

Берген проехал часть пути до Пасадены, когда у него зазвонил мобильный телефон. Звонила Холлоуэй.

Ее голос звучал холодно, формально, отрепетировано.

– Доктор Берген? Это доктор Холлоуэй.

Берген посмотрел в зеркала и решил пока не перестраиваться в другой ряд.

– Да, Берг слушает.

Холлоуэй кашлянула.

– Пусть ваши люди свяжутся со мной насчет договора.

Берген сел прямее.

– Так вы передумали?

– Я приеду в Хьюстон. Но пока я согласна только на это. И исключительно для того, чтобы удовлетворить мое любопытство.

Берген выругался.

– Простите, доктор Холлоуэй, но такое впечатление, что вы остались без работы, – язвительно проговорил Уолш.

Джейн только тут заметила, что затаила дыхание, и сделала выдох.

«По идее, я должна обрадоваться», – подумала она.

– Не делайте поспешных выводов, – выразила она свои размышления вслух. – Возможно, мы имеем дело с какой-то социальной традицией, которая для нас непонятна. Возможно, гостям полагается следовать вдоль цепочки огней в указанном направлении. Вероятно, это жест гостеприимства.

– Нечто наподобие красной ковровой дорожки, – предположил Гиббс.

– Думаете, где-то нас поджидают папарацци? – хмыкнул Берген.

Уолш покачал головой.

– Огни шлюзовой зоны, открытие шлюзовой камеры, освещение в коридоре – возможно, все это автоматизировано и сработало в ответ на наше приближение. Думаю, перед нами сценарий типа «корабль

пуст».

Чутье подсказывало Джейн, что он ошибается. Кто-то здесь был. Джейн двинулась вперед, готовясь протиснуться в отверстие.

Берген скривил губы.

– И как это укладывается в полетный план общей гибели?

Уолш удержал Джейн:

– Погодите. Комптон… Есть ответ на наши радиограммы?

– Нет, командир. Нечем вас порадовать, – сухо ответил Комптон из кокпита.

Джейн сказала:

– Они поприветствовали нас. Они знают, что мы здесь. Я думаю – может, они ждут, чтобы мы…

– Побежали как крысы по лабиринту? – вздернув брови, осведомился Берген.

Джейн повернулась к нему, сердито сдвинув брови.

– Не судите о них, доктор Берген. Мы о них ничего не знаем. Подобными комментариями вы подрываете значение нашей миссии. Быть может, они наблюдают за нами прямо сейчас.

– Полагаете, они говорят по-английски, док? – сухо поинтересовался Берген.

Неужели они забыли обо всем, к чему их готовили? Джейн проговорила более резко:

– Мы ведь все это обсуждали. Ошибочно предполагать что бы то ни было. Мы должны помнить о том, что их цивилизация совершенно чужеродна. Они мыслят не так, как мы. Быть может, они боятся, что нас испугает их внешний вид. Они могут стесняться, смущаться – и могут хотеть понаблюдать за нашим поведением, прежде чем покажутся нам на глаза. Может быть сотня причин, которые я не в силах себе представить.

Уолш развернулся к носу капсулы.

– А я не думаю, что имеет смысл переживать из-за каких-то там «них», Холлоуэй. Их попросту нет. И наша задача в том, чтобы выяснить, почему это так.

Джейн скрипнула зубами.

Уолш оттолкнулся от стенки и полетел в сторону кокпита.

– Выждем некоторое время.

Берген посмотрел на табло какого-то прибора, который он держал в руках.

– Там есть давление. Около двенадцати пси. Мне следовало бы туда заглянуть и хотя бы взять несколько проб воздуха.

Уолш сказал:

– Нет. Воздержись пока.

– Но… – Джейн была готова начать спор, хотя понимала, что делать этого не стоит.

Уолш неловким пируэтом развернулся.

– Согласно протоколу данного сценария, вы работаете под моим началом, доктор Холлоуэй. Так что поступим по-моему.

С этими словами он продолжил диктовать очередную радиограмму в Хьюстон. Он рассказывал о подробностях всего, что увидел экипаж на данный момент.

В Хьюстоне был разработан до последних мелочей план на каждый случай. «Если случится это, тогда действуйте так». В зависимости от ситуации при встрече с «Целью» командование в тот или иной момент на себя должны были принимать либо Джейн, либо Уолш. Уолш не желал передавать ей бразды правления, не имея доказательств, что на борту инопланетного звездолета кто-то есть, и это было правильно. Джейн совсем не желала брать командование на себя, но она переживала за то, чтобы все было сделано верно. Первый контакт был деликатнейшей процедурой даже дома, среди людей. А тут все обстояло гораздо тоньше и рискованней.