Catастрофа
Шрифт:
Нехорошее предчувствие закралось в душу. Да нет... быть не может, еще же целый месяц. Но испуганные глаза жены уверяли в обратном.
– Милый,- сквозь зубы прошипела Дынька,- солнышко моя ясное... похоже, мы скоро узнаем кто у нас появится.
– Ты уверена?- ничего умнее не смог придумать я, сердце бешено колотилось в груди, голова мыслить связно отказывалась.
– Нет, черт возьми, я решила пошутииить!!!- взвыла моя девочка хватая ртом воздух.
–
– Архипов, не тупи, я рожаю!
– Воды отошли,- со знанием дела сказала Дашка.
Рядом послышались приглушенные проклятья и искренний крик души: "Боже, за что мне это опять".
Что делать? Что, черт побери, делать?! Вертелась в голове дурацкая мысль. Моя малышка, моя маленькая девочка... ей больно и страшно. Кто бы еще знал, как страшно было сейчас мне!
– Илья,- донеслось до меня как сквозь вату,- затолкай же ты его в машину и садись за руль, если самолично не хочешь принять роды!
Словно ушат ледяной воды вылили. Моя маленькая девочка сидела уже на заднем сиденье, тяжело дыша и судорожно цепляясь за сиденье.
Повторять дважды мне было не нужно, как только я запрыгнул в машину, мы тронулись с места, тут же набирая скорость.
Лавируя между машинами, Илья еще и старался объезжать кочки. Даша пыталась дозвониться хоть до одной больницы.
– Ян ты как?- притронулся к ее бледной щечке, глаза горят, на лбу пролегла морщинка, сердце отбивает чечетку, а она молчит,- Солнышко...
– Заткнись, Архипов,- взвыла она, вцепившись мне в руку, будет синяк, не страшно,- это ты во всем виновааат! О боже, чтоб я еще раз с тобой в одну кровать легла...ААА!
Машина дернулась в сторону, Илья выворачивал руль, пытаясь втиснуться в проезд между спешно открывающимися воротами ближайшей клиники. От главного входа уже спешили белохалатные, везя за собой носилки.
Как только малышку выгрузили, Илья рванул домой за документами. А я шел за своей девочкой... правда не долго и не далеко, в приемном покое мне вежливо намекнули, что дальше буду только мешать, а пока я не успел сообразить что к чему, Яну уже затолкали в лифт.
Минуты, часы... время тянулось словно резиновое. Солнце давно уже зашло, пустая пачка из-под сигарет сиротливо лежала на мягкой кушетке в приемном покое. Вестей не было.
Глотнувший за компанию валерьянки Илья спал, прислонившись спиной к холодной больничной стене, на коленях у него свернувшись калачиком сопел Тема. Даша крутила в руках телефон, попеременно принимая звонки от родственников.
– Что же они так долго,- плюхнувшись обратно на кушетку потер уставшие глаза, спать правда не хотелось, адреналин и страх
– А ты что думал, Архипов,- тяжело вздохнув, Дашка, придвинулась поближе к мужу,- она за пять минут разродится?... мужчины...
И вновь тишина, прерываемая лишь гулом шагов и размеренным дыханием. Свет в приемном покое приглушили, медперсонал потихоньку разбредался по домам, уступая коллегам ночную смену.
Легкий скрип и коридор залил яркий электрический свет, выпустив наружу женщину лет сорока.
– Уже все?- подлетев к не ожидавшей от меня такой прыти женщине, вцепился ей в руку, вот пока она мне все не скажет, отсюда не уйдет.
– Матвей,- подала голос Орлова,- отпусти пожалуйста доктора...
Что это она со мной как с психом разговаривает?! Только я хотел высказать ей все, что о ней думаю, женщина до этого хранившая молчание тихо засмеялась.
– Я так понимаю это ваш первенец,- я лишь удивленно кивнул, не понимая, к чему она ведет,- не волнуйтесь с мамой все хорошо...
– А малыш?- ловя каждое слово этой святой женщины затаив дыхание, спросил я.
– И с малышом все в порядке. Две ручки, две ножки, по пять пальчиков.
– А...
– Поздравляю,- не дала даже слово мне сказать она,- у вас сын.
Сын... СЫН!
– Сын!- в порыве чувств бедная женщина была заключена в объятья,- Сын! Илюх, у меня Сын!
Друг подскочил на месте, не понимая, где он находится и что здесь делает, за озирался по сторонам.
– А можно...
– Конечно,- освободившись от меня, врач на всякий случай отошла,- только не долго, и...
Дальше я уже не слышал врываясь в светлую палату.
Яна полулежала на больничной кровати, для удобства положив под спину подушку, растрепанная и уставшая, но даже сейчас она была прекрасна. Самая любимая, а в руках держала маленький сверточек, откуда торчал розовенький носик.
– Он такой маленький,- чуть хрипловатый голос прорезался сквозь тишину.
Пара неуверенных шагов... Я так этого ждал, а сейчас боюсь даже близко подойти.
– Хочешь подержать?- ком застрял в горле.
– Я?
Тихий мелодичный смех пролетел по палате.
– Конечно ты,- сверток завозился, почмокал и затих, вновь вызвав улыбку на Янином лице,- уже сейчас он весь в тебя.
Любопытство взяло верх над глупым страхом и, стараясь не шуметь, я приблизился к своим любимым.
Большие янтарные глазки, не мигая смотрели на меня, а темные завитушки волос обрамляли совсем маленькое личико, малюсинькие кулачки сжаты, моська сосредоточена.