Чтение онлайн

— Кто этот молодой человек? — спросил товарищ прокурора.

— Как кажется, что-то вроде оборванца, принятого к себе герцогом, который был очень добр. Он называл себя графом де Шерлю.

— Граф де Шерлю! — повторил следователь.

— О! Старый граф был аристократом! Он всякий раз, как бывал у господина герцога, давал мне по луидору. Молодой человек называл себя его сыном. Я ничего об этом не знаю, но это возможно, так как граф был очень слаб на счет женского пола.

— Старый граф умер, кажется?

— Да, тому назад пять или шесть месяцев.

—

Видели вы тех людей, о которых говорил господин Бенуа?

— В ту минуту, когда я вошел в галерею, они уходили. Я успел только заметить, что их лица были зачернены.

— Каким образом они ушли?

— Этого я не могу сказать вам, господин следователь. Я знаю только, что не через дверь, так как я был перед нею.

— Осмотрим эту галерею, — сказал Варнэ, обращаясь к товарищу прокурора.

Оба чиновника поднялись.

В эту минуту произошло следующее.

Портфель товарища прокурора вырвался из его рук и упал на пол, причем некоторые бумаги выпали.

Бенуа бросился поднимать их. В ту минуту, когда он взял их в руки, у него невольно вырвался крик.

— Что с вами? — спросил следователь.

— Это письмо! — пробормотал он, показывая на письмо, выпавшее из портфеля.

— Ну так что же?

— Это рука господина герцога!

— Герцога де Белена? — спросил товарищ прокурора, хватая письмо.

— Да, я хорошо знаю его руку.

— Я помню теперь, что я носил вчера письмо в суд, — прибавил подошедший камердинер.

Чиновники обменялись взглядом. Товарищ прокурора вполголоса объяснял следователю, что это письмо было получено им вчера вечером в числе других бумаг, но что у него не было времени прочитать его.

Варнэ жестом удалил обоих свидетелей.

Товарищ прокурора распечатал письмо и поспешно прочитал его.

Вот что было там написано:

« Господин Королевский прокурор!

Будучи грубо оскорблен лицом, которое я некогда принял к себе в дом, я считаю своим долгом сообщить вам о подозрениях, которые это лицо мне внушает. Имя ею граф де Шерлю, по крайней мере, он так себя называет. Но я имею повод думать, что это имя и титул ему не принадлежат.

Я вынужден был выгнать его из моего дома благодаря полученной им записке, которую я при сем прилагаю.

Этот мнимый граф де Шерлю, живущий за счет падшей женщины, герцогини де Торрес, принадлежит по всем признакам к знаменитой шайке «Парижских Волков», которую так давно преследует полиция.

Имя Манкаля, стоящее на приложенной записке, по-видимому, не что иное, как один из псевдонимов бандита Бискара.

Если вы пожелаете, я готов дать вам все объяснения, которые вы сочтете нужными».

Письмо было подписано герцогом де Беленом.

— Вот это неожиданно освещает это печальное дело, — сказал Варнэ. — Этот мнимый граф хотел помешать доносу и при помощи своих сообщников

убил герцога де Белена.

В эту минуту к чиновникам подошел Арман.

— Господа, — сказал он, — смерть барона де Сильвереаля близка. Но, вероятно, за несколько минут до нее к нему вернется сознание и, может быть, вам удастся узнать от него что-либо важное.

— Вы правы, — ответил Варнэ. — Надо показать ему графа де Шерлю. — Приведите сюда арестованного,— добавил он, обращаясь к агентам.

Ввели Жака.

На него было действительно страшно смотреть. С бледным, искаженным лицом, блуждающими глазами, он походил на помешанного. Он шел, как автомат, по-видимому, не понимая, что происходит вокруг него.

— Подойдите, — сказал ему следователь.

Жак поднял голову и взглянул на него.

Лицо и платье несчастного были в кровавых пятнах, точно так же, как и его руки.

Товарищ прокурора нагнулся к уху Варнэ.

— Я знаю этого человека, — сказал он вполголоса.

— В самом деле?

— Я видел уже его при странных обстоятельствах. Он назвал себя доктором, чтобы увидеть женщину, которую прозвали «Поджигательницей».

— Да, я знаю, эта женщина была убита Бискаром, главарем Волков. Это очень важно. Мы еще переговорим.

С этими словами следователь подошел к барону и склонился над ним.

— Барон де Сильвереаль! — сказал он.— Слышите вы меня?

Барон взглянул. Арман повернул тогда его голову в сторону

Жака и дотронулся пальцем до его век.

Глаза умирающего открылись. Вдруг все тело его вздрогнуло как бы под ударом электрического тока, и рука протянулась к Жаку.

— Убийца! — крикнул он хриплым голосом и упал на спинку кресла без движения. Он был мертв.

— Убийца! — повторил Жак, лицо которого еще более исказилось. — Кто это?

— Вы убили этого человека? — спросил его следователь.

— Я? Я?!

Этот неожиданный удар, казалось, возвратил Жаку сознание. Он выпрямился и оглянулся вокруг себя.

— Где я? — крикнул он.

В эту минуту он увидел свои окровавленные руки.

— Это кровь! Что это за кровь!

— Это кровь ваших жертв! — прервал его суровым тоном следователь и, схватив за руку, подвел к трупам де Белена и Сильвереаля.

Жак дико вскрикнул и, протянув вперед руки, упал без чувств на паркет.

Арман бросился к нему.

— Искусный актер,— заметил следователь.— Этот обморок притворный.

— Нет! — возразил Арман. — Припадок естественный, но он не представляет, впрочем, опасности.

— Ну так убийца будет помещен пока в лазарет.

По знаку следователя двое полицейских агентов подняли Жака и осторожно отнесли его в карету, ожидавшую у подъезда.

В ту минуту, когда они показались на улице, в собравшейся вокруг толпе послышались проклятия и крики. Многочисленный конвой окружил карету, чтобы защитить убийцу от ярости толпы, и эта предосторожность была далеко не лишней.

Бискар сдержал свою клятву. Сын Жака де Котбеля был обвинен в убийстве, и его ждал эшафот. Паук хорошо растянул свою паутину.