Бывшие

Я лежала на простынях и сквозь сон чувствовала, как шаловливые пальчики прокрадываются под одеяло к моему и так измотанному за ночь телу.

Пальцы Марка скользнули между моих бедер к самому эпицентру желания. Он томно выдохнул, почувствовав влагу на моих складочках от моего возбуждения. Нам и прелюдии не нужны. Достаточно крохотного намека и мы готовы погрузиться в пучину страсти.

Уловив, что я проснулась, он опрокинул меня на спину и раздвинул мои ноги шире, входя в мое изнывающее лоно одним резким движением. Мы застонали одновременно от таких ярких ощущений. Его губы перешли на мою

шею, а руки обвили мое тело, и я была словно в коконе. Его неутомимые толчки и взаимные признания любви подталкивали к вершине наслаждения. Обхватив ногами его торс, я уже была на грани и, выкрикнув его имя, содрогнулась в сильном оргазме. Марк буквально через пару толчков последовал следом за мной, обнимая меня сильнее и утыкаясь в мою шею и боясь выпустить из своих объятий. А я и не хочу, но нужно собираться в институт. А Марку готовиться к гонке, которая состоится сегодня поздним вечером.

Я так не хочу его отпускать, словно какая-то кошка скребет мою душу. И сердце стучит так быстро в плохом предчувствии. Мое предчувствие и эта кошка, которая начала гадить, внесли коррективы в мою жизнь, практически уничтожив меня. Моя душа и мое сердце разорвались на части. Грядущая ночь стала для нас роковой. И собственно это утро стало последним, когда я видела своего любимого парня.

Я высвободилась из объятий любимого и поплелась в ванную, смывая следы нашей страсти. Приведя себя в порядок, я приготовила завтрак для двоих, но находилась на кухне одна, т.к. мой благоверный уснул сладким сном.

В институте я училась на первом курсе. Моей мечтой было стать хирургом и, к этой мечте меня усердно подталкивал мой родитель. Папа был уверен, что эта профессия мне подойдет, и я также стала считать в старших классах. Однажды, на моих глазах сбили мужчину и прибывшие на место сотрудники скорой помощи, не смогли ничего сделать для спасения жизни пострадавшего. Вот тогда я и решила, что обязательно стану врачом. Это стало моей целью. И Марк одобрял мой выбор.

Мы познакомились, когда мне было семнадцать лет, а ему девятнадцать. Я впервые пришла на стритрейсинг. В тот день меня пригласили подружки составить им компанию. После этого наши жизни с Марком тесно переплелись. Он ухаживал за мной и только, когда мне исполнилось восемнадцать, сделал меня своей. Мы с ним были такие счастливые, что все нам завидовали, потому что наша любовь была безгранична. Но мой отец был против Марка, я видела это по его лицу. Он хотел найти для меня проверенного человека, которого он смог бы сделать приемником своей фирмы. На меня он не хотел вешать бразды правления своей компании. А я и не стремилась к этому. Мне абсолютно было не интересно заниматься его транспортной компанией. Он все твердил, что я наиграюсь с Марком в любовь и задумаюсь об истинных ценностях. А для меня ничего ценнее любви нет. Любви к нему. Он показал мне какая любовь на вкус, и я благодарна ему.

В тот самый злополучный вечер я возвращалась из института в нашу квартиру и увидела записку на кухонном столе. Красивым размашистым почерком было написано несколько строк от Марка:

– «Моя маленькая, я уже уехал. Нужно проверить трассу. Буду ждать тебя там. Люблю всем сердцем!»

Я улыбнулась и пошла переодеваться. Днем хоть весеннее солнышко и радовало своим теплом, то вечера все равно были холодными. Поэтому мой выбор пал на темно-синие джинсы, черную футболку и черную кожанку.

Перед выходом я перекусила и, вызвав такси, отправилась к месту проведения

соревнований между любителями скорости. Таксист побоялся ехать к самому месту, ведь это был пустырь, богом забытое место, старый аэродром. Он высадил меня рядом с каким-то заброшенным зданием. Я, матюгнувшись, поплелась к пункту назначения, мать его…

Через пять минут я услышала не так далеко свист колес и взрыв, а на небе увидела алое зарево, вперемешку с черными клубами дыма. Мое сердце пропустило удар, и я рванула со всех ног. Чувство тревоги нарастало, но я себя успокаивала тем, что Марк был первоклассным водителем и это не мог быть он. Но…

Уже подбегая к месту взрыва через какие-то дебри, я увидела знакомую машину, и только оглушающий вопль вырвался из моих уст, а ноги понесли меня к объятому пламенем автомобилю. В нескольких метрах от машины меня подхватили чьи-то руки и стали оттаскивать оттуда, но я брыкалась, не могла прийти в себя.

– Не-е-е-т! Пусти, пусти меня!!! Марк!!! А-а-а-а!!!

У меня началась самая настоящая истерика. Я была настолько убита горем, что не замечала ничего вокруг.

Прошло уже два дня и сегодня должны были состояться похороны. В организации помог лучший друг Марка. Он все это время приходил ко мне, а я была в состоянии прострации. Мне было все равно. Я абсолютно ничего не понимала, что от меня хотят.

И вот я стою возле могилы своего любимого и лью слезы, точнее они текут сами. В душе пустота – я умерла вместе с ним. Влад, друг Марка, держал меня за плечи и прижимал к своему телу. Я не слышала, что говорят вокруг все эти люди. Они подходили, выражали слова соболезнования. Это вроде как можно было понять по их лицам, но я все пропускала мимо ушей. Я только стояла и смотрела на фото парня на кресте.

– Нужно будет установить памятник! Не могу смотреть на этот крест! – прохрипела тихо я.

Влад кивнул и что-то ответил, а я не слышала. Шум в ушах, а в глазах лишь пламя, охватившее автомобиль.

Рядом стояла моя подруга Катя, с которой мы дружили еще со школы. Она держала меня за руку и стояла по другую сторону от меня.

Через месяц стало еще хуже. К моральному ухудшению состояния здоровья, прибавилось еще и физическое. Меня тошнило, я не могла ни есть, ни пить. За несколько дней я похудела настолько, что была похожа на скелет.

Катя была со мной в нашей с Марком квартире, которую он снимал. Я могла еще пожить здесь полтора месяца, а потом либо съехать, либо продолжить платить аренду. Подруга не могла видеть мое состояние и вызвала скорую помощь. Фельдшер меня оформила и, видя всю серьезность ситуации, благополучно определила в больницу.

Выяснилось, что мое ухудшение здоровья было связано, отчасти из-за стресса, основная причина же крылась намного глубже, в том, о чем я и предположить не могла. Беременность…

Я ждала ребенка от своего любимого человека, покойного любимого человека. И во мне как тумблер переключился. Я должна жить ради нашего с ним ребенка.

Меня продержали с недельку в больнице, а после меня увез к себе отец. Он хотел заставить меня сделать аборт. После его слов я решила, что не буду больше жить с этим человеком под одной крышей. Я вернулась в нашу с Марком квартиру и принялась к подготовке к экзаменам. Мне нужно было сдать все, чтобы продолжить учебу. И я не собиралась бросать. Я дам своему ребенку все. Он ни в чем не будет нуждаться.