Быть писателем

Внешней мотивации у писателя может и не быть, а внутренняя есть всегда. Он уже рождается с ней. Поэтому как-то специально мотивировать писателя не надо, он все равно будет писать.

Писатель чувствует, что когда он пишет – ему становится легче. Писатель чувствует, что когда он пишет, он участвует в чем-то важном, улучшает себя, свой внутренний мир, расширяет свои горизонты. Потому что

Жить и писать – легче, чем

Жить и не писать.

Эти слова одной писательницы зачитывал

кто-то из членов жюри литературного конкурса. И ведь точнее не скажешь.

Добавим сюда, что не реализованный талант перерождается в болезнь. Поэтому часто писать для писателя – это необходимость. В одном из интервью Д. Донцова рассказывала, что ее то ли дед, то ли кто-то ещё – просто писал от руки в тетрадке всё подряд. А на вопрос: "Зачем ты это делаешь?" он отвечал: "Иначе болеть буду".

Конечно, у писателя бывают остановки и передышки, и они должны быть, но так или иначе все писатели пишут, потому что хотят писать. Потому что это их способ познавать мир и открывать его заново.

Если автор копирует другого писателя, то это не страшно для другого писателя. Это и не страшно для самого автора, если это момент ученичества. На начальном этапе автор часто кого-то копирует, а потом приходит к себе. Это копирование мы можем назвать подражанием.

Гораздо более интересный и сложный случай – это когда автор начинает копировать сам себя, копировать свои прошлые работы. В большинстве случаев это неосознанно.

Почему это плохо.

Это плохо потому, что автор копируя себя, свои прошлые работы, лишает себя шанса на обновление, которое периодически должно происходить.

Произведения автора держатся в том числе на энергии открытия, автор все время что-то открывает. Каждый открывает своё, это зависит от вектора внутреннего развития.

Проблема копирования самого себя заключается в том, что автор не видит этой проблемы. Как же понять автору, что он начал копировать сам себя.

Первое, что должно насторожить автора – это мучительность процесса, пытка. Писать тяжело. Произведение вроде и неплохое, но почему-то не идет, пробуксовывает, не хочется его писать. Надо смотреть и задавать себе вопросы: "Может, это уже было? Не повторяю ли я сам себя?".

Текст требует защиты, защитить его может только один человек – автор.

Давайте подумаем над таким вопросом: "Что придает наибольшую уязвимость вашему тексту?". Пишите, дорогие авторы, ваши варианты ответов. Неправильных ответов нет, все что думаете – всё правильно.

Я давно задумывалась о том, каким образом можно сделать текст наименее уязвимым, и пришла в выводу, что это герметичность. Герметичность текста – это когда он замкнут сам на себе, то есть обладает определенной целостностью, которая вмещает в себя целый мир. Чем больше текст будет как бы сам по себе, проще говоря – будет собой, тем лучше. Самобытность, независимость рулит. Ну знаете, как обычно сейчас говорят психологи – будь собой, вот это мы отнесем и к тексту, пусть он будет собой, и это защитит его от разрушений и внешних и внутренних.

Чисто на внешнем уровне текст не должен

выдавать всю информацию сразу, это опасно. Знакомство текста с читателем должно происходить постепенно. Если выдать всю информацию сразу, то читателю станет не интересно, возможно, он ограничится первыми двумя абзацами. Это должно быть постепенное раскрытие, тогда есть шансы, что текст будет дочитан до конца.

Мы привыкли, что срок годности есть у пищевых продуктов. Вот покупаем мы, например, в магазине творог, и там на упаковке написан мелким шрифтом срок годности (иногда очень мелким). На книгах, которые мы покупаем, срок годности не написан, но он там тоже есть. Есть книги, которые на века, а есть те, у которых короткий срок годности, и это тоже нормально.

Недавно я нашла свою старую флешку и решила посмотреть, что там. А там, помимо старых фотографий и всего прочего, оказались и мои старые произведения, не публиковавшиеся ранее. Одно из них я опубликовала, два других отмела сразу. Но более всего меня заинтересовала книга сказок, объемом почти 12 авторских листов (это очень много для сказок, писатели поймут:).

При более детальном рассмотрении оказалось, что сказки снабжены синопсисом, разделены на блоки. У них есть оглавление с номерами страниц, а самое удивительное, что они вычитаны так, что я даже при медленном чтении не смогла найти ни одной ошибки (!). Я помню, что десять лет назад я рассылала их по издательствам, но ответа так и не получила.

И вот я стала думать, что с ними делать сейчас. Опубликовать одной книгой или опубликовать только те, которые мне больше всего понравятся. В общем, я ходила вокруг них кругами примерно неделю, а потом вынесла вердикт: морально устарели. Да, 10 лет хранения мои сказки не выдержали. Это вовсе не отменяет их ценности для меня как для автора, но публиковать я их уже не буду.

А как вы относитесь к своим старым произведениям?

"А сколько ты писал эту книгу (произведение)?" – этот вопрос способен поставить в тупик любого писателя, потому что не понятно как считать. Если считать чисто техническую часть, то получается одна цифра, а если к этому прибавить время на раздумья, которые были до, то совсем другая.

Кроме того, авторы крупных произведений ещё любят начинать с коротких произведений, наметят что-то в одном рассказе, потом в другом, а потом уже напишут полнокровный роман, где все эти идеи развернут. Вот эти рассказы, которые были до, считать как подготовку к роману или это отдельные произведения?

Или автор пишет произведения, о которых думал пять-десять лет назад, но тогда он о них просто думал, потом замысел подспудно зрел, а через пять лет написал. Вот как правильно посчитать время создания таких произведений?

Или допустим статья в Дзене, статья как художественное произведение. Автор может несколько недель или месяцев думал, факты собирал, анализировал, это где-то все варилось у него в голове, а потом за полчаса написал. Так вот, неужели мы сроком создания будем считать эти полчаса?